Невеста опального принца - Инесса Иванова

Эта была именно та девушка, которую я увидела в первый день по прибытии в Замок Трёх Роз. Она принесла мне первую весточку от принца.

– Я буду прислуживать вам, ваша милость, –  певучим голосом протянула она и сделал книксен. Всё-таки в вышколенности и точном следовании этикету девушку упрекнуть было нельзя.

– Здесь холодно, я зябну,  – сказала я, вспомнив добрым словом усатого стражника, посоветовавшего одеться во всё тёплое. Правда, он, должно быть, имел в виду, что я окажусь в тюрьме, а не в пусть и давно не топленных скромных, но покоях для знатной госпожи. – Нельзя ли развести камин?

– Увы, ваша милость. Он давно не прочищался. Здесь почти столетие не селили. Но я постараюсь достать у миссы Гленны, эта экономка в этой части замка, тепловые свечи. Всю комнату не протопим, но около кровати будет чуть приятнее.

– Хорошо, спасибо. – Я попыталась улыбнуться. Подошла к окну, наспех завешанному белым тюлем, видавшим лучшие времена, и выглянула во двор.

На меня смотрел заброшенный сад. Колючие ветки сухого каштана царапали стекло, словно хотели проникнуть внутрь и утащить меня прочь. Лишь старая раскидистая ива опускала тонкие зелёные ветви к полузасохшему пруду.

Оливия вышла, оставив меня одну. Я оглядела небольшую комнату, которую мне выделили в качестве места заточения милостивые король с королевой.

Когда-то это были покои знатной дамы. На стене всё ещё висел полуистёртый от времени и побитый молью гобелен с изображением прекрасной рыжей дамы, вышивающей у открытого окна.

Не успела я как следует разглядеть его, как двери моей темницы распахнулись, и в комнату быстрым шагом вошёл принц.

Я и сама не поняла, как расплылась в улыбке и сделала шаг навстречу, но вовремя одёрнула себя. Не надо быть навязчивой, он спасал меня из жалости.

– У нас мало времени.

Его высочество подошёл ближе и, сжав мою руку, повёл к окну. Резко обернулся и обхватил ладонями моё лицо, словно хотел поцеловать. Я уже закрыла было в предвкушении глаза и расслабила губы, как он спросил:

– Теперь ты скажешь правду? Кто ты на самом деле?

Кровь бросилась мне в лицо, а ладони вмиг вспотели.

– Я не понимаю, – начала было я.

– Тише! Нас подслушивают, пусть думают, что мы говорим о любви.

Принц произнёс последнее слово так, будто речь шла о чём-то ругательном и бесконечно глупом.

– И всё равно не понимаю.

– Врёшь, всё врёшь!

Он наклонился к моим губам, коснулся их и снова заглянул в глаза.

– Мне нужна правда. Она спасёт тебе жизнь.

Он по-прежнему продолжал держать моё лицо в своих ладонях и смотреть то в глаза, то на губы, шепчущие о непонимании.

Я была упряма и наслаждалась его близостью. Единственного человека здесь, кто отважился открыто выступить в мою защиту.

– А вы сами, ваше высочество, готовы к правде?

Его пальцы скользнули по моей шее и плечам:

– Ты точно не Ариса. Но кто?

– А кем вы хотите, чтобы я для вас была? Я тем и стану.

– То есть тебе всё равно, с кем быть, только бы спасти жизнь? Впрочем, не смею тебя упрекать. Положение серьёзное. Я не смогу помочь тебе, если ты не скажешь правду. Я маг и многое могу, поверь на слово. Ничего иного тебе и не остаётся.

Я колебалась. Видела, что Леннард не лжёт, но не решалась сказать всё как есть. Например, что заняла место Арисы, стала ею, чтобы спасти жизнь. И, кажется, всё без толку.

И вначале даже хотела погубить моего нынешнего спасителя.

Узнай принц правду, не посчитает ли меня сумасшедшей? Или, хуже того, вруньей?

Он снова схватил меня за плечи и легонько сжал их.

– Я видел Лиру. Только что. Старшая фрейлина просила передать, что за тобой снова тянется шлейф из мёртвых цветов. Это саван смерти, так она сказала. Но даже я не вижу его. Как считаешь, почему?

Закусив нижнюю губу, я всхлипнула и закрыла глаза. Раз, два, три. Решайся!

– Потому что я не от сюда. Меня зовут Лизой. Будем знакомы, ваше высочество!

И я посмотрела на принца, как смотрят на спасителя. И на того, за кем готовы иди и в огонь, и в воду.

Я умела ценить дружбу и преданность. А большего мне никто не предлагал.