Простая смертная - Екатерина Оленева

Пытаясь сообразить, каким образом кошка могла вещать внутри стены, я наткнулась взглядом на чёрное слуховое или вентиляционное окошко, темнеющее провалом в полуметре над моей головой.

Вот пушистая гадость! И как её теперь оттуда вытащить? Может, если позвать поласковей, кошечка сама выпрыгнет из своей темницы.

–Кс-с, кс-с, кс-с!

– Мяв!

Продолжился наш диалог без особого смысла, но полный эмоций.

Стены в этой части дворца были выложены огромными облицованными кирпичами. Они были довольно грубо сколочены и словно бы не слишком сильно пригнаны друг к другу, между большими камнями были выступы, за которые легко казалось ухватиться.

Не знаю, что я пыталась сделать, хватаясь то за один кирпич, то за другой. Может, надеялась подтянуться и, заглянув внутрь слухового окошка, дотянуться до свекровиной любимицы?

Пальцы, ухватившись за один из кирпичей наверху, вдруг соскользнули, кирпич сдвинулся, становясь вертикально, а стена передо мной отодвинулась, открывая чёрный проход.

Ну, конечно! Очередной потайной ход? Сколько же их тут? Ладно, не моё дело. Моё дело разглядеть чёрную кошку в чёрном ходу, схватить и выбраться на свет божий обратно.

Я просунула голову вперёд – кошки не было видно.

«Мяв» – теперь доносилось откуда-то впереди. Что оставалось? Рискнуть? Тем более, что там, внутри, оказалось не так уж и темно. Из множеств маленьких окошечек ну уровне чуть выше моего роста вливался свет.

– Кс-с! Кс-с! – снова попыталась приманить я пушистую вредину, безуспешно.

Пришлось лезть за ней в кошачий лаз.

Как я и полагала, стена, сдвинувшись, встала на место. Ладно, без паники. Принцессы во дворцах не теряются. Если не найду выход отсюда – позову на помощь. Не в пустыне ж? Раз тут повсюду слуховые окошки, кто-нибудь да услышит? Без паники и вперёд за приключениями.

Внутри дворцовых стен ничего так себе. Только пыли и паутины многовато.

– Мяв! – снова позвала меня за собой кошка.

И, ободрённая, я вновь двинулась вперёд.

Неожиданно раздавшийся совсем рядом голос мужа заставил меня замедлить шаг и замереть, прислушиваясь.

– Чем ты недоволен? – в голосе Эвила явственно слышалось раздражение.

– Я думал, что ты поговоришь со мной прежде чем примешь очередное спонтанное решение.

Этой, кажется, Атайрон?

Судя по тону, братья спорили или ссорились. Уж не из-за меня ли? Очень не хотелось бы, потому что тон старшего брата, обвиняемого в чернокнижии, не обещал ничего хорошего.

– Не понимаю, чем ты недоволен?

– Думаю, что отлично понимаешь. Мы в весьма шатком положении. И твои любовные увлечения его не укрепляют.

– Мне надоели разговоры о драконах! Если они вам с матерью так дороги, почему бы самим не озаботиться их приплодом. В конце концов у тебя теперь есть свой дракон. Женись. Может быть тебе повезёт больше?

– Я сейчас говорю вовсе не об Анжелике, – терпеливо возразил Атайрон и я с облегчением тихонько выдохнула.

– А о чём же тогда? – раздражения в голосе Эвила лишь добавилось.

– О последствиях твоего прежнему увлечения.

– О чём ты?

– О вчерашней посылке от самопровозглашённого короля Эпалла, до сих пор правящего землями Розовых Песков.

Розовые Пески? Надо же, как романтично? Звучит всякой лучше Змеиных Островов.

– Слухи достигли твоих ушей?

Насмешка, прозвучавшая в словах Эвила, пропала даром. Атайрон, судя по всему, пропустил её мимо ушей.

– У меня чуткий слух, брат.

– И хорошие шпионы.

– Но ты же не думал скрыть от меня отрезанную голову посла?

– Эпалл ответит за свои действия.

– О твоих неразумных намерениях я тоже в курсе.

– Сколько времени ещё мы будем пререкаться? Не достаточно ли, брат? Я давно не ребёнок, и не нуждаюсь в том, чтобы ты меня контролировал или страховал.

– Тогда перестань вести себя как глупый мальчишка. Чистое безумие отправляться туда одному.

– Не одному. Вместе с драконом. ТО, что ты называешь безумием вполне разумное с моей точки зрения.

– Разумно?.. Это самоубийственно.

– Никакого риска. О какой опасности может идти речь, если я собираюсь предать огню врага, не опускаясь на землю.

– Не будь столь самоуверен. Самоуверенность погубила твоего отца.

– Как и твоего до этого, если верить рассказам матери. Не учи меня управляться с драконами, я оседлал первого из них в тринадцать.

– Мне не нужны были драконы.

– Ты сам похлеще любого их них.

– Не заговаривай мне зубы! Мы не закончили обсуждать твоё путешествие… ты действительно думаешь усмирить целой королевство с одним драконом?

– Не понимаю, чего ты так паникуешь. Все рады моему решению.

– Которое поспособствует – чему?..

– Тому, что никому нельзя отрубать голову моим послам.

– Даже если до этого ты отрубил голову дочери того, кто оказался столь… хм-м? – неблагодарным?

– Я не отрубал Эденсун голову!

– Лучше бы отрубил. Сразу. Ещё до всего, что закрутилось вокруг неё.

– Хватит! Что сделано, то сделано.

– Верно. Но ты совершаешь одну глупость за другой. А мы не имеем право этого делать. В этой игре, что вы с матерью затеяли, нельзя так часто ошибаться. Это прямая дорога к гибели.

– Они все гиены, Атайрон. Дракона им не достать.

– Вот об этом я и говорю. Нельзя недооценивать гиен, братец. А драконов уже убивали раньше. Почему бы этому не повториться в будущем?

– Чего ты от меня хочешь?

– Возьму армию.

– Рисковать флотом в это время года? Рисковать людьми? Терять время? Один я к завтрашнему вечеру вернусь домой с победой. Армия же будет балластом. Да и лишних гробов лучше избегать. Подданные и так ворчат, не будем давать им повод для очередного бунта. Иначе придётся снова заливать улицы драконьим пламенем, доказывая всем и каждому, что власть – это я.

– Ты делаешь глупость, брат.

– Если ты действительно хочешь быть властью, тебе нужно сделать три вещи: первое – послать армию в земли Розовых Песков. Назначь меня генералом, и я принесу тебе голову Эппала, как вчера тебе под ноги бросили голову посла. Второе – заставь провести Ритуал как можно скорее и реши вопрос с принцессой Анжеликой. Либо сделай её своей настоящей женой, либо похорони…

– Довольно! Аккуратнее с советами, брат! Особенно когда я их у тебя не просил! – голос Эвилла звучал, как сталь во время боя.