Группа крови. Война сапфиров - Елена Болотонь

– Как бы я хотела принять горячий душ, – мечтательно произнесла я.

В глазах Эрики заискрились огоньки, губы тронула легкая улыбка.

– Пойдемте, я покажу вам.

Это еще что за новости? В ванной комнате девушка отжала боковую панель, стена раздвинулась, и мне навстречу выехала самая настоящая душевая кабина со стеклянными стенками и серебряными панелями.

– Эрика!

– Да, госпожа? – Дифдианка вздрогнула, явно не ожидая от меня такой бурной реакции.

– Почему ты раньше не показала душ?

– Госпожа хотела принимать купели.

Нет слов! Ошеломленная увиденным и исполнительностью Эрики, я стояла, размышляя над странной вышколенностью слуг Рас Фарда.

– Иди, Эрика, – вздохнула я, отпуская девушку. – Дальше справлюсь сама.

Служанка покинула комнату, а я тихонько завизжала от радости, подпрыгивая на месте. Душ! Горячий настоящий душ! Откопала в бельевом ящике махровое банное полотенце и, включив горячую воду, забралась внутрь этого райского пространства, с наслаждением подставляя себя под множество струй. Они ласкали меня, массажировали, расслабляли. Когда я наконец закончила принимать водные процедуры и собралась вылезать, то оказалась неприятно удивлена. В дверном проеме стоял Рас Фард. Как долго он наблюдал за мной и слушал веселые песнопения, я не знала. Везет же мне общаться с Бессмертными после душа! Ой, везет… Немного нервничая, слегка раздвинула створки кабинки… Радовало, что через ребристые стенки мало чего можно было рассмотреть. Но какое зрение у сапфиров?

– Или уходи отсюда, или полотенце подай! – приказала ему и увидела, как он направился ко мне. – И не смотри!

Он хмыкнул, но сделал все, как я попросила. Под пристальным взглядом его темных глаз я закуталась в полотенце и прошла в комнату, намеренно увеличивая дистанцию. С чем пришел? Что у него на уме?

– Я погорячился и виноват, Евгения, – услышала серьезный и спокойный голос сапфира. – Прошлое слишком болезненно. Впервые за много лет у меня появился интерес к жизни. Благодаря тебе… И мне жаль, что я причинил тебе боль.

Я молча села в кресло, обуреваемая противоречивыми чувствами. Вот это откровенность… В искренности его слов у меня сомнений не было. Рас Фард присел рядом со мной так, что я оказалась выше него, и продолжил:

– Альгена не виновата в твоих несчастьях. Она сама оказалась жертвой чужих интриг…

Мужчина выглядел настолько удрученно, что мне вдруг стало его жаль. Несносный правитель, который держал меня все время в напряжении, извинялся, объяснял и пытался исправить ситуацию.

– Я тоже наговорила тебе лишнего, Рас. Не подумала. Извини.

В глазах Бессмертного тут же зажглись озорные огоньки. Он быстро поднялся, преодолев расстояние между нами, наклонился и нежно прикоснулся губами к моим губам.

– Прощаю тебя, малышка. А ты меня?

– Рас! – возмутилась я, резко вставая, чтобы не допустить продолжения.

Он быстро выпрямился, на мгновение приблизился, чтобы поцеловать кончик моего носа и, ласково улыбаясь, попрощался:

– Спокойной ночи.

На пороге развернулся, галантно поклонился и вышел, оставляя меня полностью обескураженной. Ох уж эта его непредсказуемость. Ведь думала, что начнет домогаться, а то и наказание за дерзость устроит. С него станется… Это настолько сильно я ему нужна, что он готов многое терпеть, извиняться, быть вежливым? Или не врет и я ему как женщина понравилась? Я заставила признаться сама себе, что каков бы ни был Рас Фард, человек со скверным характером, но он чем-то зацепил меня. Привлек как сильный, самоуверенный, непредсказуемый мужчина, как огонь свечи привлекает мотылька… Но хотела я ему доверять? Могла ли? На этот вопрос ответ пришел отрицательный. Уже хорошо. Надеюсь, мотылька не подведут мозги ни в этот раз, ни в следующий.

Следующее утро после завтрака началось с занятий. Все заново. Даймон ставил мне блоки в виде заковыристых ситуаций, мне же усилием воли приходилось их снимать.

Сначала я оказалась в огромном амфитеатре, внутри которого в клетках сидели дикие тигры. Звери рычали, скребли огромными лапами землю под решетками, подкапывая ямы. Хищники казались злыми и голодными. Стоило усилий поменять реальность и заменить тигров на кроликов, чтобы понять, что мир вокруг не настоящий. Потом он забросил меня на крохотный островок в океане и заставил ждать приливную волну, которая скрыла бы сушу на несколько часов в глубине. Волна приближалась со стремительной скоростью, поражая своими размерами. Плавала я плохо. Пришлось выдержать удар стихии, преодолеть страх и научиться дышать под водой, подтверждая всю иллюзорность ситуации.

С каждым разом гипнотическое влияние лягуда слабело. Жесткие методы обучения делали свое дело, позволяя мне лучше понимать специфику управления реальностью. И когда в очередной раз он мысленно сбросил меня в свежевырытую могилу, я сделала так, что шахриварец оказался рядом, готовясь разделить участь вместе со мной.

– Делаете успехи, Евгения, – слегка шевельнул губами Даймон. – Вы не только выгнали меня из сознания, но и заставили все прочувствовать вместе с вами.

Тренировки по самоконтролю приносили свои плоды. Я делала успехи, преодолевая кинетическое давление по тому же принципу, что меняла реальность. Меня учили, что материя – это такое же пространство, сжатое из мелких субчастиц до уровня молекул твердых и жидких тел. Управляешь частицами – можешь менять их формы. Управляешь телом и разумом – сумеешь изменять пространство вокруг себя.

– Умение чувствовать энергию вместо твердых тел, представлять миры в виде единого поля – твой шанс к контролируемым прыжкам, – говорил Рас Фард тоном школьного учителя. – Ты должна четко представлять место перемещения, объект перемещения, находясь в нужном состоянии.

Легко сказать, тяжело сделать. Голова болела от новых сведений, от ментальных и физических воздействий. Меня точно хотят превратить в человека с суперспособностями, заставляя работать весь мой мозг, а не какие-то там несколько процентов, как у обычных людей.

– Продолжаем! – прошипел Даймон, и его зрачки снова стали расширяться.

Я уже порядком устала ломать голову над тем, что придумает на этот раз лягуд, не хотела. Легкая сонастройка с ним позволила увидеть… кровавую ванну с оторванными людскими конечностями. Вот тут я не выдержала. Пусть сам в ней сидит! Я хочу отдыхать! Я хочу к Мари. Хочу на Солнце. Хочу домой! Закрыв глаза, полностью отдалась своим желаниям, представляя себе удивление на лице любимой подружки от внезапной встречи, и очнулась от девчачьего крика:

– Женька! Женька! Не может быть!

Ну вот доигралась, галлюцинации начались. Я открыла глаза, наслаждаясь лицом той, о которой так скучала.

– Мари…

Тут же почувствовала, как подружка обнимает меня и тянет за собой на диван.

– Я так переживала, когда тебя увезли. Это так ужасно. Что у тебя за группа? За что? – Мария трясла меня за плечи и заваливала вопросами, пока я пыталась сообразить, что произошло.