Шах и Мат - Кэмерон Джейс

Почему все думают, будто это такая честь — иметь талант к убийствам? Если я лучший убийца Страны Чудес, не думаю, что этим стоит гордиться. Сама идея убивать людей, с которыми не встречался прежде, лишь потому, что у них униформа иного цвета, смущает меня. Но я вынуждена защищаться.

— Почему пешка? — кричу я Фабиоле. Мы всё еще держимся, несмотря на то, что большинство нашей армии мертвы. Тем не менее, стратегия Фабиолы сработала. Вынуждена признать — она безжалостный воин. Она даже пронзает своих жертв еще раз, даже после убийства, на всякий случай.

— Какая еще пешка? — спросила она.

— Почему Льюис сделал меня пешкой? — я отрубаю еще одну голову. — Самой слабой в королевстве?

— Пешки не самые слабые, — говорит Фабиола. — Их просто недооценивают.

— Как это? Я ощущаю себя безмозглой машиной для убийств, которую послали на поле боя, и мои навыки годятся лишь на то, чтобы выполнять приказы.

— За всем этим сокрыта большая мудрость.

— Какая еще мудрость, Фабиола? Хватит врать.

— Несмотря на то, что я против, чтоб ты находила Кэрролианского Рыцаря или попросту Коня, я надеялась, что ты сама поймешь, в чем хитрость быть пешкой.

— Глупость какая, Белая Королева. Я умру прежде, чем смогу что-либо выяснить.

— Сзади, — Фабиола невероятным и необъяснимым маневром движется и убивает черную пешку передо мной.

— Спасибо, — говорю я, замирая на месте.

— Не благодари своих собратьев по оружию на войне, — ворчит она.

— Почему?

Она отрубает голову черной пешке, которая собиралась убить меня.

— Поэтому, Алиса.

Я понимаю смысл и, охваченная яростным гневом, движусь вперед, срубая головы направо и налево, используя приемы ЧепуХи. Головы катятся по шахматной доске, которая уже похожа на место кровавой бойни.

— Где Маргарет и Королева? — спрашиваю я у Фабиолы.

— Не вздумай даже искать их. Все люди из правительства — трусы. Прячутся где-нибудь, — отвечает Фабиола.

— Тогда как же нам одержать победу? — спрашиваю я. — Разве нам не полагается убить их всех, или ты обеспокоена лишь тем, что Шахматист найдет Кэрролианского Рыцаря если мы победим?

— Я обеспокоена, но у нас нет выбора, в противном случае мы обе погибнем, — Фабиола снова становится ко мне спиной. — Но победить еще не значит убить их всех.

— Тогда как нам победить?

— Будучи пешкой?

— На что ты намекаешь?

— Ищи в себе, Алиса. Ты должна знать ответ.

Мгновенно, я вспоминаю, как Пиллар жаловался на то, что ему надоели голливудские фильмы. Когда Фабиола говорит мне это, я думаю о том же. Почему бы ей просто не сказать мне, что нужно сделать, чтобы выиграть? Зачем говорить фразы типа «ищи в себе»? Сплошное клише.

Но потом, посреди схватки, в моем воспаленном мозгу появляется мысль. Я слышала о чем-то подобном ранее. Кажется, Пиллар упоминал об этом.

— Я знаю, что нужно делать, — кричу я, продвигаясь вперед. А как только пешка доберется до противоположного края доски, она сможет обменять фигурку на короля или королеву, или более сильного воина.

— Вот Алиса, которую я искала, — говорит Фабиола.

— Хочешь сказать, Алиса, в которую верит Пиллар, — говорю я.

Она морщится, потом мотает головой.

— Послушай, я спроектировала эту доску, чтобы спрятать шахматную фигурку Кэрролла. Не нужно менять фигурки. Всё что тебе нужно сделать, будучи пешкой, дойти до края доски и выиграть.

Несмотря на то, что я готова, я понимаю, насколько сложно будет драться и двигаться по доске. Как мне перебить их всех и добраться до края?

— Не бойся, — говорит Фабиола. — Я помогу тебе добраться до края доски.

— Как это?

В мгновении ока, она громко выкрикивает ругательства Алой Королеве.

— Не провоцируй меня, Фабиола, — слышен крик Алой Королевы. Я не вижу её, вероятно, потому что она слишком мелкая для меня. — Я не сдохну в этом побоище лишь потому что я коротышка, ни один меч не срубит моей головы, — дразнит она Фабиолу. — Но я не позволю тебе делать из меня дуру! Ты знаешь, кто я, и что я могла сотворить с тобой все эти годы. Ты жива благодаря тому, что я позволила.

— Тогда убей меня, — кричит Фабиола.

— Что ты делаешь? — кричу я ей. — Она отправит целую армию прикончить тебя.

— В этом и весь смысл. — Фабиола слабо улыбается, по её взгляду я все понимаю. Она собирает вокруг себя черную армию, чтобы я смогла добраться до края доски.

— Я рискую целым миром ради тебя, Алиса, — говорит Фабиола. — Поэтому не подведи.

Я хочу возразить, но черная армия уже здесь. Голова Фабиолы исчезает в толпе черных зонтов. И прежде чем это происходит, в её взгляде мелькает нечто такое, чего мне не понять. Что она только что сказала? Добраться до края доски и не подвести?

Глава 63

Самолет Пиллара

Сян, Тибетский Монах, откинулся на спинку модного кожаного кресла на самолете Пиллара. Он потягивал пину коладу и разглядывал журнал «ПлейБой» округлившимися глазами, того гляди и сознание потеряет.

— На этом в Америке свет клином не сошелся, — Пиллар выхватил журнал у него из рук. — Я не собираюсь давать тебе визу, чтобы ты стал обузой для этой великой страны. Я хочу, чтобы ты стал моим помощником. Большинство иммигрантов этим живут.

— Прости Цао Пао Вонг, — Сян выглядел смущенным. — У меня слабость к западным искушениям.

— Нет такого понятия как восточные или западные искушения, Сян, — Пиллар приготовил свой мини-кальян, пока они улетали из Калмыкии. — Вот кальян — искушение, даже зависимость, если сунут туда правильное дерьмо, и определенно восточное.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что ты можешь быть монахом, ослом или хорошим человеком, без разницы. Выбор за тобой.

— Значит, Американская Виза — мой выбор?

— Да, но тогда всё — выбор. — Пиллар затянулся кальяном.

— К чему такая критичность и мрачность, Цао Пао Вонг? Всё из-за Алисы?

Пиллар кивнул, слегка дернув головой.

— Тогда почему ты бросил её?

— Всё сложно, Сян. Иногда мы вынуждены бросать людей, которых любим.

— Не понимаю этого. В монастыре мы никогда не бросаем тех, кого любим.

— Всё потому что ваши задницы по кругу занесены снегом, — ответил Пиллар. — И потому что в своем изолированном мирке вы в безопасности от ужасов этого мира. Поверь мне, виза просто вскружила тебе голову, чем принесла покоя. А знаешь почему? Потому что она заставляет тебя делать выбор.

— А что не так?

— Ну, одним выбор представляется гениальным решением, — Пиллар кашлянул, уже не радуясь дыму. — И лишь потом, ты понимаешь, что твой выбор был неверным.

— Это ужасно.

— А знаешь, что по-настоящему ужасно? Жить потом с