Игра с тенью - Катерина Полянская

Если он пытался меня запугать — не вышло. Потому что глупо бояться неведомо чего!

Минуту спустя, окинув магазин угрюмым взглядом, Сано со своим недовольством ушел. Вот честно, я вздохнула с облегчением! Наконец можно заняться своими делами и не выслушивать его бесконечные замечания. Плевать, что по большей части справедливые! Как выяснилось, свобода кружит голову не хуже вина.

А робкого ощущения, появившегося вскоре, будто с уходом Аржиса в магазине стало чего-то не хватать, можно и не замечать. Какое-то время.

Всякий раз, когда я занималась очередной куклой, мир вокруг будто переставал существовать. И не важно, придавала ли фарфору нужную форму, аккуратно приклеивала ресницы и разрисовывала лицо или шила платье, — я не видела ничего вокруг. Правда, сегодня в сладко звенящую пустоту в голове время от времени все же вклинивались вполне связные мысли.

Драгоценности Сано забрал с собой. Я сама его попросила, чтобы избавиться от лишних рисков, и теперь была почти уверена, что незваных гостей в его отсутствие не будет. Но… не случилось бы чего с ним самим. Характер у него, конечно, поганый, но остаться совсем без союзника меня не вдохновляет.

И когда только успела начать ему доверять?

Может, стоит рассказать, что теней я больше не вижу? Так хочется поделиться хоть с кем… Как знать, вдруг он подскажет выход?

Или оставить все как есть? Если бы не этот дар, не было бы у меня столько проблем. А за последние дни я успела убедиться, что прекрасно себя чувствую и без него.

Динь-дон!..

Я буквально взлетела со стула, сделала некрасивую вмятину на щеке будущей куклы, прошипела неприличное слово и опрометью бросилась в торговый зал, проверять, кого там принесло.

По дороге обнаружила, что за окнами успело стемнеть, и испугалась еще больше.

Когда же рассмотрела неурочного гостя… Совсем нервы расшатались. Впрочем, радость все равно оставалась сомнительной.

— Что тебе надо? — получилось довольно грубо.

Лика выглядела потрясающе. В зеленом платье из одной из последних коллекций, меховой накидке, несколько неуместной летом, изящной шляпке и в сиянии драгоценных камней.

Вот только я недавно видела кое-что подороже. Почему-то это веселило.

А еще мои куклы больше не носят «ее» платья. Только сейчас, вспомнив отправленные эскизы, это осознала.

— Пришла посмотреть в бесстыжие глаза, — шипеть она тоже умела, и получше некоторых.

Опыта больше.

Но я ведь еще только учусь! И определенно делаю успехи:

— Так взглянула бы в зеркало, зачем далеко ходить?

А сама встала за прилавок и как бы между прочим положила руку на фарфоровый домик с фонариком внутри, чтобы окошки светились. Статуэтку было жаль, но надо же мне защищаться, если она бросится рвать мне волосы. Судя по перекошенному от злобы лицу, намерения у нее именно такие.

— Вот паршивка, — выплюнула моя несостоявшаяся золовка, простучала каблучками ближе и, упершись холеными ладошками в прилавок, грозно нависла надо мной. — Забыла, где я тебя нашла? Подобрала, как дворовую собачонку! Научила краситься, одеваться, вести себя, представила друзьям! Едва не сделала своей невесткой! И это благодарность?!

Помню. Как забыть, если до недавних пор считала тот день самым счастливым в своей жизни? Был поздний вечер, зима, я тогда только сошла с поезда и бродила по Эмширу в поисках ночлега. Продрогла, почти заблудилась, а тут витрина ее бутика… Оформленная к зимним праздникам, вся сияющая. Я засмотрелась, залюбовалась, целый час, наверное, простояла. Закономерно, что в конце концов на меня обратили внимание сотрудницы. Как раз вышли, чтобы вежливо прогнать, но тут появилась Лика. Если честно, я до сих пор толком не понимаю, как так вышло, что мы разговорились тогда, она забрала меня к себе, сначала гостьей, но не прошло и двух недель, как я уже жила в доме Одингов на правах невесты Гиля. Первое время, помню, такая счастливая ходила, думала, что попала в сказку. Кто бы меня тогда предупредил, что любая сказка однажды заканчивается, притом не обязательно хорошо.

— А еще я не забыла, как вы с братом вышвырнули меня вон, как только я перестала быть удобной! — Я не осталась в долгу и даже за волосы уже не так сильно тряслась.

— Значит, это месть? — Лика как обычно пыталась судить по себе.

Я же по-прежнему не понимала, за что на меня накинулись:

— О чем речь вообще?!

— Она еще спрашивает! — Богатая наследница раскраснелась, вспотела в своих мехах и вообще сейчас больше походила на торговку с ближайшего рынка. Со скидкой на блеск драгоценностей, конечно. — На каждом углу трубят, что ты бросила моего брата и ушла к Сано Аржису! Понимаешь? Не он тебя, ты его послала к чертям! И ради кого? Ради какого-то маньяка-гробовщика!

Хм. Интересное определение. Надо будет при случае поделиться с Сано, он должен оценить.

— Ну хочешь, я скажу репортерам, что все было не так? — Я внезапно ощутила такую эйфорию, что, пожалуй, и вправду могла бы выкинуть что-то эдакое.

— Чтобы все подумали, что ты благородная, а мой брат — дурак? — Идея бывшей подруге почему-то не понравилась.

— На тебя не угодишь, — фыркнула я.

Серьезной ситуация не воспринималась.

И я наконец поняла, почему совсем не страдала по разорванным отношениям. Вернее, почувствовала. Что наконец освободилась и могу делать что хочу, как хочу и с кем пожелаю! Непередаваемое ощущение.

— Дрянь! Дешевка! — Лика окончательно взбесилась.

— Фальшивка. — Да, мне тоже было что сказать, правда, в отличие от противницы, мой голос звучал ровно.

И сказанное даже оскорблением считать нельзя, так, констатация факта.

— Да я тебе сейчас так лицо разукрашу, ни один гробовщик не посмотрит!

Отшатнулась я в первый раз инстинктивно, и попытка Лики броситься на меня закончилась тем, что она хорошенько приложилась животом о прилавок, почти легла на него. Слух разобрал болезненный стон. Но на этом скандалистка не угомонилась и, кое-как вернув равновесие, резко выбросила руку с длиннющими алыми ноготками вперед. Тут сработала реакция, и я, прытко отскочив к стене, подсунула ей под руку статуэтку, которую до сих пор сжимала.

Надо было вооружиться чем-нибудь побольше для надежности, но выбирать времени не было.

— Ведьма чокнутая! Я из-за тебя два ногтя сломала!

Невероятно, но… домик попал точно в цель.

Что-то я раньше не замечала за собой подобной меткости…

— Пошла вон из моего магазина! — Продолжать ругань не хотелось, для меня и так стали неприятным открытием истинные лица тех, кого я долгое время считала своей семьей. — Иначе сейчас наколдую тебе такое лицо, что не только светские богачи — нищие на улицах будут шарахаться!