Талисман власти - Владимир Перемолотов

— Как это сделать? Начать войну с Пинским князем? Нам?

Санциско знал уже, как и кто это сделает, но развел руки, показывая, что не готов ответить на этот вопрос.

— Вот об этом нам всем и предстоит подумать. Но на сегодня это для нас единственный реальный выход. А пока… Не будем возбуждать любопытства. Выйдем к остальным гостям. Иначе кто-нибудь, — он мельком посмотрел на Тьерна, — кто-нибудь обязательно доложит обожаемой императрице, что ее верный слуга Санциско строит козни и замышляет заговоры.

Санциско щелкнул пальцами, и слуги отворили дверь в зал, где продолжали веселиться гости, приглашенные главой Совета в свой дом.

Развлекая гостей Санциско, заезжий фокусник творил чудеса.

Пола расшитого халата пролетела над столом, и шелест рассеченного воздуха сменило восторженное аханье. На только что пустом столе появилась шкатулка. Санциско оглядел гостей. В глазах женщин блестела восторженная жадность, в мужских глазах — та же жадность, но смешанная с недоверием. Многие из тут присутствующих бывали во дворце у Феофано и узнали шкатулку. В ней Императрица хранила свои любимые драгоценности.

Фокусник видел блеск глаз. Он наверняка проделывал все это не единожды и каждый раз все было одинаково. Да и чего можно было ожидать другого, от такого порочного существа как человек, кроме зависти и злобы? Он дал им время узнать шкатулку. Дал время взрасти надежде и алчности — все затаив дыхание ждали, что он откроет крышку и они увидят украшение — золото, камни… Он непросто знал это, он чувствовал. Сам воздух пропитан алчным ожиданием.

Это было бы красиво, сильно…. Но не это создает репутацию большого мастера, а совсем другое. Он протянул руку к крышке и услышал, как по залу пронесся легкий шум. Все привстали, что бы лучше видеть, что окажется под крышкой. Маг тянул сколько мог, а потом… Пола халата еще раз пролетела над столом и шкатулка… исчезла.

Вздох разочарования пролетел среди зрителей, а он улыбнулся.

— Особа императрицы священна, как священны и ее драгоценности. Пусть золото лежит там, куда его положили венценосные руки.

— Ловок, шельма!

Простоватый Сойт, еще не избавившийся от грубоватых нравов александрийских торговцев, в семье которых он родился, тихо засмеялся. Его сила была неизмеримо больше, чем у этого жалкого фокусника, но он умел видеть и ценить мастерство, где бы его не находил.

Тьерн, еще недовольный спросил:

— Зачем он тут? Фальшивый маг в доме настоящего мага — это по-моему излишне…

Санциско улыбнулся.

— Вообще-то да, но я вижу в этом известную изысканность…

Тьерн мысленно плюнул. Утонченность главы Совета ему никогда не нравилась. Он смотрел на мир проще, в нем все было ясно — и причины и следствия.

— К тому же у него есть чему поучиться.

— Чему нам у него учиться? Он вкусил только первые капли мудрости и остановился.

Тьерн презрительно оглядел фокусника.

— Мог бы постигать мудрость, идти к вершине, а он предпочел морочить головы идиотам. Чему у него научишься? Разве, что глаза отводить?

— И тем не менее…

Тьерн щелкнул пальцами. Маг на подиуме вздрогнул, в широко раскрывшихся глазах его плеснулся ужас и он … растворился в воздухе. Сперва одежда, потом кожа и плоть, потом исчезли и кости. Зал как один человек ахнул и разразился одобрительными криками. Но Санциско этого и не заметил. Он вглядывался в Тьерна, слово проговаривал про себя слова, поразившие его. Лицо стало серьезным, глаза сузились.

— Отводить?

Сельдеринг посмотрел на него с подозрением, не понимая, что тот различил за его словами.

— Конечно. Вся его сила его была только в том, что бы отвести глаза в нужный момент. Это умет любая деревенская колдунья.

Не слушая его, Санциско сказал:

— Это решение. Отвести глаза! Действительно, простые приемы самые действенные.

Он ухватил себя за голову и несколько минут ходил перед членами Совета.

— Да, — сказал он наконец, — одно слово, а сколько последствий!.. Вот кто решит все наши проблемы!

Он положил руку на плечо Тьерна и тот не решился ее сбросить.

— Ты хотел применить силу — попробуй. Придется поехать в Пинск и сделать так, что бы какое-нибудь племя напало на город.

— И что же будет дальше?

— В суматохе, неизбежной при осаде, я думаю, ты найдешь возможность выкрасть либо талисман, либо ребенка. И тогда….

Оба они замерли, не говоря ни слова. От этой точки мысли их пошли разными путями. Через несколько секунд Санциско улыбнулся. Тьерн тоже. Каждый из них думал о своем. У Сельдеринга были свои резоны. Сделав то, что оказалось не под силу Игнациусу — достав талисман, он станет главой Совета и тогда он станет действовать иначе, так, как велит ему его разум, не опирающийся на замшелые традиции.

За своей улыбкой Санциско скрывал уверенность в исходе этой беспроигрышной для него игры. Если его соперник достанет «Паучью лапку», то он сумеет обернуть это как победу мудрости Совета, а если Тьерну не удастся сделать того, чего он так добивался, причем теми способамами, которые он же сам и избрал, то место покойника в Совете займет кто-нибудь другой, поумнее и поспокойнее и жизнь после этого наверняка станет лучше.

Перед гостями, все еще живо обсуждавшими последний трюк мага, уже выступали сирийские танцовщицы. Танец отвлек внимание приглашенных от маленькой группы гостей, обступивших хозяина виллы и оживленно что-то обсуждавших.

Хозяин озабоченно сдвинул брови.

— Это действительно будет трудно, почти невозможно. Путь силы — путь достойный, но крайне сложный и опасный. Возможно, на этом пути придется столкнуться с самим Белояном!

Санциско посмотрел на членов Совета. В глазах кое-кого из них засветилось понимание.

— Победить такого противника — это великая честь, — задумчиво сказал Арквед. Он не стал расшифровывать, что это означает.

— Это же верная смерть! — воскликнул простодушный Калис. Он знал Белояна и, представляя себе силу Тьерна, точно знал, чем кончится это противостояние.

— Это риск. Большой риск, но не неизбежность, — не согласился с ним Санциско. — Я уверен, что Тьерн найдет способ не встречаться с Белояном. С его стороны это будет самое разумное…

Янгевит, тоже не понявший расчета главы Совета возмутился:

— Как это возможно? Тьерну предстоит влезть в медвежью берлогу и умудриться не встретиться с хозяином.

Санциско невозмутимо кивнул.

— Да. Именно так. И это возможно, если он не воспользуется магией! Путь силы, который выбрал Тьерн не пересекается с путем магии.

Внутренне усмехаясь, он посмотрел в глаза Тьерну, окончательно загоняя того в угол.