Книга Жизни - Дебора Харкнесс

На дорожке появилась незнакомая машина. Мэтью бросился к ней. Фернандо – следом.

Седоволосая женщина за рулем потрепанного темно-синего «вольво» не удивилась, обнаружив рядом с машиной двоих вампиров, один из которых был исключительно рослым. Наоборот, она даже опустила стекло.

– Должно быть, вы Мэтью, – сказала женщина. – А меня зовут Вивьен Харрисон. Диана просила меня заехать и проведать Сару. И потом, вашу жену беспокоит появление странного дерева в гостиной.

– Чем это пахнет? – спросил Фернандо.

– Бергамотом, – щурясь, ответил Мэтью.

– Вполне распространенный запах! – дерзко заявила Вивьен. – Я ведь не только верховная жрица шабаша, но еще и бухгалтер. Как, по-вашему, я должна пахнуть? Огнем и серой?

– Вивьен? – На крыльце стояла Сара и щурилась от яркого солнца. – Никак кто-то заболел?

Вивьен вылезла из машины:

– Никто не заболел. Я была в супермаркете и встретила Диану.

– А приехав сюда, успела познакомиться с Мэтью и Фернандо, – заметила ей Сара.

– Да. – Вивьен смерила взглядом обоих вампиров. – Убереги нас богиня от общения с обаятельными вампирами. Диана говорила, у вас возникли трудности, – сказала Вивьен, направляясь к крыльцу.

– Ничего такого, с чем бы мы не справились, – хмуро бросил Мэтью.

– Мэтью всегда это говорит. Иногда он даже бывает прав. Идем в дом. Диана приготовила чай со льдом.

– У нас все в порядке, миссис Харрисон, – заверил ведьму Мэтью.

На крыльцо выскочила Диана. Уперев руки в бока, она с яростью посмотрела на мужа.

– В порядке? – выкрикнула Диана. – Питер Нокс убил Эм. В гостиной из камина торчит странное дерево. Я беременна твоими детьми. Нас вышвырнули из Сет-Тура. Сюда в любой момент могут нагрянуть представители Конгрегации и потребовать, чтобы мы расстались. Вивьен, вы тоже считаете это нормальным положением вещей?

– Тот самый Питер Нокс, который с ума сходил по Дианиной матери? Он ведь входит в Конгрегацию? – спросила Вивьен.

– Уже нет, – ответил Мэтью.

– Сара, ты мне говорила, что Эм умерла от сердечного приступа. – Вивьен погрозила ей пальцем.

– Так оно и было, – ответила Сара, защищаясь от наседающей верховной жрицы, и та недовольно скривила губы. – Я говорю правду! Такую причину назвал сын Мэтью.

– Сара, ты виртуозно умеешь сочетать правду с враньем… Эмили много значила для нашего сообщества, – уже мягче сказала Вивьен. – Нам необходимо знать правду о случившемся во Франции.

– Вам так важно знать, причастен Нокс к ее смерти или нет? Это ничего не изменит и не воскресит Эмили. – Сара быстро смахнула навернувшиеся слезы. – Я не хочу впутывать в это наш шабаш. Слишком опасно совать нос в подобные дела.

– Мы твои подруги, и мы уже впутались. – Вивьен потерла ладони. – В воскресенье мы празднуем Лугнасад.

– Лугнасад? – насторожилась Сара. – Мэдисонский шабаш десятилетиями не праздновал Лугнасад.

– Да, мы очень давно не устраивали пышных празднеств. Но в этом году Ханна О’Нил решила тряхнуть стариной и отметить твое возвращение. И потом, для всех нас это станет и прощанием с Эм.

– Но Мэтью… Фернандо. – Сара умолкла. – Завет.

Вивьен громко расхохоталась:

– Диана беременна. Поздновато думать о соблюдении правил. И потом, шабашу все известно о Мэтью. И о Фернандо тоже.

– Успели вынюхать? – удивилась Сара.

– Представь себе. Оказывается, Мэтью и Смитти свели знакомство на почве рабочих инструментов, а ты знаешь, какой сплетник этот Смитти. – Благосклонная улыбка Вивьен, обращенная к Мэтью, несколько смягчила резкость ее слов. – Нас считают прогрессивным шабашем. Если повезет, Диана покажется нам без своего маскировочного заклинания. До воскресенья. – Улыбнувшись Мэтью и помахав Фернандо, Вивьен прыгнула в машину и укатила.

– Вивьен Харрисон – настоящий бульдозер, – проворчала Сара.

– Но в наблюдательности ей не откажешь, – задумчиво произнес Мэтью.

– Это да. – Сара всмотрелась в племянницу. – А Вивьен права. На тебе маскировочное заклинание. Причем добротное. Кто его на тебя наложил?

– Никто. Я…

Диана была не в силах врать, но и рассказывать тетке правду тоже не хотела. Она попросту закрыла рот. Мэтью нахмурился.

– Я не настаиваю. Можешь не рассказывать. – Сара шумно двинулась назад в гостиную. – А на их пиршество я не пойду. Весь шабаш свихнулся на вегетарианстве. Только и будут есть цукини и абсолютно несъедобный лаймовый пирог Ханны.

– Вдова потихоньку оживает, – прошептал Фернандо и, довольно улыбаясь, последовал за Сарой. – Ее надо было вернуть в Мэдисон.

– Помнишь о своем обещании? Ты говорила, что, как только мы сюда вернемся, ты расскажешь Саре, кем являешься, – упрекнул жену Мэтью, когда они остались вдвоем. – Почему не рассказала?

– Я не единственная, у кого есть тайны. Я говорю не о бешенстве крови и даже не о том, что вампиры убивают собратьев, имеющих такую особенность. Тебе бы тоже стоило уже давно рассказать мне, что Хью и Фернандо были супружеской парой. И уж конечно, не молчать о том, как твоя болезнь годами служила Филиппу страшным оружием.

– Сара знает, что Корра – не сувенирчик из Елизаветинской эпохи, а твой дух-хранитель? И почему ты умолчала о встрече с отцом в Лондоне?

– Не было подходящего момента, – отмахнулась Диана.

– Ну да, этот неуловимый подходящий момент, – хмыкнул Мэтью. – Он так и не наступит. Иногда, Диана, нам нужно просто плюнуть на осторожность и довериться тем, кого мы любим.

– Я вполне доверяю Саре.

Диана закусила губу. Доканчивать фразу было не обязательно. Мэтью и так знал истинную причину. Диана не доверяла себе и своей магии. Точнее, не вполне доверяла.

– Пойдем погуляем, – предложил Мэтью, протягивая руку. – Об этом поговорим потом.

– Сейчас очень жарко, – возразила Диана, но взяла его руку.

– Я окутаю тебя прохладой, – улыбаясь, пообещал он.

Диана с любопытством посмотрела на него. Улыбка Мэтью стала шире.

Его жена – его сердце, его истинная пара, его жизнь – сошла с крыльца и оказалась у него в объятиях. В глазах Дианы отражались синева и золото летнего неба. Мэтью сейчас владело единственное желание: нырнуть в их светлые глубины и навсегда затеряться там.