Эрийская маска - Николай Воронков

– А можно, я попробую с Сэдриком? – вдруг загорелся я.

Леди Ирена долго смотрела на меня.

– А ты уверен в своих силах?

– Конечно!

– Я неправильно выразилась. Энергию надо будет вливать очень осторожно, по капельке. При твоей силе ты можешь запросто убить Сэдрика…

Теперь уже я задумался. Вроде бы в последнее время сбоев у меня не было. Сосредоточившись, сделал целую цепочку шариков размером с булавочную головку.

– Вроде слушается.

Леди Ирена проводила шарики взглядом и вздохнула:

– Из-за тебя, Нико, я когда-нибудь поседею. Это очень опасная операция, но вы уже более полугода работаете в паре. Ладно, беритесь за руки, а я буду контролировать.

Мы уселись, и я передал Сэдрику самую маленькую капельку силы. С минуту мы просто сидели и глядели друг на друга.

– И как ощущения? – спросила леди Ирена.

Мы с Сэдриком одновременно пожали плечами – никак.

– Теперь попробуй передать энергии раз в десять побольше.

Я выполнил, и еще минуту мы переглядывались.

– Ничего?

– Ничего.

– Попробуй передавать капельками, как будто дождь с крыши капает.

Еще минут пять я старательно считал себе «кап-кап», но результата по-прежнему не было. Леди Ирена остановила меня, проверила еще раз наше с Сэдриком состояние и наконец решилась:

– Нико, ты сможешь передавать энергию тонкой струйкой, но не очень сильной?

– Конечно!

– Тогда будем делать так: ты передаешь энергию струйкой, я слежу за вашим состоянием. Если за пять минут ничего плохого не происходит, я киваю тебе, и ты увеличиваешь поток вдвое. Хорошо?

Я мотнул головой. Энергия текла легко и свободно. Я следил за аурой Сэдрика, леди Ирена – за нами обоими, а Сэдрик смотрел на нас, с интересом слушая непонятные разговоры. Только через полчаса заметил, что аура Сэдрика стала разрастаться. Но прошло еще полчаса, прежде чем она стала плотной и даже ярче, чем у леди Ирены. Меня тут же остановили. Леди Ирена обследовала Сэдрика и как-то обреченно произнесла:

– С ума сойти! За какой-то час поднять слабенького первокурсника до уровня архимага?! Об этом лучше никому не говорить. Иначе…

Она строго посмотрела на нас.

– Запомните, мальчики. НИКОМУ НИКОГДА НЕ ГОВОРИТЕ, что мы сегодня сделали. Иначе у нас у всех будут просто ОГРОМНЫЕ неприятности. С сегодняшнего дня я ЗАПРЕЩАЮ Сэдрику заниматься магией. – Сэдрик удивленно поднял глаза. – Только потому, что такой скачок способностей может быть опасен. Организму и сознанию надо привыкнуть к новым возможностям. Будете приходить на практику и делать вид, что вы что-то делаете. Пятерки у вас в кармане. А заниматься по-настоящему начнете уже на следующем курсе.

Сэдрик толком не понял, что мы такое сделали с его «аурой», но разрешение больше ничего не делать воспринял с удовольствием. Тут же развалился на стуле и начал болтать ногой, прикидывая, чем заняться теперь.

– Сэдрик, не так откровенно! – укорила его леди Ирена. – А то придется поручить тебе делать копии рисунков заклинаний для других групп.

Сэдрик намек понял правильно. Собрал глаза в кучку и принял такой задумчивый вид, что я восхитился. Артист! Но мысли его сейчас могут течь только в двух направлениях – девчонки и где с ними можно познакомиться.

Леди Ирена устало откинулась на спинку стула.

– Ну и денек! Ну и студенты! Давненько у меня такого не было! Очень.

А я обратил внимание на Алю. Сидела она недалеко, что-то наверняка слышала, и глаза светились таким любопытством! Захотелось сделать что-нибудь приятное и для нее. Перейдя на новое зрение, посмотрел на Алю. Аура неплохая, но не идет ни в какое сравнение с нынешней аурой Сэдрика.

– Леди Ирена! А можно я и Але передам немножко энергии?

Леди Ирена не стала ругаться. Просто долго смотрела на меня.

– А как ты себя чувствуешь?

– Я? Прекрасно! Так интересно, так весело! Наконец-то и я могу сделать что-то полезное.

– И ни усталости, ни ощущения тяжести?

Я прислушался к себе:

– Да нет, наоборот, даже бодрость какая-то.

Лед Ирена подозвала Алю:

– Аля, Нико хочет сделать эксперимент. Ты сможешь помочь?

Аля даже не спросила, что надо делать, сразу согласилась.

– Тогда садись ближе к Нико, беритесь за руки. О малейших неприятных ощущениях говори сразу. Понятно?

Аля кивнула.

– А ты, Нико, будешь действовать по той же схеме, как и с Сэдриком.

Теперь уже кивнул я.

– Ну тогда очень осторожно. Начали.

Я передал только первую маленькую каплю энергии, а Аля ойкнула и чуть не подскочила.

– Что, что случилось?! – переполошилась леди Ирена. – Где больно, что ощущаешь?

Аля смущенно опустила голову.

– Не больно, даже приятно. Просто очень неожиданно и ярко… – Она замялась, подбирая слова.

Но леди Ирена ее, видимо, поняла. Сделав диагностику, заметно успокоилась.

– Это потому, что Нико – мальчик и передает энергию напрямую. Ничего страшного не должно быть, разве что… – она чуть заметно улыбнулась, – этой ночью будешь беспокойно спать. Но это нормально.

Больше Аля не ойкала, разве что иногда ерзала на стуле и несколько раз неожиданно краснела. Но аура у нее получилась на загляденье – красивая, яркая и сочная.

Леди Ирена и ей сделала внушение – никому ничего не рассказывать и не магичить до следующего курса.

Жизнь стала сказкой. На лекции ходить не надо, с практики по магии леди Ирена нас тоже выгнала – слишком уж откровенно мы бездельничали. Так что утром я провожал Сэдрика до Академии, потом гулял по городу, присматриваясь к жизни людей. Если была практика по магии, то гуляли уже втроем – я, Сэдрик и Аля. Получалось очень даже неплохо. Аля оказалась нормальной девчонкой, с которой можно поговорить на любые темы. Сэдрик почему-то решил, что Аля – моя девчонка, поэтому вел себя скромно, не пытаясь заигрывать. Много смеялись, обсуждали все на свете. Устроившись в открытом кафе, пробовали модную новинку – «мороженое». Жалко только, что вскоре начались экзамены. Сэдрик с Алей засели за учебники, а мне пришлось снова гулять в одиночестве. Сэдрик было заикнулся, что неплохо бы помочь ему с подготовкой, но я сослался на запрет «думать», который установила для меня леди Ирена. А нечего сидеть нахлебником на моей шее! Парню уже двадцать один год, а все ждет, что ему помогут. Пора начинать жить своим умом! Единственная помощь, которую я ему оказывал, – моральная. Проводить на экзамен, вместе подрожать в коридоре в ожидании самого неудачного билета. Ну и радостно поорать, когда экзамен уже сдан.