Английская ложь - Андрей Меньшиков

— Эй, Оливер, как там мои дети? — Джессика, направилась к лестнице. — Кажется, я укладывала их спать несколько часов назад, они всё ещё спят?

— Спят как солдаты после обеда! — произнёс стоящий за столом мужчина в старой поношенной одежде, похожей на дублет.

— А кто это с тобой, не слишком ли молод?

— А ты, как всегда, любишь пошутить, Оливер, — ответила Джессика. — Я пойду к себе, а ты пока приготовь нашему гостю комнату.

Оливер, бывший военный в королевской гвардии. Старик военной закалки, так кажется о нём говорили. После войны вернулся в родной город, где позже его жена умерла от болезни.

— Прошу простить за нежданный визит.

— Присаживайся, хоть чая тебя заварю. — ответил он, перебирая что-то под барным столиком.

На столе лежала газета. Крею хотелось знать лишь одно. Взяв газету в руку, наверху по центру он увидел дату: «… 376 года от Первого заката». Оливер протянул ему кружку с чаем и наконец поинтересовался:

— Ну так, что завело тебя к нам? Редко миссис Джессика оказывает кому-то подобную услугу.

Крей, скрывая своё удивление объяснил ему, что помог избавиться от надоевшего ей Чарльза.

— Услуга за услугу значит. Как там по роду тебя звать?

— Азмантис, кроме меня никого не осталось, — он своим тоном намекнул, что не хочет говорить об этом.

В этот момент к столу подошёл тот парень в балахоне.

— Эля мне и побыстрее, — грубым голосом пробормотал он, бросив пару монет на стол. Оливер налил ему до краёв кружку эля и поставил на стол.

— «por favor» — произнес Оливер тому парню.

— Какой неприятный посетитель, частенько он к вам заглядывает?

— Бывает, заходит что в день, что в ночь, но я так тебе скажу, не стоит с ним связываться, — говорил Оливер, оглядываясь по сторонам. — Я на своём веку многих повидал, но таких как он я сразу вижу. Постоянно что-то шепчет себе под нос, иногда ещё нож достанет и по столу скребёт. На моей памяти помню, пальцы себе до крови разгрыз.

Оливера прервала спускающаяся по лестнице с ребенком Джессика.

— Ты приготовил комнату нашему гостю? — требующим тоном прозвучал её голосом.

— Уже иду, только найду чистое покрывало.

Она держала в руках ребёнка, укутанного в полотно, и улыбалась, смотря ему в глаза.

— Что, неужели Оливер тебе даже выпить не подал?

— Разве не вы сказали, что мне не стоит надеяться на выпивку? — Джессика рассмеялась и взяла с полки крепкий алкоголь.

— А ты паренёк то серьёзный, держи, за счёт заведения, разумеется, — сказала Джессика, держа в руках круглый бокал.

— Ты извини, я случайно подслушала ваш разговор с Оливером. Многие потеряли семью во время войны, многие изменились навсегда, однако те, у кого была цель — стали жить ради неё, — сказала Джессика, поставив алкоголь на стол.

— Я рад видеть, что у вас есть цель, ради которой вы готовы жертвовать собой, — Крей, взяв бокал в руки.

— Ты прав. Я была беременна, когда мой муж погиб на войне. Последнее, что я получила от него, это было письмо, где он просил назвать нашего сына именем солдата, что спас его от смерти и я решила, что сделаю всё ради моих детей, даже если мне придётся продавать своё тело, — закончила Джессика, улыбнувшись.

Крей был восхищён ею, её силой духа и волей бороться за своих детей. Она была сильной матерью, исполнившей желание своего мужа и пообещала себе, что воспитает из них достойных людей, как бы того хотел их отец…

— О себе я рассказала, а кто ты? — сказала Джессика, поставив руки на стол.

— Обычный парень, что остался без семьи и скитается по улицам Англии, случайно встретив наследницу Королевской семьи. Теперь этот парень хочет служить во дворце — сказал Крей улыбнувшись, допивая свой стакан с алкоголем.

— Не уж то, на богатство нос развесил? — сказала Джессика, смеясь от слов Крея. — Повезло, что ты ещё жив остался, малец.

— Однако, это того стоило… — сказал Крей предвкушая что-то интересное, смотря на свой пустой бокал.

«Вино в бокале — это твоя жизнь. Чем быстрее его пьёшь, тем ярче вкус во рту, но тем быстрее оно кончается…»

Внимание Крея отвлекла резко открывшаяся дверь.

— Миссис Джессика, я закончила с работой — господин Чарльз направился к себе, — сказала девушка, одетая в серое платье, кажется, она была одной из служанок.

— Хорошо, Аннета. Не будешь ли так добра проводить сего юношу до комнаты в углу, кажется, Оливер уже приготовил её, — Крей встал из-за стола и повернулся лицом к девушке.

— Я думаю это не к чему, госпожа Джессика. Я и сам смогу дойти до комнаты, — демонстрируя свою настойчивость возразил Крей.

— Это похвально, однако у неё есть ещё одно незаконченное дело, считай это ещё одним подарком от меня.

Джессика подошла к Аннет и шепнула ей на ухо:

— Этому юноше не помешает расслабиться… если получится я хочу, чтобы он проявил свою истинную натуру, — сказала Джессика, накручивая на палец её длинные волосы.

— Да, госпожа, — сказала она, направившись в свою комнату.

Аннет была красивой девушкой с черными волосами и глазами цвета природы. Она начала работать у госпожи Джессики, чтобы самой себя обеспечивать.

— Думаю, ты устал малец, айда спать! — сказала она, взяв ребёнка на руки и направившись на второй этаж.

Крей направился в дальний угол, как ему сказала Джессика. На его удивление, в соседних комнатах было тихо. Комната была обставлена старинной мебелью, но со вкусом. В углу стояла одна большая кровать, застеленная чистым покрывалом и маловидный столик с зеркалом на котором лежала расчёска и второй ключ от комнаты. Крей уже готовился ко сну, как в дверь постучали. За дверью стояла переодетая в вечернее голубое платье Аннет.

— Господин Крей, я…. - не успела она договорить, как Крей пригласил её войти.

— Я догадываюсь, что сказала тебе Джессика, — он внимательно смотрел на её растерянное лицо. — Однако, разве я могу окрасить твой цветок, если не испытываю любви?

— Как вы узнали, господин Крей? — со смущённым лицом ответила она, наклонив голову вниз. — Как вы поняли, что я ещё не делила ложе с мужчиной?

— Ты не похожа на ту, что оголится, перед тем, кто не разглядел тебя настоящую. Хотя, ты всё же пришла ко мне, почему?

— Женская интуиция, — легко, с явным облегчением произнесла Аннета. — Я верила, что вы не из тех, кто может опуститься ради мимолётной похоти. Я благодарна вам за ваши слова и за то, что вы смогли понять мои истинные чувства.

Она села на кровать, что