Опекун для Золушки - Ева Никольская

– Ваше высочество! – хором воскликнули мачеха с Глорией, когда мужчина закончил свою приветственную речь, и дружно присели в глубоком реверансе.

– Высочество? – выдохнула я, понимая свою ошибку, и последовала примеру спутниц.

Как можно было перепутать Дария с моим опекуном? Впрочем, можно! Молодого герцога Элорика я никогда не видела, а то, что слышала о нем, сводилось к истории о черном-черном колдуне в черном-пречерном замке, который, между прочим, при ближайшем рассмотрении оказался серым. Ну а портреты королевского наследника, часто мелькавшие в газетах, имели мало общего с человеком, стоявшим на лестнице. То ли художник как-то странно изображал кронпринца, то ли…

Так, стоп! Его высочество что… сам открыл нам двери? Вежливо поздоровался, справился о самочувствии и даже предложил руку Агате, вовремя изобразившей недомогание? Принц?! Не дворецкий и не одна из этих неподвижных «кукол» в черно-белой форме? Не понимаю: портал нас случайно закинул в иное измерение, где под кустом закопан весь общепринятый этикет? Куда, кстати, делись парни с нашими сундуками? И где, в конце-то концов, мой опекун?!

Пока я размышляла, его высочество отдал распоряжение служанкам отвести нас в гостевые спальни и туда же подать поздний ужин. Судя по светящимся стрелкам на огромных настенных часах, висевших в холле, очень-очень поздний. А правильней будет сказать, ранний завтрак, ведь до того, как попали в сети тьмы, мы успели проехать несколько долгих часов. Сам Дарий тоже отправился с нами, ибо мачеха вцепилась в него мертвой хваткой, продолжая играть роль измученной дорогой путницы.

– Где она? – От голоса, раздавшегося за спиной, у меня аж мурашки по коже пошли. Счастье, что мы не успели дойти до очередной лестницы, подсвеченной тусклыми зелеными светильниками. Потому что от столь громогласного окрика я вполне могла оступиться. А так лишь застыла на месте, вытянулась по струнке и даже дышать перестала, ожидая продолжения. В том, что это и есть мой опекун, сомнений не возникало. И где, спрашивается, его носило? Не королевское это дело – чужих гостей встречать. – Мое почтение, леди, – смягчился герцог, подходя ближе.

Агата с Глорией снова присели, подхватив пышные юбки, я – тоже, хотя ноги наотрез отказывались слушаться. Так что вместо почтительного реверанса у меня вышел кривоватый книксен. Впрочем, его светлость это ничуть не задело. Он скользнул по мне холодным взглядом, от которого присмиревшие было мурашки снова забегали в панике, и с интересом уставился на Глорию. Та заметно побледнела, вероятно, тоже оценив жуткий взор мага.

– Микаэла? – спросил он, не удосужившись добавить «леди».

Глаза его в полумраке коридора мерцали золотым, вызывая ассоциацию с мракобесом^[1]. Но меня поразили не они… вернее, не только они. Я как зачарованная смотрела на седую прядь в черных волосах мужчины, не в силах отделаться от чувства, что раньше уже видела нечто подобное. У мамы тоже была такая, но она подкрашивала ее травяными настоями, и на фоне золотистой шевелюры более светлый локон казался просто выгоревшим. Однако моя память из пучин прошлого выудила совсем другой образ. Юное лицо со светло-серыми глазами, кривоватая улыбка, короткий хвост на затылке и белая прядь в волосах цвета вороного крыла.

Гм… Герцог?

– Я Глория Адамс, ваша светлость, – пролепетала моя сводная сестра, снова зачем-то сделав реверанс.

Как она не падает только… под препарирующим взглядом нашего «радушного» хозяина.

– Вот как, – разочарованно произнес тот, вновь обернувшись ко мне. Агата его, похоже, вовсе не интересовала. Да и ей внимание герцога тоже не требовалось, она уже отхватила себе добычу королевских кровей. – Значит, ты! – припечатал опекун, рассматривая меня. Мурашки попадали в обморок, слизанные липким языком страха, ползущего по позвоночнику. Ощутив себя маленькой беспомощной девочкой, попавшей в сети большого голодного паука, я поняла, что мне такое положение дел совершенно не нравится и, гордо вздернув подбородок, ответила:

– Значит, я. Леди Микаэла Адамс к вашим услугам. – На этот раз мой книксен был идеальным.

– Совсем ничего от матери, – пробормотал бесов колдун, чуть поморщившись. Пронзительный взгляд мага гипнотизировал, изучал, будто я не живая девушка, а новый экспонат его частной коллекции. – Жаль.

Меня задело. Сильно. Матушка моя, безусловно, была красавицей, каких мало, но и я, если подходить объективно, тоже не уродина. Да, внешностью в папину породу пошла: средний рост, каштановые волосы без намека на кудрявость, рот чуть большеват, нос, напротив, тонковат, брови с изломом вместо модных нынче полукруглых, зато глаза яркие, как незабудки. И кстати, мамины!

Папа частенько шутил, мол, когда вырасту, ни один кавалер меня не сможет выкинуть из головы. Шутил, да. Было время. Светлое воспоминание о родителях затянуло серое марево скорби. Я даже на герцога перестала обижаться, смысл? Не в его вкусе? Отлично! Меньше шансов, что он захочет со мной знакомиться ближе. Мне этот хам тоже не понравился. Долговязый, бесцеремонный тип, лишенный манер. Черный маг, одним словом, окончательно одичавший в своем черном-пречерном логове.

– Ивар! – окликнул друга принц. Элорик моргнул, на миг прикрыв свои жуткие глаза, и я тихо выдохнула. – Ты пугаешь наших очаровательных гостий.

– Не со зла. – Магистр хищно улыбнулся, и я невольно усомнилась в его словах.

– Прошу прощения, ваша светлость, но мы с дочерьми и правда очень устали в дороге… – пришла мне на помощь Агата. – Нельзя ли перенести беседу на утро? Мы бы с удовольствием составили вам компанию за завтраком, – не упустила своего она.

Я редко была благодарна мачехе за инициативу, но сегодня она буквально спасла меня, переключив внимание герцога на себя. Почему мама выбрала мне в опекуны именно этого человека? Что их связывало в прошлом? Пфф! Как же много вопросов, на которые никто не собирается отвечать, потому что все уже продолжили путь в западное крыло, на ходу обсуждая какой-то бал, и только я плелась сзади, анализируя ситуацию.

Что-то надо этому желтоглазому пауку от бедной маленькой меня. Нутром чую, надо! Понять бы еще что?

В спальне…

Я сидела, подтянув к груди колени, на большой кровати с полупрозрачным балдахином и пыталась упорядочить мысли, метавшиеся в голове. К еде почти не притронулась – аппетита не было, зато горячее какао выпила с удовольствием, невольно поражаясь, что оно сохранило тепло, несмотря на долгий путь с кухни до расположенных на втором этаже гостевых спален. Хотя называть спальней двухкомнатные апартаменты с личной ванной, уборной и еще одной непонятной дверью, которая, к моей досаде, оказалась запертой, я бы не стала. Это все скорее напоминало удобно обставленную квартиру, не хватало лишь места для готовки.

Еду в замке подавали в столовой и строго по расписанию. Туда нам и было велено спуститься утром. Принц пообещал лично представить нас другим гостям, если мы, конечно, желаем участвовать в запланированных мероприятиях. Речь шла об отборе невест, упомянутом нотариусом. Естественно, Агата с Глорией согласились. Я пожала плечами, раздумывая над тем, что в случае отказа меня тут, похоже, лишат завтрака. Странные все же правила. Чтобы, не приведи духи, мы не опоздали к назначенному часу, его светлость пообещал прислать за нами служанок. Тех самых, которые за все время знакомства не проронили ни слова. Даже имена их назвал герцог, не поленившись представить каждую.