Чужой среди своих - Кирилл Архангельский

Впрочем, от его намерений и гнева не осталось и следа, когда он приблизился к воротам города: над главным проходом висели, раскачиваясь на ветру, десять полуголых тел. Гоблинских тел.

У него ёкнуло сердце.

…………………………………

Арамуш сорвался с места и подбежал вплотную к воротам. Стоящие по бокам стражники от страха, опустили головы поглубже в меховые воротники.

Глаза же Первого копья, внимательно и быстро осматривали одно тело за другим.

“Этого не знаю…этого не знаю…Торгаш какой-то, имя забыл…Лицо этого где-то видел…” – стремительно одна за одной проносились мысли в голове Тахира. Каждое осмотренное тело, вызывало у него лёгкое чувство облегчения – это был не Тахик, но, когда его взгляд перескакивал на новое тело, он снова невероятно напрягался внутри. Плохое предчувствие не покидало его, и вот когда он уже был готов выдохнуть от облегчения, он увидел его…

Последним среди висельников висело тело его брата…

- Нет…Нет…Нет…Помогите мне духи! – от внезапной боли, пронзившей его сердце, Арамуш сделал два шага назад. – Этого не может быть. Этого не может быть! – последнее предложение он уже прокричал от боли.

Стражники взволнованно переглянулись и один из них произнес:

- Господин Тахир?

Но Арамуш не обращал на него внимания, он стоял не в силах пошевелиться и только причитал:

- Этого не может быть…Этого не может быть!

- Господин Тахир? – повторил стражник.

Арамуш перевёл на него шокированные глаза, из которых начали катиться слезы:

- Меня не было пять дней! Всего пять дней! Этого не может быть! – ошалело повторял он.

- Господин Тахир, вам нужно поговорить с Вождём, - настолько мягко, насколько только он был способен произнёс стражник.

- Поговорить с Вождём…Поговорить с Вождём…- словно в трансе повторял Арамуш.

Внезапно в нём словно что-то щёлкнуло, что-то сломалось. Слёзы перестали течь из его глаз, и он посмотрел на стражника совершенно безумными глазами:

- Сними его, живо… - он не кричал, не брызгал слюной от гнева, но от холода и безумия, которым насквозь был пропитал его голос, по коже стражника побежали мурашки, и он начал паниковать. Лицо Арамуша приобрело настолько неестественное выражение, а глаза внушали такой ужас, что стражнику начало казаться, что перед ним какой-то злой дух, который просто принял облик их командира.

- Я…Я…Вождь…Нельзя…- теряясь в словах от ужаса, начал говорить стражник.

Арамуш начал медленно идти в его сторону.

-Сними его… - совершенно потусторонним голосом произнес Арамуш.

- Я…Я…- захлёбывался словами стражник, словно загипнотизированный он не в силах был оторвать взгляд от глаз Тахира.

Стремительным движением правая рука Арамуша схватила копьё, на которое до этого опирался гоблин-стражник, который от резкости и неожиданности этого движения даже икнул.

Стражник перевёл взгляд на руку своего командира, схватившую древко копья, а потом снова на его лицо только для того, чтобы получить быстрый удар головой прямо в лицо.

Гоблин, теряя сознание, отлетел на добрый метр, а из его носа и рта брызнула зелёная кровь. Копьё же осталось в руках Арамуша.

Второй стражник успел сделать пару шагов, к своему бессознательному напарнику, когда Тахир повернулся уже в его сторону, немного наклонив голову на бок.

От ужаса гоблин замер на месте. Словно кролик перед змеёй он смотрел в лицо Арамушу не в силах не то, что пошевелиться, а даже сказать хоть слово.

Тахир наклонил голову чуть сильнее, и таким же потусторонним голосом, как и раньше произнёс:

- Сделаешь ко мне хоть шаг, и я насажу тебя на это копьё, как барана на вертел…

Бедный стражник дрожал уже настолько, что у него из рук выпало его собственное копьё, а по штанам начало растекаться жёлтое и вонючее пятно. Не в силах справиться со своим ужасом, он бросил свой пост и побежал в сторону Дома Предков, истерично завывая:

- Одержимый! Одержимый!

Не обращая внимание на убегающего гоблина, Арамуш перевёл свой взгляд на тело брата и точным сильным броском копья, перерезал верёвку, на которой оно болталось.

Тело Тахика безжизненно упало лицом в снег, в метре от Тахира.

Тот подошёл к нему и перевернул тело брата. Арамуш начал медленно приходить в себя, и эмоции начали возвращаться к нему. Он положил голову Тахика себе на колени и медленно начал расчёсывать ему волосы: он до конца ещё не мог поверить в его смерть. Ему начинало казаться, что еще немного и его брат откроет глаза и это окажется какая-то его глупая шутка.

Минута шли за минутой, а Тахир не двигался с места, продолжая поглаживать брата. Он посмотрел ему на лицо: шрам от копья, который тот ему нанёс на щеке уже почти полностью зажил. В целом его брат почти не изменился, такой же как в тот день, когда он видел его последний раз: сильный мороз царивших в их горах прекрасно сохранял тела. Поэтому Арамушу было сложно определить, когда точно был убит его брат.

Убит…Он начал осматривать его тело в поисках ран, и очень быстро нашёл глубокую дыру от кинжала в верхней части шеи Тахика, почти прямо под челюстью.

- Как же так…брат, - сильнейшая боль терзала молодого Тахира, а глаза снова начали наливаться слезами.

Дыра была глубокой, но не очень большой по размеру: значит вряд ли его убили в бою таким оружием. Да и отсутствие других ран на теле, намекали, что никакого боя не было. А вспоминая их бой на перекрестке, то у Арамуша начинала появляться уверенность в том, что кто бы не убил его брата, он сделал это так, что для Тахика это стало большой неожиданностью.

Также он был уверен в том, что это было сделано не магией. Вспоминая их поединок, вряд ли кто-то из города мог даже близко сравниться с его старшим братом, за исключением учеников Тхара. И дело тут даже не в том, что он был уверен, что они ещё не вернулись, сколько в том, что он прекрасно знал Тсора и остальных, и мог точно сказать, что они никогда бы не ударили так подло. Это были благородные гоблины, может не по крови, но точно по духу.

Арамуш подтянул тело Тахика к себе и крепко его обнял. Он не знал, что здесь случилось, но был уверен, что без приказа его отца, никто не смел бы так вздёрнуть над воротами тело его брата.

- Словно шелудивую псину,