Ледяная птица - Сайфулла Мамаев

Герман почесал затылок.

– Да, что-то я не туда попал, – согласился он. – Ладно, ты прав, это не… Слушай, ты программист, вот ты и говори, что это!

– Да откуда же я знаю? – опешил Толик. – Знал бы, давно сказал!

– А твой компьютер? – наступал Герман. – Ты же говорил, что создал прямо в голове вычислительную машину? Виртуальную.

– Дак это когда во мне достаточное количество роботов было! – Анатолий горестно вздохнул. – А сейчас я ничего не могу… совсем ничего.

Он махнул рукой и пошел к загадочной конструкции в центре зала.

– Интересно, из чего это сделано? – пробормотал он, приблизившись к пирамиде. Он повернулся к Герману: – Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное? И не камень… и не металл!

– Пластик? – предположил Герман. Сказать по правде, ему сейчас было наплевать, из чего и для какой цели поставили тут эту дылду. Желудок просто выворачивало от голода. Что ему до пирамид, если жрать нечего.

– Нет, не пластик… – Толик поставил контейнер с «Авиценной» на плоскую поверхность верхней части пирамиды и повернул голову к Герману. – Подсади, я сверху гляну!

– А что там смотреть? – пробурчал тот, но руки подставил. Как только Толик поставил на них ногу, Герман упруго вскинул руки вверх, отчего тот мгновенно оказался двумя метрами выше. – Залез? Ну что, нашел что-нибудь? Нет? Вот то-то же! И чего тебе неймется! Там ты ни жратвы не найдешь, ни шприцов. Это тебе не… Твою мать, ну и дураки же мы!

Он умолк.

– Что? – забеспокоился Толик. – Что случилось?

– Нет, ну я баран, это точно! – Герман в сердцах ударил себя кулаком по раскрытой ладони. – С тобой все ясно, молодой, весь еще зеленый… как огурец на грядке, но я… дубина!

– Да что случилось?

Герман показал на канистру, стоящую на самом краю постройки.

– Пей!

– Что?

– Ее пей, говорю! – повторил Герман и снова ткнул пальцем туда, где стояла канистра. – Или его! Если спирт, то Его! С большой буквы! А если отраву, то ее! С маленькой!

– Так там же «Авиценна»! – растерянно воскликнул Анатолий.

– Значит, его!

– Да нет, ты не понял! – Анатолий вздохнул. – «Авиценну» в вену колоть нужно. В кровь…

– Это ты не понял! – Герман разогнался и, подпрыгнув, резко подтянулся и забросил свое тело наверх, туда, где уже стоял его спутник. – Балда, спирт не в кровь нужно. Спирт вовнутрь употребляют!

– И всю «Авиценну»… в унитаз слить? – Глаза Анатолия округлились. – Она же в кровь не попадет! Я ее столько искал… мечтал о ней, а тут…

Герман саркастически улыбнулся. Кто бы кому говорил о такой вещи, как спирт!

– Да нет, в унитаз ты отходы отправляешь! – назидательно произнес он. Для убедительности палец майора застыл у носа программиста. – А спирт, он весь усваивается организмом! Весь!!! Ни капли… мимо! Поверь, я еще ни разу спиртом не мочился. А выпил его немало. Так что слушай меня и пей! Когда выпьешь, спирт в кровь твою войдет, вот там и лови своих… блох!

Рыков был ошеломлен. Если все так, как говорит майор, а не верить ему оснований нет, то… все упрощается! Господи, вот ведь как бывает! Ломаешь голову, ломаешь, а решение – вот оно, рядом лежит!

– Ну, дошло? – продолжал наставлять младшего товарища Герман. – Ты меня слушай, я тебя еще многому научу! Сейчас бы закуси… или хотя бы кусочек хлеба. И луковицу.

– Нет, ты всерьез, что ли? – Толик растерянно посмотрел на канистру.

– А кто же со спиртом шутит? – У Германа был обиженный вид.

– Но… – Рыков редко пил спиртное, а уж неразбавленный спирт тем более. Он со страхом смотрел на емкость с жуткой жидкостью. – Зырянов говорил, что он… банановый.

– Тем более! – Герман ободряюще улыбнулся. – Банан – один из самых калорийных фруктов. Это же, считай, с закусью вместе пьешь!

– Трава!

– Что трава? – не понял Герман.

– Банан – это трава…

– Чего?! – оскорбился Герман. – Это какая еще трава? А впрочем… Травяные настойки тоже очень полезны организму. Так, из чего бы нам рюмки сообразить?

– Подожди, давай хоть разбавим его! – умоляющим тоном проговорил Рыков. – Это же чистый спирт! Давай хоть воду поищем.

– Я бы и от банки тушенки не отказался, только где ж ее искать? И воду тоже. Пока найдем, подохнем здесь! – Герман решил наконец привести свой последний и решающий аргумент: – А выпив… эликсира этого, ты резко поумнеешь и сразу выход вычислишь.

– Гер, может, сбегаем к озеру?

Летчик разочарованно посмотрел на Толика:

– Ты что, хочешь, чтобы нами закусили? Там такой… крокодил, что и без банановой текилы нас схавает.

– Текилу из агавы делают, – сообщил Рыков. После пьянки в одном из московских казино он стал неплохо разбираться в напитках. – Из голубой…

– Да плевать мне, из чего текилу делают! Мы в авиации спирт без всякой гавы иноземной пили, и ничего. Без лимонов и соли. Нет, вру, с солью. С лучком и солью. – Герман вспомнил о деле и с усилием отбросил воспоминания. – Нет, ты посмотри на него! Все еще резину тянет… Чего тянуть-то? Давай пей, не выдрючивайся!

– Но из чего?

Александров раздраженно огляделся:

– Из горла пей, не растаешь!

– Да ты что?!

– Пей! – приказал майор. – Мы здесь не развлекаться сели. Жизнь себе спасаем. А может, и всему человечеству.

– Знаешь, пойдем-ка мы коротким путем. – Мохов махнул рукой в сторону дальнего тупика. – Зачем нам спускаться, у нас места в ложе забронированы.

– В какой ложе? – удивился Кокакола. – Здесь что, есть театр?

Ответа он не дождался, вместо этого увидел удаляющуюся спину капитана.

– Эй, постой, ты куда? – закричал он. – Я же… дороги не знаю!

– Ну так догоняй! – послышалось в ответ. – Давай, поддерживай форму! Негоже големам такое брюхо таскать!

Кокакола хотел было напомнить, что он пока еще не голем и даже не… «мобилизованный». Честно говоря, ему не особо-то и хотелось стать таковым, уж больно слово «раб» ему не нравилось. Нет, если сразу стать Глиняным, то ничего, можно рискнуть, но вдруг начальству блажь стукнет задержать его в фазе дрессировки? Нет уж, увольте, такого нам не надо! В Москве насмотрелся на них! Ходят как чумные и только работу просят. И пожрать…

Капитана Сериков догнал, когда тот спускался вниз. Он наверняка услышал топот Кокаколы и его тяжелое сопение, но не обернулся. Только ткнул походя пальцем в сторону панели и пробормотал:

– Запоминай! Здесь жмешь, возвращаешься назад. А здесь, – рука спецназовца с вытянутым пальцем переместилась в другую сторону, – оружейная комната.