Ричард Длинные Руки - король-консорт - Гай Юлий Орловский

Он не стал говорить учтивостей типа после вас, здесь я хозяин, просто шел рядом, а я чувствовал, что он нравится все больше. Видно внутреннее достоинство, такие люди не стараются возвыситься над другими, тем более показать свое превосходство, но и сами щепетильны в вопросах своей чести.

Чувствую, с чем бы он ни прибыл, но может гордо встать и уйти, если чем-то задену его достоинство.

Зигфрид и Скарлет, временно подменив стражей, распахнули перед нами полог. Я видел, как всматривается в короля Скарлет, в обеих ладонях у нее зажаты некие штучки, потому полог схватила двумя пальцами.

Мне показалось, король что-то заметил, по губам скользнула легкая усмешка, однако, думаю, такие же или похожие предосторожности предпринимают и в его королевском дворце, так что не повел и глазом, вошел и остановился, осматриваясь с видом человека, что заглянул к приятелю, с которым не виделся несколько лет.

Я указал на кресла.

– Садитесь, Ваше Величество. Промочите горло с дороги.

Он с сомнением посмотрел на появившийся перед ним фужер из тончайшего стекла, я вовремя сориентировался и наполнил его чистейшим виноградным соком.

Темно-красная поверхность с пузырьками поднялась строго до ободка, там послушно замерла, а пузырьки продолжали красиво лопаться, словно в шампанском, подбрасывая кверху крохотные блестящие шарики.

– Ваше Величество, – сказал я, – это не совсем то, что вы думаете.

Он осторожно взял фужер, я наблюдал, как он поднес край к губам, сделал легкий глоток. Брови взлетели вверх, на лице отразилось радостное изумление.

– Спасибо, Ваше Величество, – сказал он. – Это как раз то, что я хотел бы. Простите, не удержусь.

Я был готов, и едва он жадно осушил фужер, я наполнил его снова так же доверху.

Он в изумлении покрутил головой.

– Первый вопрос напрашивается сразу, как вы ухитрились сохранить свежий виноградный сок, не допустив сбраживания? Но ответ тут же приходит сам… Ваше Величество, как вы догадываетесь, я прибыл с достаточно важной для меня миссией и весьма деликатной, потому рискнул оставить свиту позади.

– А эти четверо?

– Мои самые доверенные люди, – сказал он. – Друзья детства, не предадут. Но все-таки даже… пусть пока пообщаются с вашими рыцарями.

– Понял, – ответил я. – Так в чем ваша проблема? Взбунтовались лорды? Вас хотят лишить трона?

Он взглянул на меня в изумлении.

– Почему это… Ах да, простите! Конечно же, эта мысль должна прийти первой, когда вы увидели, как я ринулся разыскивать вас…

Я ощутил, что от сердца отлегло. Очень уж не хотелось бы отказывать этому приятному человеку, но отказать бы пришлось, у меня кроме проблем в Варт Генце еще и Ротильда в Мезине, Барбаросса в моей Ламбертинии, не говоря уже и потерянном Сен-Мари.

– Простите, – сказал я искренне, – это в самом деле первая мысль. Должен сказать, она имеет под собой почву в виде некоторых прецедентов.

Он кивнул.

– Да-да, понимаю. Когда в стране мятеж, король зачастую бросается за помощью к соседним королям, с которыми чаще всего и повязан не только договорами, но родственными связями.

– Значит, у вас, – сказал я, – мятежа нет?

Он покачал головой.

– Нет повода. Смею сказать, меня поддерживают практически все лорды королевства. И моим правлением все довольны. Страна богатеет, торговля бурно развивается как внутри, так и с соседями, рыцарские турниры у нас три раза в году только общекоролевские… а еще десятки турниров по городам, постоянно карнавалы, шествия, празднества, сожжения ведьм… Нет-нет, все довольны! У нас очень прочный мир.

Я наполнил фужеры шампанским, свой взял первым и осушил до половины.

– За это стоит выпить. Но, понимаю, мир прочный, но не слишком. Главное вы еще не сказали.

Он взял фужер в руку и, держа за тонкую ножку, любовался стремительно поднимающимися сквозь легкое жидкое золото серебряными блестящими пузырьками, что укрупняются на глазах, а над поверхностью подпрыгивают, рассыпая мельчайшую винную пыль.

– Все верно, – ответил он замедленно, – я в самом деле не сказал главное…

Я произнес с сочувствием:

– Возможно, вам это сказать трудно, понимаю, бывают ситуации… Но вы примчались, загоняя коней…

– Увы, – ответил он, – как раз такой случай.

– Слушаю, – сказал я, видя, как он остановился снова.

Он вздохнул и сказал погасшим голосом:

– Главное в том, что я сам намереваюсь нарушить мир и спокойствие. Более того, я твердо решил идти дорогой, которую избрал.

Лицо его потемнело, на лбу морщины стали глубже и резче. Глаза как будто чуточку втянулись в пещеры, а брови нависли, словно навесы, с которых вот-вот обрушится на врага град камей, преграждая вход.

Я насторожился, мелькнула мысль, что Альбрехт был прав, стоило этому королю сразу дать от ворот поворот, видно же, не от хорошей жизни мчался к нашему лагерю, едва не загоняя коней.

– Ваше Величество? – спросил я вежливо.

Он уловил изменение в моем голосе, грустно улыбнулся.

– Да, я готов…

– У нас масса своих проблем, – напомнил я, – наверняка вы о них уже слыхали.

– Да-да, – ответил он. – В Варт Генце гражданская война за трон… но, как я понял, если вы уже король, то пламя вашими усилиями погашено?

– Только в Варт Генце, – пояснил я. – Но в других местах разгорается еще жарче.

Он посмотрел на меня очень внимательно.

– Ваше Величество, я все тщательно обдумал. Поверьте, у меня были не часы, а годы. Да-да, годы мучительных поисков выхода.

Я сказал еще осторожнее:

– Тогда это нечто очень серьезное. Поймите меня правильно, я не хочу ни во что влезать. Это говорю откровенно, так как чувствую к вам самую искреннюю симпатию, иначе наговорил бы много лестных слов, как принято у дипломатов.

Он сказал быстро:

– А вам и не придется влезать!

– Ну так тогда…

– Выслушайте, – сказал он. – У нас в самом деле богатое и благополучное королевство. А я правлю, как все считают, умело и, что особенно приятно слышать, мудро. Я все еще неженат, лорды давно подталкивают меня к женитьбе, всерьез обеспокоенные, что у меня до сих пор нет наследника.

– Это серьезно, – согласился я. – Наследник нужен. Иначе страна погрузится в изнурительную войну за трон между самыми могучими кланами или семьями, где как.

Он кивнул.

– Да, правы.

– Тогда почему?

Он поднял голову и прямо посмотрел мне в глаза.

– Потому что у меня давно есть невеста… но лорды не хотят о ней даже слышать.