Сыщик-скелет идет по следу - Дерек Ленди

– Да, да, да, – перебил его Фергус, энергично замахав руками. – Можно опустить эту часть? Мы уже и так выбились из графика. Давайте сразу перейдем к делу, ради которого мы собрались. Кому достанутся дом и вилла?

– Кто унаследует состояние? – хищно наклонившись вперед, спросила Берил.

– Кто получит права на издание книг? – добавил Фергус.

Стефани украдкой посмотрела на Скелетжера Ловкача. Он стоял, прислонившись к стене, засунув руки в карманы, и спокойно смотрел на поверенного. Или ей только казалось, что он смотрел на поверенного?

Взгляд за темными очками вполне мог быть обращен в любую другую сторону. Стефани снова повернулась к Феджвику, который взял в руки документ и начал читать.

– «Моему брату Фергусу и его очаровательной жене Берил… – объявил он, и Стефани изо всех сил постаралась сдержать смех, – … я завещаю машину, лодку и еще один подарок».

Фергус и Берил недоуменно переглянулись.

– Машину? – переспросил Фергус. – Лодку? Зачем он оставил мне лодку?

– Ты ненавидишь воду, – прокричала Берил, переходя на визг. – У тебя всегда была морская болезнь!

– У меня действительно морская болезнь, – рявкнул Фергус. – И он об этом знал!

– У нас уже есть машина! – продолжала орать Берил.

– И у нас уже есть машина! – вторил жене Фергус.

Берил так сильно наклонилась вперед, что почти легла на стол поверенного.

– А этот подарок… – проговорила она низким, почти угрожающим голосом. – Надеюсь, это его состояние?

Мистер Феджвик нервно кашлянул, достал из выдвижного ящика маленькую коробку и толкнул ее к Берил. Алчная чета с недоумением посмотрела на коробку. Они явно ожидали чего-то большего. Потом оба одновременно потянулись к ней и, хлопая друг друга по рукам, стали вырывать коробку друг у друга, пока Берил не выхватила ее у мужа.

– Что там? – спросил Фергус слабым голосом. – Ключ от банковского сейфа? Или номер счета? Что это? Что это, жена моя?

Лицо Берил побелело, руки задрожали. Она часто заморгала, чтобы прогнать слезы, а потом показала содержимое коробки всем остальным. Внутри на бархатной подушечке лежала брошь размером с подставку для стакана. Фергус уставился на нее в мрачном молчании.

– На ней даже нет драгоценных камней, – рыдающим голосом проговорила Берил. Фергус широко открыл рот, мгновенно стал похожим на рыбу и повернулся к Феджвику.

– Что еще он нам оставил? – спросил он в панике.

Мистер Феджвик вновь попробовал улыбнуться.

– Может, свою любовь?

Вдруг Стефани услышала чей-то пронзительный вой, она даже не сразу поняла, что это взвыла Берил. Феджвик сосредоточился на завещании, стараясь не смотреть на жуткое зрелище, которое являли собой Фергус и Берил.

– «Моему хорошему другу и наставнику Скелетжеру Ловкачу я хочу дать один совет. Ты сам выбрал свой путь, и я не намерен отговаривать тебя от него. Иногда самые опасные враги, с которыми мы сталкиваемся, это мы сами, а самая ожесточенная битва происходит внутри нас. В преддверии бури случается так, что ключ к спасению спрятан, но иногда его можно найти на самом видном месте, прямо у себя под носом».

Стефани вместе со всеми посмотрела на Скелетжера Ловкача. Она вдруг поняла, что он совсем другой, не такой, как все, поняла, что с первой встречи заметила в нем что-то необычное, таинственное и даже угрожающее. Он понимающе склонил голову, и это была единственная реакция на услышанное. Он не стал объяснять смысл этого странного завещания Гордона.

Фергус погладил жену по коленке.

– Видишь, Берил? Машина, лодка, брошка – это не так уж и плохо. По крайней мере он не стал давать нам дурацких советов.

– Заткнись, наконец! – застонала Берил, и Фергус выпрямился на стуле.

Мистер Феджвик продолжил:

– «Моему брату Дезмонду, самому везучему из нашей семьи, я оставляю его жену. Надеюсь, Дезмонд, она тебе все еще нравится… – Стефани увидела, что ее родители грустно улыбнулись и взялись за руки. – Ты окончательно и бесповоротно увел у меня девушку, и если тебе когда-нибудь захочется отвезти ее на мою виллу во Франции, то вилла твоя, я завещаю ее тебе».

– Они получат виллу? – закричала Берил, вскакивая с места.

– Берил, – сказал Фергус, – пожалуйста…

– Знаете, сколько стоит вилла? – продолжала Берил. Было похоже, что она вот-вот бросится на родственников с кулаками. – Нам досталась брошка, а им вилла? Их только трое! А у нас есть Кэрол и Кристал! Нас больше! Нам нужно улучшать жилищные условия! За какие такие заслуги они отхватили виллу? – Она швырнула в родителей Стефани коробкой. – Давайте меняться!

– Миссис Эджли, пожалуйста, успокойтесь, иначе мы не сможем продолжать, – сказал мистер Феджвик и пристально посмотрел на Берил. Та неохотно села.

– Спасибо, – проговорил Феджвик. Было видно, что волнений на сегодня ему вполне достаточно. Он облизал губы, поправил очки и снова устремил взгляд на завещание. – «Если я о чем-то и жалел в своей жизни, так это о том, что у меня не было детей. Когда я видел, кого произвели на свет Фергус и Берил, то считал себя счастливчиком, но, глядя на Стефани… Итак, о моей племяннице, Стефани…»

Глаза Стефани расширились. Что? Она что-то получит? Разве недостаточно того, что дядя оставил родителям свою виллу?

Феджвик продолжал:

– «Мир гораздо больше, чем ты знаешь, и значительно страшнее, чем ты можешь себе представить. Единственная ценность в нем – быть правдивым с самим собой, а единственной целью может быть поиск себя самого».

Она физически ощущала, как Фергус и Берил сверлят ее взглядами, и изо всех сил старалась этого не замечать.

– «Стефани, сделай так, чтобы родители тобой гордились. И пусть они радуются тому, что ты пока живешь под их крышей, потому что всю свою недвижимость и состояние, а также права на издание моих книг я оставляю тебе, и после совершеннолетия ты будешь полноправной владелицей всего этого. Пользуясь возможностью, хочу сказать, что я всех вас по-своему любил, даже тех, кто мне никогда не нравился. Я имею в виду тебя, Берил».

Феджвик снял очки и поднял глаза.

Стефани вдруг осознала, что все смотрят на нее. Фергус вновь стал похож на вынутую из воды рыбу, а Берил тыкала в племянницу своим длинным костлявым пальцем и пыталась что-то сказать, но не могла. Родители смотрели на Стефани в полном удивлении. Только Скелетжер Ловкач подошел к девочке и осторожно взял ее за руку.

– Поздравляю, – сказал он, повернулся и вышел. Как только дверь за ним захлопнулась, Берил вновь обрела голос.

– ОНА? – закричала она. – ОНА?

Берил бросилась вперед, вытянув руки и растопырив пальцы, явно намереваясь задушить Стефани, и врезалась в мужа. Фергус завизжал, получив сильный удар в лицо, его стул перевернулся, и оба скандалиста свалились на пол. Стефани сделала шаг назад, чтобы не наступить на клубок тел. Берил рыдала и всхлипывала, ее ноги нещадно молотили по воздуху. Отчаяние Берил было таким громким, что Фергуса, который барахтался где-то внизу, почти не было слышно. Устав бороться друг с другом, дядюшка и тетушка остались лежать на полу, всхлипывая, повторяя на все лады имя Стефани и тряся яростно сжатыми кулаками.