Кровавые обещания - Райчел Мид

— Мне было интересно, здесь ты еще или нет.

— Да. Вот, покупаю кое-что для Алены.

— Я рад, что ты здесь. Ты кажешься более... спокойной имирной.

— Наверно, ваше кольцо помогает. По крайней мере, в том, чтокасается спокойствия и мира. Правда, толку от него немного, когда нужнопринимать решения.

Он нахмурился, переместив пакет с молоком из одной руки вдругую.

— Какие решения?

— Что делать дальше. Куда идти.

— Почему бы тебе не остаться здесь?

Просто фантастика! Почти слово в слово то, о чем говорилаВиктория. И ответила я так же.

— Я не знаю, чем заняться, если останусь здесь.

— Найди работу. Живи с Беликовыми. Ты ведь знаешь — они тебялюбят. Ты практически член их семьи.

Вернулось ощущение тепла и любви, и я снова попыталасьпредставить себе, как просто живу с ними, работаю в магазине вроде этого илиофицианткой.

— Не знаю. — Я была прямо как заезженная запись. — Не знаю,правильно ли это для меня.

— Лучше, чем другая альтернатива, — предостерегающе сказалон. — Лучше, чем убегать, не имея реальной цели, просто бросаясь навстречуопасности. Это вообще не вариант.

И тем не менее именно по этой причине я приехала в Сибирь.Внутренний голос брюзжал: «Дмитрий, Роза! Ты что, забыла о Дмитрии? Забыла, чтоприехала сюда, чтобы освободить его, как он, без сомнения, хотел бы?» Адействительно, хотел бы он этого? Может, он хотел бы, чтобы я оставалась вбезопасном месте? Я просто не знала, и теперь, без помощи Мейсона, выбратьстало еще труднее. Мысль о Мейсоне внезапно напомнила мне кое-что, о чем янапрочь забыла.

— Когда мы разговаривали раньше, о том, что могут делатьЛисса и Оксана... А что можете вы?

Марк прищурился.

— Что ты имеешь в виду?

— Вы когда-нибудь... сталкивались... мм... с призраками?

Его лицо омрачилось.

— А я-то надеялся, что с тобой такого не случалось.

Поразительно, какое облегчение я испытала, узнав, что не мнеодной доводилось проходить через встречи с призраками. Сейчас я уже понимала,почему стала их мишенью — из-за того, что побывала в мире мертвых, но все равноэто была одна из самых странных вещей на свете.

— Это происходило когда-нибудь помимо вашего желания? —Спросила я.

— Поначалу. Потом я научился контролировать их.

— Я тоже. — Тут мне внезапно вспомнился сарай. — По правдеговоря, не совсем.

Понизив голос, я торопливо пересказала, что именно тогдапроизошло. Никогда прежде я об этом никому не говорила ни слова.

— Ты не должна больше так делать, — сурово заявил он.

— Но я не собиралась их вызывать! Это произошло само собой.

— Ты запаниковала, нуждалась в помощи и, не отдавая себеотчета, воззвала к духам. Не делай этого. Слишком легко потерять над нимиконтроль.

— Я до сих пор не понимаю, как такое получилось.

— Все дело в утрате контроля. Никогда не позволяй паникезавладеть собой.

Мимо нас прошла старая женщина с шарфом на голове и корзинойзелени в руках. Я дождалась, пока она скроется, и только после этого спросилаМарка:

— Почему они сражались за меня?

— Потому что мертвые ненавидят стригоев. Стригои —противоестественные создания, ни мертвые, ни живые... просто существуют где-томежду. Мы же чувствуем исходящее от них зло. Ну и призраки тоже.

— Похоже, они могут быть неплохим оружием.

Его лицо, обычно спокойное и открытое, снова омрачилось.

— Это опасно. Такие люди, как ты и я, уже ходят по краю тьмыи безумия. Напрямую воззвать к мертвым — это лишь подвинет нас ближе к смерти.— Он взглянул на часы и вздохнул. — Послушай, мне пора идти, но я говорюсерьезно, Роза. Оставайся здесь. Сторонись неприятностей. Сражайся состригоями, если они сами придут за тобой, но не разыскивай их без оглядки. Иопределенно оставь призраков в покое.

Прекрасные советы — но, к сожалению, я не была уверена, чтосмогу им последовать. Однако я поблагодарила его и передала привет Оксане,после чего занялась покупками и тоже ушла. Я уже была недалеко от дома Алены,когда, завернув за угол, чуть ли не нос к носу столкнулась с Эйбом.

Он был одет в своей обычной кричащей манере — дорогоепальто, золотисто-желтый шарф и под стать всему золотые украшения. Стражидержались рядом, а он стоял, прислонившись к кирпичной стене.

— Вот, значит, зачем ты приехала в Россию. Чтобы, будтокакая-то деревенщина, ходить на рынок.

— Нет, — ответила я. — Конечно нет.

— Осматривала достопримечательности?

— Нет. Всего лишь хочу помочь. Хватит вытягивать из меняинформацию. Ты не такой умный, каким себя воображаешь.

— Это неправда.

— Послушай, я ведь уже говорила. Я приехала сюда, чтобырассказать Беликовым новости. Так что возвращайся и скажи тому, на когоработаешь, что это все.

— А я уже говорил тебе, чтобы ты не лгала мне. — И снова язаметила эту странную смесь угрозы и шутливости. — Ты понятия не имеешь, какоеадское терпение я к тебе проявляю. Будь это не ты, я бы в первый же вечерполучил всю информацию, в которой нуждался.

— Вот повезло! — Взорвалась я. — И что теперь? Ты затащишьменя в темный проулок и будешь бить, пока я не расскажу, зачем приехала? Твоизамашки криминального босса меня достали.

— А у меня лопнуло терпение, — заявил он.

Шутки кончились, он возвышался надо мной, и я неожиданноотметила, что он сложен лучше большинства мороев. Морои, как правило, сами дракизбегают, но я не удивилась бы, узнав, что Эйб самолично избил не меньше людей,чем его телохранители.

— И знаешь что? Меня больше не интересует цель твоегоприезда сюда. Ты просто должна уехать. Немедленно.

— Не смей угрожать мне, старикан. Я уеду, черт побери, когдасама захочу.

Забавно получилось. Только что я клялась Марку, что не знаю,хочу ли остаться в Бийске, но стоило Эйбу надавить на меня, как я возжаждалапустить тут корни.

— Не знаю, почему ты хочешь, чтобы я убралась отсюда, но ятебя не боюсь.

Что не совсем соответствовало действительности.

— А следовало бы. — Его любезность вернулась. — Я могу бытьочень хорошим другом или очень скверным врагом. Я могу сделать так, что, уехав,ты не пожалеешь. Давай заключим сделку.

В его глазах вспыхнул огонек возбуждения. Я вспомнила словаСидни о том, что он манипулирует людьми. Возникло ощущение, что ради этого он иживет — переговоры купли-продажи и заключение сделок с целью получить то, чтоон хочет.