Баймер - Юрий Никитин

– Пожалуй, – протянул я озабоченно, – вот этот…

Менеджер переступил с ноги на ногу. Мелкие капельки потаукрупнялись, превратились в бусины. Ломающимся, как у Робертино Лоретти в поруполового созревания, голосом спросил:

– Вы… уверены?.. Нужна ли вам такая мощность?.. Вот на этихполках, что у вас за спиной, лучшие образцы… очень надежные и не такие дорогие…

Я даже не изволил обернуться. Морда ящиком, наглый, нона самом деле я еще издали оценил эти прекрасные разработки, прекрасныеприобретения для рядового потребителя. Но я даже до знакомства с Кононом не былрядовым, а сейчас так и вовсе!

– Не, – сказал я. – На фиг, они слишком худые.А этот толстый. Я толстым больше верю…

Глаза быстро считывали с таблички перед серваком:интегрированный UltraWide SCSI контроллер, двенадцать низкопрофильныхнакопителей Ultra 2 SCSI горячей замены и две полки половинной высоты. ВосемьPCI слотов, из них четыре с возможностью горячей замены. Технология HP SmartIRQ. Поддержка ведущих в отрасли технологий DAT и DLT. Интегрированная сетеваякарта 10/100TX. Возможность установки резервных блоков питания и вентиляторовгорячей замены…

Менеджер сказал осевшим голосом:

– Это… очень… очень дорого.

– Заверните, – сказал я небрежно и двинулся дальше.

Ничего не понимая, он шел то следом, то забегал сбоку.Крупные капли начали срываться со лба, повисли на бровях. Спохватившись,менеджер выхватил платок, суетливо промакивал лицо, улыбался. Я удивлялся,как при таком багровом лице можно улыбаться так бледно, но все-таки онулыбался, школа.

Продавцы притихли, провожали нас выпученными глазами.Я видел, как они переговариваются быстрым шепотом. На серваки такогокласса если и находятся покупатели, то это разве что от преуспевающих банков,даже Академия наук на такой не раскошелится, такие покупки обставляются сотнямибумаг и договоров, взаимных обязательств, а тут идет нечто наглое и: «Беру,заверните!»

В следующем зале век уже даже не двадцать первый, адвадцать второй или двадцать третий. Понятно, что на самом деле все это войдетв жизнь в ближайшие годы, и через десять лет человек без Интернета будетвыглядеть так же дико, как сейчас без электричества, но все же самые крутыестационарные компы предыдущего зала выглядят вчерашним днем перед этиминоутбуками и пальмтопами. Да плюс тут всякие монстры, гибриды, из которыхдевяносто девять процентов отомрет: телефоно-факсы с передачей звуков икартинок, LVD-плееры с выходом в Интернет, фотоаппараты со сканером ителефоном…

Я шел вдоль полок с ноутбуками, все больше и большезамедляя шаг. И хотя я уже издали заметил отдел, где может быть то, чтомне надо, но трудно удержаться и не побыть в этом раю немножко дольше.

Я всего неделю тому был в фирме, где сами собираютноутбуки, но за это время – во жизнь! – появились три новые модели.Да и старые… это с прошлого месяца старые, помощнели, нарастили мускулывидеоакселераторов, поменяли видеокарты, а пара даже раздвинула экраны на целыйдюйм…

– И это все? – спросил я подозрительно.

Менеджер сказал просительно:

– Здесь все самое новейшее, самое последнее, только что излабораторий!

– Да? – переспросил я еще подозрительнее. – Для себяничо не заначили?.. Ладно-ладно, сделаем вид, что верим. Хотя для дома, длясемьи тащщим все-таки лутшее, верна?.. Слушай сюда, вот этот комп вроде бысамый большой, да?

– Пятнадцать дюймов, – ответил он торопливо, –больше просто не бывает!

– Пятнадцать? – переспросил я и хохотнул. – Одинмой кореш все вздыхал, мол, бывает, до счастья не хватает много, а тут всегокаких-то десять сантиметров!.. Правда, он не про комп, дурило. Так, значит,всего пятнадцать? Ладно, верю на слово, такой я доверчивый… Заверни парочку!

На самом деле, конечно, глаза жадно успели пробежать все этонасчет встроенного DVD и модема, двенадцать с половиной хард и прочаямалозначащая информация, потому что все это смогу наращивать, заменять,добавлять, а вот экран уже не растянешь, фигушки на раме.

Он переспросил, не веря своим ушам:

– Вы берете… и это?

– Я ж сказал! – удивился я. – Тебе надо ухичистить, мужик!.. Только ты заверни и отложи, я щё не кончил. Мне щё надо парумобильников.

– Пару?

– Ну да. Мне и моей собаке. Она у меня умеет говорить«мама»! Не веришь? Во умора… Знаешь, сама научилась! Вылезаю как-то бухой измашины, слышу: «Мама!» А голос такой страшный, нечеловеческий… У менямурашки по коже, думаю – допился! Кто зеленых чертей, кто розовых слонов,кто налоговую, а я… Но волына уже в руке, осматриваюсь, враз трезвый, а оноснова «Мама!». Поднял я голову, а она стоит на балконе и смотрит на меня сверхувниз!.. Увидела, значит, как я вылезаю из тачки, вот и мамкнула, зараза, чутьзаикой не сделала…

Он застыл, а я, не шибко обращая на него внимание,прошествовал в отдел, где в большом количестве расположились сотовые телефоны.Сердце завистливо сжалось, вот первые образцы, о которых только читал: экраны,способные отражать свет. Это мобильники уже третьего поколения, плоские,удобные, экран по диагонали два дюйма, 260 тысяч оттенков цвета, разрешениесемьсот двадцать на двести сорок… Совсем недавно про экран не было и речи, нокак только хозяевам мобильников открыли доступ в Интернет, то без экранов ужени в анус, ни в Красную Армию, или, как говорят грамотные: но вагина, но редакогорта. А экраны жрут электричество батареек, как электрические свиньи, ивот Самсунг первым в мире придумал, как отражать свет, тут же необходимость вподсвете отпала, экономия батареек выросла впятеро…

– Во, – ткнул я пальцем и пожалел, что у меня пальцывообще-то ничего, лучше бы грязные и с обкусанными ногтями. – Эт самыйдорогой? Заверни две штуки.

Менеджер уже не вытирал лицо платком, а тер с ожесточением,платок стал мокрым, его можно было выжимать, как побывавшую под дождемпростыню.

– Как будете платить? – спросил он осторожно. – Покарте?.. По перечислению?

Я посмотрел на него исподлобья.

– Эт по какой такой карте?.. И что за пере… перечисление?Нас не надо перечислять, мы уже перечисленные! Деньгами буду платить, деньгами!

Он торопливо кивал.

– Ладно-ладно, как скажете. Мы принимаем в любой форме и влюбой валюте.

– Ну вот и лады, – сказал я. – Сколько тамнатикало?

Ему с поклоном передали бумажку. Еще теплую от принтера, явидел на загнутом уголке эмблему их магазина. Он покраснел еще больше, побелел,посинел, придушенным голосом прошептал цифру.

– Сколько-сколько? – переспросил я для надежности.Вообще-то я сам уже все подсчитал в уме, везде же цены указаны, хотелтолько, чтобы Сергей среагировал. – Всего-то?