Ну, возьми меня! - Кристина Юраш

- Ты уверена? – спросило чудовище, понимая, что сейчас магазин закроется на переучет нервных клеток и оставшихся конечностей.

- Ну конечно! Я видела следы кольев, которые вбивали  в него на похоронах!

Чудовище, как и любой мужчина, был уверен. У женщин есть такая железа, которая отвечает за все красивое. И руководствуясь ею, они подбирают себе туфельки и платья. Просто туфельки, просто платья, просто шляпки с украшениями смотрятся на полке как-то обыденно. Но стоит их переместить на женщину, как все начинает приобретать некий шарм. Но здесь что-то дало сбой.

- А вот это очень похоже на ту лису, которая его сожрала! – заметила Пенни, поглаживая воротник.

- С чего ты взяла?- чудовище переместило взгляд на синюю лису в очень плачевном состоянии.

- Ну я что, по вашему, буду спокойно смотреть, как лиса ест моего петуха? – спросила Пенни, поглаживая воротник. – Ну смотрите, три лапы, ее разорвало на две части заклинанием. И цвет! Я просто перепутала заклинание, поэтому она получилась синей. Ее, наверное, подобрал шкуродер, когда проезжал по нашей улице. А платье продавалось в комплекте. Я сама его перекрасила и сделала горошек! Главное, что заклинание вспомнила!

- Дракон тоже знакомый? – спросило чудовище, глядя на чуть косолапящие туфельки.

- Это не дракон, а василиск, сделанный под дракона! И это – моя месть за испорченные яйца! Как снесет петух яйцо, так тут же какая-нибудь змея его заприметит и высидит! – щебетал голосок. – О, мне еще сумочку подарили!  Я выбрала очень практичную модель! У нас многие девушки с сумочками похожими ходят!

Пенни достала маленькую лохматую сумочку на цепи.

- Осталось найти только камень подходящего размера! – вздохнула она.

- Камень зачем? – спросило чудовище, понимая, что отстал от моды. Но догонять не собирается.

- Как зачем? – округлились размалеванные глаза. – Положить в сумку! А потом, если какой-нибудь маньяк нападет, то отбиваться! Отбиваться сумкой с камнем намного ведь проще, чем сумкой без камня?

Чудовище вспомнило тот  день, когда уже стало чудовищем. Но благородно решило есть только плохих людей. И однажды, бросившись на крик: «Помогите! Насилуют!», Арчибальд пафосно закричал: «Отпусти девушку!». Жертва сама спряталась за маньяка. И они вместе готовились держать оборону, заодно и познакомились.  Сколько Арчибальд не пытался убедить, что ему нужен только маньяк, но убегающие с дикими визгами по переулку жертва и маньяк, его не слышали.

И вот так всегда! Маньяк даже помог жертве встать, когда она случайно упала. Женщины всегда спотыкаются и падают при виде чудовища.

После этого Арчи завязал с геройством. И сейчас ему даже немного стыдно за наивные порывы.

- … положил камень в сумочку, размахнулся и… - вертела сумкой «раскрасавица».

А чудовище тем временем радовалось, что ни разу не было в Гнильтауне. Или в его предместье Гнильвилле.

Вежливость боролась со здравым смыслом.

- Пойдем! – произнесло одно чудовище, за руку вытаскивая другое. – Петуха и лису мы берем. Раз уж они твои знакомые!

- И снова здравствуйте, - мрачным голосом произнес Арчибальд, глядя на побледневшую продавщицу. И едва не осевших на пол охранников.

Оно подозвал продавщицу с трясущимися руками, а потом что-то шепотом ей сказал на ухо. И та едва не упала в обморок, но поспешила в зал, уводя за собой Пенни.

Первое, что он услышал, спустя полчаса ожиданий хрипловатый голосок:

- Да меня же в таком в первом же переулке девственности лишат!

В голоске было столько возмущения, что чудовище заинтересовалось.

- Вы хоть понимаете, как нужно одеваться в большом городе! – послышался все тот же голосок. – Так чтобы даже у слепого маньяка даже рука не поднялась!

Роскошная штора прошуршала. И оттуда вышло создание неземной красоты. В платье цвета шампанского. Распущенные, а не заплетенные в косички волосы волнами струились по хрупким плечам. И волнующим каскадом прикрывали спину.

Чудовище сидело, как громом пораженное. «Это точно она?», - пронеслась в его голове мысль. Вроде бы и она.

Руки пытались заплести косички обратно, нервно сопя и слегка косолапя в новеньких туфельках, еще не познавших грязи Тварьбурга.

Нет, она была совсем не похожа, но то, что чудовище видело, ему нравилось до затаенного дыхания.

Лишившись огромных рукавов – фонариков, обнажились трогательные плечики. Платье, которое раньше болталось мешком, валялось на полу, а это… Это нежно обнимало широкой лентой вполне симпатичную талию в корсете.

- Вот, зеркало! – продавщица показала дрожащей рукой на огромное зеркало, которое принесли охранники.

«Какой пассаж!» - прошептал аппетит, заставив чудовище стиснуть острые зубы. – «Как коробка конфет!».

- И кому же такая красота достанется? – кокетливо вздохнуло существо, пристально рассматривая себя в зеркале. Она морщила нос и вертелась, как юла, глядя на ажурные чулочки.

- А я знаю! – голосок стал обиженным. – Первому же маньяку!

«Вкусному маньяку!», - выдохнуло чудовище. Он хотел что-то сказать и приоткрыл рот, но передумал.

- Не нравится? – дрожащим голосом спросила продавщица.

- Все хорошо, - прошептало чудовище, глядя на то, как кружево соскальзывает с плечика. – Так и оставьте…

- С вас…  - начала считать продавщица, дрожащими руками пытаясь сделать запись в старинной конторской книге.

- Вот … - один взмах руки чудовища заставил охранников переглянуться.

- Одну минутку! – послышался встревоженный голос. Судя по всему она была не очень довольна! – Сейчас! Я там кое-что еще видела! Сейчас сразу же и надену!

- И кое-что еще посчитайте! – махнуло рукой чудовище. Если бы это прекрасное, но недовольное создание, сейчас предложило бы купить весь магазин, он бы купил.

Продавщица побежала смотреть, что еще выбрала Пенни, а потом вернулась. И дрожащей рукой занесла в книгу. При этом как-то сочувственно посмотрела на чудовище.

Ничего не изменилось ни в образе, ни в облике. Но это было уже неважно.

- Всего хорошего! – кивнула продавщица, закрывая магазин. – Приходите еще!

Судя по голосу, она уволится. И переедет в другой район.

В карету, насквозь пропахшую запахом старенькой богатенькой бабушки, впорхнуло неземное создание. Охранник помогли погрузить коробочки. 

«Почему она сидит так далеко от меня?», - занервничало чудовище, украдкой глядя на куколку. А потом опомнилось, стиснув зубы. «Пусть сидит еще дальше!», - мотнуло оно головой.  Он смотрел на Пенни сквозь прядь волос, и не мог оторвать взгляд.

«Интересно, о чем может думать такое прекрасное создание?», - сладко вздохнуло чудовище. – «И почему она так вздыхает, когда смотрит на меня? Неужели я ей нравлюсь?».