Последняя фреска - Ярослав Кудлач

Маринелли поцеловал потрясённую Магду в лоб.

– Внимание! – раздался мегафонный голос. – Бросьте оружие и выходите из машины с поднятыми руками!

Итальянец выпихнул девушку наружу, а сам выкатился по другую сторону, залёг и открыл огонь по патрулю.

– Ну же! – прокричал он между выстрелами. – Беги!

Магда сделала несколько шагов по улице, но тут вспомнила.

– Бенито! – обернулась она. – Ведь не ты убил Луку Рюттингера, правда?

Итальянец не успел ответить. Грянула очередь, по автомобилю замолотили пули. Магда вскрикнула, пригнулась и побежала. Перед глазами прыгали фонари, дома, деревья. Голова кружилась, неумолимо надвигалась тошнота. У Магдалены стали заплетаться ноги, она чуть не упала. Краем глаза она заметила полицейский автомобиль, припаркованный у многоквартирного дома. Ещё немного… Совсем немного…

Из кустов выскочили трое блюстителей закона. Магда метнулась в сторону, но куда было ей, смертельно уставшей и полуоглушённой, мериться силами с профессионалами! В одно мгновение она оказалась лежащей ничком. Лязгнули наручники.

– Не-е-ет! – закричала Магдалена, заливаясь слезами. – Пустите! Убийцы!

– Сопротивление бесполезно! – просипел полисмен.

Магда поняла, что всё кончено. Она смотрела на большой дорожный знак с триколором и надписью «Франция». До него осталось метров тридцать. А Подписавших – трое. Считая вместе с ней.

* * *

– Эй! Привет!

– Это ты мне?

– Кому же ещё? Поди сюда!

– Ну и наглец… Сейчас как дам по шее!

– Ой-ой-ой, напугал! Иди сюда, говорю!

– Чего тебе надо, чудовище?

– Поговорить. Отойдём-ка в сторону.

– Зачем? Смотри, я не всегда добрый и весёлый. Будешь выпендриваться – врежу, все только спасибо скажут.

– Хватит грозиться. Давай сюда, в подворотню…

– Ну?

– Комендант Рибель умер, слыхал?

– А твоё какое дело?

– Большое и толстое. Про стрельбу в Альшвиле у французской границы знаешь?

– Я-то знаю. А вот как ты пронюхал?

– Сам слышал, тут недалеко. Бенито Маринелли пропал, Магда тоже. Бернд Рибель мёртв. Лука убит. Йонас мёртв… А два и два кто угодно сложить может. Даже глупый вояка.

– Ах ты, засранец! Я тебя…

– Стой! Разве ты не узнал меня, мой капитан? Пусть я пять с половиной веков лежу под плитами Мюнстерского собора, да и нынешний облик не соответствует сущности, но чутьё тебя до сих пор не подводило!

– Ва… ваше…

– Куда на колени, осёл! Встать! Чего доброго, увидят…

– Простите… простите…

– Ага, всё-таки узнал…

– Как я мог обмануться? Теперь я всецело с вами. Приказывайте!

– Сложно приказать, когда всё туманно и размыто. Когда ты начал вспоминать?

– После гибели Петера фон Андлау. То бишь Йонаса…

– Всё правильно. А я ещё раньше. Хотя какие, к чёрту, воспоминания… Образы, не более…

– Так ведь и у меня тоже!

– Помолчи. Как только погиб Йонас, я понял, что всё завертелось заново. Очки помнишь?

– Те самые? Они не пропали?

– Нет, они у меня. То есть уже не у меня… Мне стали сниться жуткие сны, я всегда носил их с собой, на всякий случай. А когда забрали нашего юриста, у меня словно пелена с глаз упала! Я посмотрел на Магдалену Ланц и увидел… Одним словом…

– Говорите прямо. Это она?

– Да.

– Господи, милостивый, всемогущий, спаси нас…

– Бесполезно, капитан. Молитвы хороши, пока жива надежда… А фрау Ланц так близко подошла к последней черте… Короче говоря, очки я отдал ей. Слабенькая, однако, поддержка. Если он придёт в настоящем обличье, вряд ли колдовство поможет… Пора действовать.

– Я весь внимание.

– Магда скоро вновь объявится. Вероятнее всего, её сейчас держат в полиции – помнишь стрельбу? Уверен, там прикончили кого-то из наших. Вероятнее всего, советника Эберлера. Отыщи Магду и сделай всё, чтобы её не забрал василиск. Любой ценой. Ты понял? Вспомни, что говорилось в свитке Абделятифа Эль-Фузи. Даю тебе карт-бланш.

– А вы сами не…

– Посмотри на меня. Что я могу в этом жалком облике? Если даже ты, мой капитан, не сразу узнал хозяина…

– Виноват! Ваше…

– Прекрати, болван! Ступай. Найди Магдалену Ланц и сделай всё, как надо.

– Нет, это невозможно…

– Что за новости? Повинуйся!

– Вам нельзя быть одному. Если он нанесёт удар первым… Одним словом, я останусь с вами. Это мой долг.

– Благодарю, капитан. Я искренне тронут, но подумай: что проку, если он сразит нас обоих? Тогда и Анна Магдалена не выстоит, она одна – ничто против этого гада… А я очень её люблю. Не хочу, чтобы она погибла так глупо и страшно.

– Я тоже люблю её.

– Знаю. Если всё кончится хорошо, я не стану возражать против вашего союза.

– Спасибо!

– Не за что. Поговорим позднее. А сейчас… Помнишь предсказание магрибинца? Там, где танцуют скелеты, там, где начало легенды…

– …точным ударом одним будет закончен сей путь.

– Молодец, капитан! Благословляю тебя на трудный подвиг. Обо мне не беспокойся. Мы вернёмся опять, как это бывало в прошлом. Но если он успеет раньше… Поторопись!

– Я расправлюсь с ним! Клянусь собственной подписью на Договоре!

– Иди. Надеюсь, мы скоро увидимся.

– Прощайте, ваше преосвященство!

– До свидания, капитан Шлегель!

* * *

Карнавал подходил к концу. Самые выносливые, самые крепкие клики ещё бродили по городу, но разгул веселья спадал. Дети до отказа набили карманы даровыми сластями и довольные расходились по домам. Ошалелые горожане возвращались к будничным занятиям. Вихрь масок пронёсся над Рейном и канул в небытие, оставив груды мусора и похмелье. И вот уже первые трамваи задребезжали по засыпанным конфетти рельсам в сердце старого города…

– Ни-и-ко-о-о! – орал кудрявый мальчишка, размахивая игрушечным бластером. – Ва-а-альтер! Пиу-пиу-пиу!

Из подворотни выкатился Нико:

– Чё орёшь, пират? Ща как дам в глаз!

– Я не пират, я космический наёмник-головорез! – гордо возразил мальчишка. – У меня бластер! Пиу-пиу-пиу!

– Ну и что? А я – джедай! Я сильнее! У меня лазерный меч!

– И где он? – ехидно спросил кудрявый.

– Дома, – насупился Нико.

– Ну и дурак! – засмеялся соперник. – Ничего у тебя нету. Я победил. Пиу!