Каменное сердце - Кейлет Рель

Новостей было несколько. За скромным завтраком Гленна весело щебетала о мелочах: о семенах редких цветов, которые ей подарила матушка, о рассаде и новом виде укропа, который вывела Авдотья. Все было мирно и чинно. Яков помалкивал. Он нервно косился в сторону инквизитора и постарался отодвинуться от меня на противоположный край лавки, используя Гленну, как живой щит.

Кресс довольно щурился. Кажется, он мечтал о сожжении ведьм во дворе. Нет лучше досуга для инквизитора, чем работа. Пикник во дворе с казнью еретиков как способ сблизиться с семьей. Ненормальный!

— Кресс сказал, что новости есть, — напомнила я.

Гленна смешалась. Она бросила быстрый взгляд на Кресса и потупилась.

— Лекарства нужны? — догадалась я. — Попробую сделать…

— Нет, — сказал Кресс, смакуя каждый звук.

— Да. Заговоры использовать не стану.

— Нет, — повторил Кресс. — Не раньше, чем твоя магия угаснет или наоборот, раскроется снова.

Я промолчала. У инквизитора были свои планы на меня, однако ни один охотник не станет посвящать жертву в детали построения ловушки.

Завтрак подошел к концу и вся наша честная компания разбрелась по комнатам. Мальчики — во двор, дрова колоть, девочки — в светелку, вышивать гладью и вязать. Гленна села ко мне поближе, распутала нитки. Собравшись с мыслями, она сказала:

— Того инквизитора, альбиноса, видели на мосту. Через неделю-две он вернется в Злейск.

Я невесело хмыкнула. Выходит, мне осталось жить всего неделю. Перспективы не радовали. Я взяла в руки моток ниток и принялась перематывать его на катушку, чтобы было удобнее потом работать. Ощущение шерсти, скользящей между пальцев, успокаивало. Мои руки утратили ловкость из-за обморожения, но кое-какие навыки удалось восстановить. Я попробовала сплести что-то. Даже грубая шерсть выскальзывала из пальцев. Ничего не получилось, и я вернулась к медитативному наматыванию нитки на катушку.

— Это не все, — тихо сказала Гленна. — Отец видел оленя.

— На охоте?

— Да.

— Что ж, мои поздравления с отличным уловом. Рога можно было бы продать, только весной их сбрасывают. Зато мяса побольше, чем зимой.

— Нет, — покачала головой Гленна. — Олень был мертвым. Кто-то оставил на боках чудовищные порезы, едва не разорвав животное на части.

— Чаща всегда была опасным местом, — пожала плечами я. — Должно быть, твой отец забрел слишком глубоко.

— Он был на опушке, — сказала Гленна. — И вокруг него выжженная земля.

— Пожар? — удивилась я.

Гленна посмотрела мне в глаза. Я видела ее испуг. И правда, Йозеф не стал бы мне ничего сообщать, если все дело было в лесном пожаре и мертвом олене.

— Земля расплавилась. Песок превратился в хрупкие твердые пластинки. И отец нашел скелет какой-то твари. Парочку костей словно пожевали и выплюнули.

— Хочешь сказать, в лесу завелся кто-то очень большой? — осторожно произнесла я. — Настолько большой, что напал на тварь из Чащи и сожрал ее? И он появился на опушке, близко к Злейску, далеко от магии и зачарованных земель. Кто-то большой и огнедышащий бродит рядом с нами?

Гленна кивнула.

— Может, ты знаешь, что это за тварь?

— Я ведьма, а не криптозоолог.

— Кто-кто? — не поняла Гленна.

— Я не изучаю магических тварей и другие порождения Чащи, — пояснила я. — Однако у меня есть предположение.

Гленна скомкала в руках платок, который пыталась вышивать. Она с такой силой сжала ткань, что аж пальцы побелели. Я не могла читать мысли, но прекрасно понимала, о чем думает Гленна. Пока я не скажу, в ней будет жить надежда. Гленна продолжит верить в чудо до тех пор, пока ее наивность не разобьется о реальность.

Мне хотелось пожалеть ее и промолчать. Может, я ошибаюсь. Может, все не так плохо, как кажется. Чаща полна сюрпризов, так что на опушку мог забрести даже кто-то из другого столетия.