Школа - Андрей Минин

— Не говори сгоряча. Будь вежлив. Не забывай кланяться, — напутствовала меня бабушка, Наташа и Ярополк Святославович — стоя в гостиной нашего дома.

Не все из совета тысячи мудрых могут перемещаться по своему желанию куда захотят, поэтому и была придумана эта руна. Она не только знак принадлежности к тысяче, но и способ быстро попасть на Остров Буян заранее. На три часа раньше, чем нужно. Будет время прогуляться.

— Да понял я, понял, — обнял я их по очереди. — Все будет хорошо. Чего вы так разволновались?

— Зная твой вспыльчивый нрав — боюсь, глупостей наделаешь! Не надо! Побереги мои нервы внучок. Пожалуйста... — Снова полезла обниматься ба.

— И господин — присмотритесь к Акакию Солнышку. Выглядит он дурным, но дело своё знает. Мы давно знакомы. Сидеть в думе вы не собираетесь, а он всё там знает, как свои пять пальцев. Если бы архимаг Гойдзиш не умер, нам бы вовек было не сыскать такого представителя на Буяне, как он. Я написал ему. Он будет вас ждать.

— Хорошо Святополк. Я посмотрю. Если будет люб, то... — Недоговорил я. Резкий рывок за пупок, и я лечу сквозь облака, звёзды, ветер и дождь, — мотало меня по сторонам минут пять, прежде чем выкинуть на мостовую величайшего острова в мире, прямо к корням мирового древа, плюхнув о камни.

— Бляха-муха! — Встал я, крякнув, весь мокрый и грязный. Костюм, в который меня нарядили, был испорчен. — Блеск, чтоб тебя! — Выругался я в раздражении, отряхиваясь.

— Андрей Сергеевич Ворожейкин, как я понимаю? — Отвлёк меня от разглядывания мирового древа голос за спиной. Ствол его уходил выше облаков, соединяя мир подземный, земной и небесный.

— А вы кто будете? — Оглянулся я на странного мага, одетого в ярко розовый балахон и с причёской одуванчиком. Волосы у мужичка седые, торчащие во все стороны, но это его, похоже, не смущает.

— Акакий Солнышко к вашим услугам, — поклонился он мне, показав лысый пятачок на затылке.

— Здрав будь, — еле кивнул я всё ещё раздражённый таким перемещением. — Всегда так? — Показал я на своё одеяние.

— Боюсь что да. — Кивнул он, проницательно меня разглядывая. Глаза — зеркало души. Они у него были на диво внимательными и живыми. — Этот способ перемещения разработали сильные архимаги, для своих более слабых коллег. Поговаривают — сделано это было специально, чтобы магистры и слабаки — знали своё место. Но это только слухи, — развёл он руки по сторонам.

— Куда теперь? — Кивнул я ему более вежливо, чем прежде, оглядываясь.

— Думаю, стоит зайти в магазин. Купить вам новый наряд, а после пройтись по Буяну. Приходить заранее на совет не подготовленным не советую. В пути я расскажу вам, что к чему. Расстановку сил и остальное.

— Так и поступим. Веди, — согласился я с его предложением.

— Смотрите, — указал он пальцем в небо. — Птица, «всем птица мати» — облетает свои владения. — Пронеслась в небе тень, накрывшая весь остров.

— Да, я знаю, что Буян прибежище самых древних существ на земле и что тут сосредоточены такие могучие силы, как: грозы, громы и ветры.

— Ещё и не то увидите! — Пообещал он, открыв дверь в магазин.

— Добрый день господа. Чего желаете? — Встретил нас при входе расфуфыренный щеголь, с неприязнью покосившийся на меня и мой наряд, с которого капала грязь.

— Одеяние совета тысячи для молодого господина. И побыстрей. Мы торопимся. — Поставил его на место Акакий, отмахнувшись.

— Сию секунду господа. Всё сделаем в лучшем виде, — оттёрла в сторонку щеголя улыбчивая женщина, ставшая снимать с меня мерки. Акакий же зашептал на ухо:

— Последние сто лет — весь совет ходит в ярко пурпурных плащах — корзно и белых холщёвых рубашках, как князья в тринадцатом веке. Нужно соответствовать, — нарядили меня в моментально пошитый костюм.

— Спасибо, — расплатился я, выйдя на улицу. Поведение прохожих изменилось. Если раньше знакомые Акакия радостно обнимались с ним, переговаривались и пожимали предплечье, то теперь лишь предупредительно кланялись в пояс, не подходя близко, видя, с кем он идёт. Одним детям всё было по барабану. Как бегали друг за другом, толкая прохожих, так и бегают.

— Что дальше? — Почувствовал я себя более уютно. Ходить в сырой и грязной одежде было унизительно.

— Выпьем? — Предложил мне Акакий, кивнув на заведение рядом. Это был ресторан, а не пивнушка.

— Можно, — с подозрением уставился я на Акакия.

Заняв свободный столик — мы стали ждать официанта, который принял заказ.

— Мне, пожалуйста, седло барашка и красное вино. Киндзмараули, если можно. — Отдал своё меню официанту Акакий.

— Мясо в горшочке и чай с бергамотом. — Не стал я заказывать спиртного. Не пил и не хочу. Голова должна быть ясная. Всегда!

— Ну, за встречу! — Чокнулись мы бокалом о чашку.

— Вы хотели рассказать, что к чему? — Спросил я, утолив первый голод.

— Верно, — отложил вилку в сторону Акакий. — Первое, что вам нужно знать — это то, что пройти на совет можете лишь вы и ваш представитель, роль которого сегодня взвалю на себя я. — Кивнул, подтверждая это. — Хорошо. Следующее, — пригубил он вина. — Нынешний состав совета — мал, как никогда. Многие достойные погибли, а новые не появились. Двести ровно. Из них сто семьдесят три архимаги. Остальные магистры.

— Мда... — Протянул я. — Мало.

— Боюсь очень мало. Очень... — Протёр он лоб платком. — Повестка на сегодня мне неизвестна. Знаю лишь что те, кто сидит в совете давно — решили оправдать Геннадия Ильича и учителей.

— Как это решили?

— Старичков, что заседают там не одну сотню лет — достаточно, чтобы набрать нужное количество голосов. Большинство. Кого-то они подкупили, кого-то запугали. Ты ещё поймешь, какой это клубок змей.

— Как-то не хочется. Буду рад передать вам право заседать в думе, вместо меня. Я ведь должен появляться только на совете тысячи?

— Если таково будет ваше желание, то да. Я буду говорить от вашего имени. Моё слово — ваше. — Попытался поклониться он, сидя.

— Пусть так и будет, — свалил я эту грязь на него.

— Пора, — встали мы, и пошли на выход. Дуб был виден из любой точки острова, всё ближе подходили мы к мировому древу. Быстро стемнело. Вместо фонарей из земли выскочили огромные цветы — вроде подсолнухов, что распустились, светя жёлтым светом. Жаль только они не могли спокойно стоять на месте — постоянно поворачивая свои головы фонари в разные стороны и освещая всё что угодно, а не землю. Наступила тишина. Шума прибоя больше не слышно. Всё замерло, в преддверии заседания. И животные и маги.

— Не смотри! — Отвернул мою голову в сторону Акакий, заметив, что я вглядываюсь в ветви дерева. — Там засел кот Баюн. Вмиг заговорит, заморочит, а потом съест. — Объяснил он свои действия.

— Спасибо, — поблагодарил я своего теперь представителя на Буяне похожего на розовый одуванчик.