Пропавшее достоинство - Blackmourne

она металась на столе под парнем до боли сжимая соски, а потом, когда он резко вышел, обмякла. Мгновение спустя она почувствовала как ей на грудь и лицо льется его белое, теплое семя. Хрипло дыша, она приоткрыла ротик и высунула язык чтобы поймать несколько капель. Вкус его спермы заставил разум поплыть от нежности, Лана подняла глаза на любимого и ласково улыбнулась.

Айр стоял возвышаясь перед распластанной на столе девушкой и широко открытыми глазами смотрел на дело рук своих. Гордая и умелая воительница, человек которого он уважает, сейчас лежала перед ним покрытая его семенем от лица до груди, а ее развороченная дырочка была широко раскрыта и трепетала. И это было безумно прекрасно. Настолько что сводило грудь от любви и безумной нежности, врезалось в память столь накрепко, что никакая сила не могла этого изменить. Айр понял, что его чувствам, зародившимся лишь недавно, нашлось серьезное подтверждение. Он улыбнулся одновременно и принятому решению, и девушке, взял её на руки и понёс к кадке с водой.

Десятник Джилл Нихбен стоящий со своими солдатами на посту, грустно вздохнул услышав очередной мелодичный и протяжный девичий стон доносящийся из комнаты сотника. Леди Лана показалась ему столь доброй и возвышенной, как будто сотканной из лунного света, а сейчас его воображение подсовывало ему совсем другие картины. Жизнь казалась безумно несправедливой. Почему эта прекрасная девушка досталась Айру, а не ему? Почему он заставляет ее так стонать, а не Джилл? Злость медленно поднималась из глубин подсознания десятника, ему хотелось исправить эту несправедливость всем сердцем. Леди Лана должна принадлежать только ему. И если сотник умрет… Да, это будет возможным. Джилл встряхнул головой пытаясь отогнать эти темные мысли. Он уважал Айра, тот был отважным воином и хорошим командиром. Но едкая зависть разливалась по его душе и ей было трудно противостоять.

В следующие два дня Лана почти не виделась с Айром, барон в хвост и гриву гонял солдат готовя разные десятки к бою против разных типов Свежевателей. Измотанный сотник возвращался уже только поздним вечером и после короткого разговора за едой без сил падал в постель. Девушка как могла старалась ему помочь, так что Айр засыпал когда она сидя у него на спине разминала уставшие мышцы. Запертая на долгие часы в одной комнате Лана тратила свободное время на попытки освоить Ид, подолгу медитируя в попытках достичь подсознательного. То что в прошлом ей казалось непроглядной тьмой в которой танцует огонек Воли, сейчас она видела как безбрежный фиолетовый океан. Потоки силы, состоящие из различных желаний и грез покоились в нем, почти инертные, не подчиняющиеся логике или воле. Она сливалась с ними, пытаясь погрузиться все глубже. Лана безусловно понимала что после того что случилось у нее с Айром, она стала сильнее. Иногда океан бурлил, когда течения различных желаний сталкивались и сливались воедино. Но как подчинить эту гладь своей Воле, Лана понять не могла.

Днем третьего дня мрачный сотник вернулся раньше обычного и сообщил ей что со стен крепости вдали уже виднеется армия Свежевателей, а барон собирает совещание, на которое в числе прочих так же пригласил и Лану. Прибыв в покои, они застали барона у окна, Гофард напряженно вглядывался вдаль стоя к ним спиной у северного окна. Так же в комнате находился молодой десятник показавшийся Лане знакомым и худой, изможденного вида мужчина, он стоял на коленях у потухшего камина и что-то едва слышно бормотал. Услышав шаги пары, барон повернувшись к ним приветственно кивнул после чего произнес обращаясь к странному мужчине

— Маэстро Людвиг, вернитесь к нам. Та девушка что вас так заинтересовала пришла.

Людвиг медленно поднялся с колен, он был одет в простую холщовую одежду, которую носят только крестьяне и был совершенно бос. Повернувшись к вошедшим, он доброжелательно улыбнулся и открыл глаза. В их незрячих, тёмных провалах танцевали искры пламени. Лана с Айром беспокойно переглянулись, они впервые видели ларийского мага. Трудно было определить его возраст, даже голос, глубокий и мягкий его не выдавал.

— Дваждырожденная. Интересные у тебя метки судьбы, дочь моя. Не бойся моих слепых глаз, это был дар Истоку за то чтобы прозреть.

— Вы зачем-то хотели меня видеть, маэстро?

— Да. Над крепостью бурлит шквал сил столь древних, что даже я не понимаю их сути. И их Истоком являешься ты.

— Я не совсем вас понимаю, лариец. — сухо ответила Лана. Маг ее немного пугал и беспокоил, бессознательно она чувствовала его глухой, каменной стеной. Как будто слепец не знал чувств или эмоций.

— Не сомневаюсь. Но ты поймешь. Тебе уготована долгая судьба, если она не прервется здесь. Барон, я утолил свое любопытство. -

Выслушав его, черноволосый звучно хлопнул в ладоши

— Ну что же. Начну с представления. Сотник Лотеринг с супругой здесь присутствуют в качестве экспертов по нашему врагу. Маэстро Людвиг, с которым вы имели столь… Интригующий диалог это наемный маг из Ларии. Он со своими девятью учениками согласился осуществлять магическую поддержку в моем походе. Так же хочу вам представить десятника Джилла Нихбена, будущего барона. Он будет исполнять роль моего заместителя и адъютанта. Сэр Лотеринг, я признаю ваш опыт и авторитет среди солдат, но вы должны осознавать что десятник находится выше вас в социальной иерархии. Надеюсь вы отнесетесь к моему решению с пониманием. — Айр с полным безразличием кивнул барону

— Как пожелаете. Мое дело исполнять приказы, а не обсуждать их

— Рад что вы понимаете как устроено наше общество. Дело не в личном к вам отношении сотник, я испытываю к вам уважение. Дело в статусе победителей. Мне бы не хотелось упоминать ваше имя на первых ролях в докладе ее Величеству. — Лана беспокойно взглянула на Айра, но тот был совершенно спокоен. Сотник осторожно спросил

— Барон, вам не кажется что это обсуждение бессмысленно? Мы тратим время на дележ шкуры неубитого медведя.

— Да, вы правы. Но мне показалось бесчестным не предупредить вас об этом перед обсуждением планов. Нихбен, начинайте. — десятник все это время неуверенно переводивший взгляд с одного говорившего, на другого поднялся из кресла и сделал полупоклон. Лана его узнала, это был тот забавный парнишка, второй сын одного из ее старых соседей. Джилл явно очень стеснялся и старался не смотреть ей в глаза. Кашлянув он начал говорить

— Вводная: Наша задача удержать крепость до прибытия подкреплений барона Хардебальда. Ориентировочно это примерно две-три недели после начала осады. Проанализировав наши силы, господин барон принял решение удерживать внешнюю стену на протяжении максимум недели. — закончив говорить,