Будь моим врагом - Ольга Силаева

Я невольно поёжилась. Знаю я эти переживания! Посадить бы самого дядю в подвал до конца года, заткнув рот творожным эклером! Прокисшим! Хотя эклера всё равно жалко.

Лорд Зазини повернулся к главе дома Тайбери.

– До дня выборов временным исполняющим обязанности мэтра Рионери станет лорд Адриан Тайбери. Лорд Адриан, у вас нет возражений?

– Нет возражений, – таким же сухим тоном сообщил Адриан. – Но тем не менее я жду формального утверждения на должность.

– На это нет возражений и у меня. – Лорд Зазини сделал знак, и в дальней части зала раздвинулись занавески, где ждали пирамиды чёрных и белых шаров и урны для голосования. – Голосуем, господа. Помните, что у Академии должен быть ректор, пусть даже временный.

– Столько времени никакого ректора у Академии не было, и всё было нормально, – пробормотал Файен, как-то ненароком оказавшийся рядом с нами. – Подумаешь, перевернули хранилище вверх дном и спёрли половину кристаллов. Мелочи жизни.

«Не половину, а всего один!» – чуть было не возразила я, но прикусила язык. Всё-таки молчать – ужасно утомительное занятие. И наверняка вредное для здоровья.

Вереница лордов потянулась к залу для голосования. Мы молча наблюдали за процедурой.

К счастью, та оказалась весьма краткой. Уже через десять минут лорд Зазини огласил итог:

– Решение принято. Лорд Адриан Тайбери исполняет обязанности ректора Академии вплоть до нового дня выборов. Поздравляю, лорд Адриан.

Адриан сухо кивнул.

– Благодарю. С этого же дня я приступаю к своим новым обязанностям. Поверьте, – быстрый взгляд на внука, – преференций никому не будет.

В это я могла поверить. Адриан явно любил своего внука, но, похоже, считал, что даже строгое обращение пойдёт тому только на пользу.

Взгляд Адриана остановился на мне. Историю с тетрадью он не забыл, я это знала. Но и сказать мне что-либо он не мог. Кодекс останавливал его надёжнее каменной стены.

Коротко кивнув внуку на прощание, Адриан вышел из зала первым. Лорды потихоньку начали следовать за ним.

– Кстати, знаете, почему нет Марка, хотя у него есть полное право здесь быть? – конфиденциально прошептал Файен. – Там такая история – вы упадёте!

Тайбери поднял бровь. На меня мой повелитель не смотрел, молча подчёркивая: я всего лишь шейра, и моё дело – стоять сзади красивой мебелью и надеяться, что на меня никто не сядет.

– Ну?

Файен подошёл ближе.

– Он влюбился в свою Кристину по уши. Настолько, что не хочет завершать контракт вообще никогда. Даже если она вдруг не сможет быть его шейрой, он хочет после окончания контракта остаться с ней-настоящей, без шейриной магии. Представляете?

Я не представляла. Тайбери, судя по его лицу, тоже.

– Кристина, естественно, с первого дня от него без ума. Мать Марка в ужасе, отец практически из дома Марка выгоняет и грозит лишить содержания, если он решится на этакую глупость. Требует, чтобы сын не попадался ему на глаза, и чуть ли не наследства готов лишить. – Файен нервно потёр карман. – Впрочем, наследство-то ладно, а вот содержание… Тяжело без денег-то.

Я не выдержала и чуть не хихикнула, удержавшись в последний момент.

– Файен, – раздался ледяной женский голос за моей спиной. – Я предупреждала тебя, чтобы ты не приезжал сюда.

Файен лениво обернулся.

– Сестрёнка, – протянул он. – Какой неприятный сюрприз.

Виолетта смерила меня испепеляющим взглядом. Сложно было сказать, к кому из нас она испытывала больше тёплых чувств, ко мне или к Файену.

Но потом она повернулась к Тайбери.

– Тай, – с любезной улыбкой произнесла она.

– Виолетта. – Тайбери вернул ей её улыбку.

Их взгляды встретились, и я с внезапно вспыхнувшей неприязнью увидела, что в глазах Тайбери не было ни холода, ни неприятия, ни малейшего нежелания говорить с Виолеттой. Словно он действительно смотрел на свою невесту – и был рад ей.

– Что ж, ты добился своего, Тай, – проронила Виолетта небрежно. – Баррасу придётся отступить. Но как же так получилось, что ты видел эту Деанару в Академии, когда она явно нарушала все возможные правила и порядки, и не задержал её?

Виолетта смерила Тайбери подчёркнуто вопрошающим взглядом.

– Ты ведь не нарочно дал ей уйти, правда? Разве она настолько хорошенькая?

Тайбери с иронией улыбнулся.

– Действительно странно, да? Дом Кассадьеро – мои враги. Деанара – одна из рода Кассадьеро. Ещё недавно я собирался разбить её кристалл. А тут…

– Тебе таки понравилась эта нахальная и дерзкая девица? – подсказал Файен. – И ты… не то чтобы пожалел её, просто решил, пусть лучше волки от испуга скушают друг друга? Пусть она покусает Барраса или тот съест её, а ты уже отрубишь голову ослабленному дому и подаришь её Виолетте в качестве трофея. Поверь, моя сестрёнка такие штучки ценит.

Виолетта фыркнула.

– Вряд ли. Тай притворяется, что он воюет с женщинами так же легко, как с мужчинами, но манеры ему не позволяют. Не так ли, Тай? – Она насмешливо взглянула на Тайбери. – Выгнать из Академии – это запросто, но убить?

Она нахмурилась сильнее.

– Но всё же почему ты её не задержал? Ты же говорил, что Деанара опасна и, если у Кассадьеро есть эта их дурманная магия, она может стать ещё опаснее. Разве что…

Виолетта вдруг остро посмотрела на меня.

– Баррас упоминал при отце, что твоя шейра похожа на Деанару, – проронила она. – «Нахальная и дерзкая», хм?

– И владеющая магией, – хмыкнул Файен. – Практически одно лицо. Тай, может, выдадим твою шейру за Деанару, если настоящая Деанара не появится? Наденем на неё алые перья, прикрепим стразы на самых вызывающих местах, тогда на лицо никто и не посмотрит!

Взгляд Виолетты сделался ещё пристальнее. Неужели она тоже любительница вызывающих стразов? Или тут что-то другое? В любом случае хватит её провоцировать!

Я кинула на Файена уничтожающий взгляд, но он и бровью не повёл. Тайбери, хватит спать! Тут твою шейру перьями собираются закидать! А то и засунуть перо… куда-нибудь.

На лице Тайбери, впрочем, явно отразилось не негодование, а самое что ни на есть предвкушение алых перьев. Вот ведь… какой у меня злонамеренный повелитель!

А лицо Виолетты внезапно стало очень, очень задумчивым. И взгляд её расширенных глаз всё ещё был направлен на меня. В моё лицо, в которое Виолетта вглядывалась со странной жадностью.

Мне стало ещё больше не по себе. Проклятье, и даже сказать ничего нельзя!

Наконец Виолетта передёрнула плечами.

– Пойду побеседую с Жанет, – небрежным тоном бросила она. – Интересно знать, что Юлиус с отцом сейчас чувствуют. Увидимся на вечеринке, дорогой.