Простая смертная - Екатерина Оленева

По моему глубочайшему убеждению, человек кричит от бессилия и страха – всегда. Счастливое исключение составляют глупцы – тем просто нравится громыхать по поводу и без повода, они общаются криком. Но эти слои населения всегда характеризовались одним кратким словом «чернь», от них многого не ждёшь.

Атайрон же представлялся мне человеком иного склада. И вот теперь – оскорбление, крик?

Видимо, всё прочитав по моему лицу, он и сам устыдился собственного порыва.

– Да, принцесса. Это не просто опасно – это смертельно опасно. В Розовых Землях умеют бороться против драконов. Нужно остановить моего брата и предотвратить его необдуманные действия.

– Вы полагаете, это в моих силах?

– Уверен в этом.

Стоит ли чувствовать себя польщённой?

– Если он не послушал вас, с чего вы думаете, что меня услышит?

– Ему ненужно вас слушать. Объявите, что готовы к Ритуалу. Это вынудит брата задержаться. Он обязан присутствовать.

Я смотрела на Чернокнижника в полной растерянности:

– Готова к Ритуалу?.. Но я не готова!

– Вы любите Эвила? Если да, если решили идти этим путём, к чему откладывать? Вам всё равно придётся это сделать. Так давайте воспользуемся этим как надёжной уловкой задержать брата от заведомо рокового шага?

Я колебалась. Да, он был в чём-то прав, и раз противостояние с Молнией всё равно неизбежно?.. Почему бы и нет?

Потому что – страшно! Одно дело, когда у тебя событие в перспективе, и совсем другое, когда уже вот-вот на носу. Но и отпускать Эвила одного бог весть куда, если это опасно?..

– Хорошо, – наступая свои страхом на горло, кивнула я. – Идёмте с Драконье Логово.

– Что? Прямо сейчас? – усмехнулся он.

– Если у меня получится оседлать Молнию наедине с вами, может быть, это и вдохновит меня на дальнейшие подвиги.

– А если не получится?

– Тогда говорить о дальнейшем бессмысленно.

Я ведь капитан-очевидность, правда?

– Только вот как быть с любимой кошкой вашей матери? Я не хочу скормить её драконам, и не хочу, чтобы она потерялась.

– Полночь не потеряется. Где бы она ни была, но к матери всегда найдёт дорогу. Однако, чтобы угодить вам…

Лёгкий щелчок пальцами и в одной из стен стало образовываться нечто вроде портала. Как будто две параллельные плоскости накладывались друг на друга, образуя нечто весьма странное и причудливое, напоминающее перемещение чёрной дыры в пространстве. Видимо, для кошки это было не в новинку и не в диковинку. Боднув мне в ноги и в последний раз на сегодня мявкнув мне на прощание, она неторопливо направилась прямо в черноту-червоточину в центре вращающегося и искажающегося нечто. И её словно засосало внутрь. В лицо мне ударило ветром и холодом, и всё исчезло.

– Где она теперь? – ошарашенно спросила я.

– В комнате матери, рискну предположить. Теперь мы можем идти?

– Так же, как полночь? Через Кротовую Нору?

– Кротовую Нору? В первый раз слышу, чтобы Порталы так называли. И – нет, я не могу построит Портал в Драконье Логово. Вернее, могу, но не стану.

– Почему? – я спросила, потому что он ждал этого вопроса

– Это рискованно, – прозвучало в ответ. – Драконы – порождение магии и они, подпитываясь ею, способны разрушать любые чары, поглощать их. С хозяевами в определённые моменты делиться силой, накопленной ими магии. Ты это узнаешь на своей шкурке, если всё пойдёт хорошо.

– Не совсем хорошо поняла: что значит – делиться магией?

– От рождения у тебя ведь нет магических способностей.

– Конечно, нет!

– Почему же ты так в этом уверена? Твоя бабка была сильной Тёмной ведьмой. Рискну предположить, что и тебе с этого пира что-то перепало.

«Неужели Анжелика самостоятельно устроила наш с ней обмен?», – пронеслась в моей голове мысль и тут же угасла, как отлетевшая от костра искорка.

Практической пользы в подобном знании всё равно не было. Так какой смысл об это думать?

– Но даже если ты родилась без магической искры, твоя связь с подвластным драконом её тебе даст.

– Ещё одна приятная новость?

– Мне почудилось, или в твоём голосе слышна ирония? Да, предполагалась приятной.

– Пусть тогда будет так.

Мы без приключений добрались в уже знакомое место. Странно, но на этот раз я не боялась. В сердце было темно и спокойно. Я просто хотела сделать это. Раз и навсегда разрешить все сомнения и противоречия. Нельзя же всё время изводить себя нерешительностью?

При нашем появлении пространство наполнилось шорохом крыльев, будто тысячи летучих мышей взвились в воздух. Драконы, все трое, как и в прошлый раз, словно поделив помещение между собой, находились в разных частях «арены», предназначенной им служить домом. Молния была приметна и отличима от остальных за счёт своих изящных размеров. Она была меньше, легче, подвижнее.

Стоило мне войти, как её алые глаза сразу же обратились в мою сторону. Она опустила клыкастую голову, но на сей раз не обнажила их против меня.

Просто наклонилась и глядела.

Как и в прошлый раз, я безотрывно смотрела ей в глаза, на этот раз пытаясь транслировать свои мысли, а не читать её. «Ты нужна мне, а я – тебе. Рано или поздно тебе всё равно придётся избрать всадницу. Почему бы ею не стать мне? Я буду тебе хорошим другом. Я стану заботиться о тебе и любить. Ты нужна мне, чтобы спасти жизнь человека, которого я люблю, чтобы занять подле него место. Я нужна тебе, чтобы тебе не быть одной. Ведь у твоих собратьев есть Всадники, и лишь ты одна до сих пор одинока. Давай объединим усилия? Давай разделим нашу дальнейшую жизнь на двоих? Давай будем вместе, как положено магией, породившей твой род?».

Молния не отводила взгляда и не моргала. Но никаких образов или ответных мыслей с её стороны не приходило.

Что ж? Пришлось действовать на свой страх и риск.

Когда знакомишься со зверем впервые раз, нужно протянуть ему руку – так меня учил в своё время дед. Он был ветеринаром и первоклассным конюхом. Лошади, собаки, кошки – они знакомятся, обнюхивая протянутую к ним руку. А после этого либо идут на контакт, либо нет. Сближаться без этого со зверем всё равно, что кидаться делать обнимашки с человеком, не спросив даже его имени.

Сделав вперёд несколько робких шагов, я вытянула руку. Дальше Молния либо сделает ответный шаг, либо нет.

По счастью, она сделала.

Как в замедленной съёмке, цепенея, то ли от ужаса, то ли от восторга, я видела, как её шипастая бронированная голова склоняется ко мне. Как надо мной зависает её ноздри-прорези, откуда вырывалось горячее дыхание. Глаза, едва ли не с меря ростом, лениво прикрыты веками.