Гражданская кампания - Лоис МакМастер Буджолд

– Э-э-э, тайно от нее, как я понял.

– Что?! – сморщила нос Карин.

– Пусть он сам тебе объясняет. Для меня это полный бред. Даже для Майлза. – Марк задумчиво нахмурился. – Разве что у него внезапный всплеск сексуальной застенчивости.

– Сексуально застенчивый? Майлз? – фыркнула Карин. – Разве ты не видел капитана Куин, что ходила за ним по пятам?

– А, да! Вообще-то я знаком с несколькими его подружками. Такой потрясающей своры кровожадных амазонок ты сроду не встречала. Боже, они просто ужас наводили! – Марк содрогнулся. – Конечно, в тот момент они готовы были меня удавить за то, что из-за меня его убили, и возможно, кое-что можно списать на это. Но я вот только что подумал… Понимаешь, я действительно не знаю, он ли их выбрал, или они его? Может, он вовсе не великий соблазнитель, а всего лишь мужчина, не способный сказать даме «нет»? Во всяком случае, этим легко можно объяснить, почему все они – высокие агрессивные женщины, привыкшие получать то, что хотят. Но сейчас, возможно, впервые, он пытается выбрать сам. И не знает как. У него нет никакого опыта. – При этой мысли Марк расплылся в медленной ухмылке. – О-о! Этого я ни в жисть не пропущу!

– Марк, это нехорошо, – ущипнула его за плечо Карин. – Майлз заслуживает того, чтобы встретить хорошую женщину. Он ведь не становится моложе, верно?

– Некоторые из нас получают то, чего заслуживают. А другим везет больше. – Он поймал ее руку и провел губами по запястью, от чего у нее мурашки побежали.

– Майлз все время твердит, что человек – сам кузнец своего счастья. Прекрати! – Карин отняла руку. – Раз уж работа по поддержанию порядка в доме поможет мне оплатить дорогу на Колонию Бета, мне нужно возвращаться к делам. – Она вернулась в лабораторию. Марк проследовал за ней.

– Лорд Форкосиган очень расстроился? – тревожно спросил Энрике, как только они вошли. – Но ведь госпожа Форсуассон сама сказала, что нисколько не возражает попробовать маслице…

– Не беспокойся, Энрике, – жизнерадостно отмахнулся Марк. – Просто братец на взводе, потому что у него кое-что на уме. И если нам повезет, то он отыграется на своих оруженосцах, а не на нас.

– О! – успокоился Энрике. – Тогда все в порядке. К тому же у меня есть план, как привлечь его на нашу сторону.

– Да? – Марк был сам скепсис. – И что за план?

– Сюрприз, – ответил с лукавой улыбкой ученый. – Если все получится, то дело в шляпе. Через пару дней станет ясно, вышло у меня или нет.

Пожав плечами, Марк посмотрел на Карин:

– Ты знаешь, что у него припрятано в рукаве?

Девушка покачала головой и снова уселась на пол перед своим «конструктором для взрослых».

– Впрочем, ты мог бы попробовать заполучить от своих родственников мороженицу. Первым делом спроси у матушки Кости – похоже, Майлз обеспечил ее всем мыслимым и немыслимым кухонным оборудованием. По-моему, он пытается ее подкупить, чтобы удержать от искушения принять предложение о смене работодателя от его многочисленных друзей.

Карин моргнула. Ее озарило.

Усовершенствование продукции, вот что им действительно нужно. И не надо никаких приспособлений – ресурсы имеются прямо здесь, в особняке Форкосиганов. И эти ресурсы – гений. Разочарованный гений. Матушка Кости заставляла новоявленных предпринимателей, поглощенных работой, ежедневно являться к ней на кухню на специальный ленч, а в промежутках присылала в лабораторию подносы со всякой снедью. И кухарка уже буквально за неделю прониклась к Марку – уж очень он откровенно оценил ее искусство. Так что все они на верном пути к обжорству.

Карин вскочила и сунула отвертку Марку.

– На-ка доделай.

Схватив шесть контейнеров с жучьим маслицем, она решительно двинулась на кухню.

Майлз вылез из старого бронированного лимузина и секунду постоял на цветочной аллее, с завистью глядя на очень современный городской дом Рене Форбреттена. Особняк Форбреттенов стоял на берегу реки, почти напротив замка Форхартунг. Гражданская война как средство модернизации города: старый полуразвалившийся дом с фортификационными сооружениями, некогда стоявший на этом месте, был сильно поврежден во время дворцового переворота Фордариана, и предыдущий граф с сыном, вернувшиеся в город с победоносными войсками Эйрела Форкосигана, решили снести особняк и выстроить новый. Вместо мрачных, неприступных и абсолютно бесполезных с точки зрения обороны каменных стен дом защищали силовые поля. Новый особняк был светлым, открытым и воздушным и на всю катушку использовал преимущества местоположения. Из его окон открывался эксклюзивный вид на протянувшийся вдоль реки Форбарр-Султан. Там наверняка достаточно ванных комнат для всех оруженосцев Форбреттена. И – можно биться об заклад – у Рене никогда не возникает проблем с канализацией.

И если Сигур Форбреттен выиграет дело, Рене все это потеряет. Покачав головой, Майлз двинулся к арочным дверям, где по стойке «смирно» стоял оруженосец Форбреттенов, готовый проводить Майлза к своему сюзерену, а Пима – вниз, чтобы посплетничать вволю.

Оруженосец отвел Майлза в роскошную гостиную с витринным окном, откуда за Звездным мостом виднелся замок. Однако нынче утром окно было затемнено чуть ли не до черноты, и оруженосцу пришлось зажечь свет. Рене сидел в большом кресле спиной к окну. Он мгновенно вскочил, как только оруженосец объявил:

– Лорд Аудитор Форкосиган, милорд!

Сглотнув, Рене жестом отпустил оруженосца, и тот тихо удалился. Что ж, по крайней мере Рене трезв, тщательно выбрит и кажется спокойным, хотя и смертельно бледным.

Форбреттен официально приветствовал гостя:

– Милорд Аудитор. Чем могу служить?

– Расслабься, Рене, я не по делу. Просто заскочил на огонек.

– О! – Рене с нескрываемым облегчением выдохнул, напряжение спало – проявилась усталость. – Я подумал, что ты… Я подумал, что Грегор прислал тебя с плохими новостями.

– Нет-нет! Да и в любом случае Совет Графов не имеет права голосовать в твое отсутствие. – Майлз кивнул в сторону реки и расположенного на том берегу замка Форхартунг, где заседал Совет. Рене, вспомнив о долге хозяина, сделал окно прозрачным и придвинул к нему кресла для себя и Майлза, чтобы в процессе беседы любоваться видом. Майлз уселся напротив молодого графа. Рене оказался достаточно сообразителен, чтобы предложить августейшему визитеру низенькое кресло, и ноги Майлза не болтались в воздухе.

– Но ты мог оказаться… Ну, не знаю я, кем ты мог оказаться, – пробурчал Рене, усаживаясь и потирая шею. – Я тебя не ждал. Я вообще не ждал никого. Наша светская жизнь увяла поразительно быстро. Судя по всему, граф и графиня Гембреттен стали весьма мало популярны.

– А… Выходит, ты это высказывание слышал?

– Первыми услышали мои оруженосцы. Шуточка гуляет по всему городу, так ведь?

– Хм, ага… в некотором роде. – Майлз откашлялся. – Извини, что не зашел сразу. Когда все это разразилось, я был на Комарре и услышал обо всем только по возвращении, а потом Грегор отправил меня в провинцию, и… А, черт, хрен с ними, с извинениями. Мне чертовски жаль, что все это с тобой приключилось. Голову дам на отсечение – прогрессисты не хотят тебя терять.