Зелье 999 - Александра Лисина

Они, правда, все равно оборачивались, однако неприличного свиста вслед я так и не услышала: качества моей одежды и высоких, до колен, сапог было вполне достаточно, чтобы отнести меня в разряд состоятельных леди, оскорблять которых строго не рекомендовалось. К тому же рядом находилось трое магов. И в их присутствии свистнуть мне вслед рискнул бы лишь отъявленный самоубийца, который к тому же совсем не дорожит собственным посмертием.

В полном молчании я подошла к оставшейся у привязи единственной лошади. Протянула кобыле, такой же рослой, как у эль Гарра, загодя купленное у той же хозяюшки большое красное яблоко. И, дождавшись, когда зверюга его довольно схрумкает, аккуратно забралась в седло, привычным жестом пристроив саквояж перед собой.

— Я готова, господа.

На губах эль Гарра впервые за последние дни мелькнула удовлетворенная улыбка.

— Ничуть в этом не сомневался.

Он таким же привычным движением взлетел на спину своего скакуна, а я негромко хмыкнула.

— И давно ли вы, милорд, перестали во мне сомневаться?

— С тех пор как своими глазами увидел, как смотритель портала задержал ради вас очередь на целых четверть часа. Анна, давай вперед. Винз, ты замыкающий. Миледи, вы выдержите дорогу до вечера?

— Безусловно, — наклонила голову я. — Кыш, иди сюда. И будь добр в ближайшие пару часов помолчать.

— Есть, моя леди! — бодро отрапортовал сверху мыш и тут же спикировал мне на руки. — Приказ понял! Если командир не возражает, личный состав изволит эти два часа честно проспать!

Я только хмыкнула, привычно устраивая грызуна за пазухой. Тот довольно хрюкнул и почти сразу же засопел. А белобрысый, убедившись, что зверек не будет доводить его подчиненных до белого каления, снова удовлетворенно кивнул и, тронув пятками конские бока, первым сдвинулся с места.

Признаться, верховая езда — не самое мое любимое времяпрепровождение, но поскольку порой без лошадей обойтись не получалось, то мне нередко приходилось пользоваться именно этим видом транспорта. Экипажи, к сожалению, не всегда оказывались удобными. В Хотаре, к примеру, качество дорог на большей части территории страны оставляло желать лучшего, так что иногда приходилось жертвовать комфортом в угоду скорости передвижения.

До вечера я тоже доживу без проблем. С седла не свалюсь и ничего себе не натру: одежду я подбирала как раз с тем расчетом, чтобы не ударить в грязь лицом при любой ситуации. Конечно, не все моим попутчикам было понятно. Анна вон даже пару раз оборачивалась, чтобы убедиться, что иной поклажи, кроме саквояжа, у меня при себе не имелось. Но я не стала пояснять, куда задевала прежнее платье. И не стала заострять внимание на том факте, что лишь на моей лошади не оказалось ни седельных сумок, ни свернутой в рулон палатки, ни даже самого завалящего одеяла, на котором можно было бы отдохнуть во время привала.

Минут через пятнадцать мы выехали за пределы Большого Холма и рысцой направились на северо-восток по неплохо укатанной дороге. Вчера, правда, в этих местах прошел дождь, кое-где еще виднелись приличные лужи, особенно в низинах, поэтому тракт местами подраскис. Однако подчиненные эль Гарра захватили для нас хороших коней — сильных и выносливых, поэтому для них не составляло труда бежать по такой дороге и, думаю, не составит вплоть до самого вечера. Особенно если днем их покормят и дадут немного отдохнуть.

На протяжении почти целого часа мы ехали молча. Держащаяся впереди Анна, судя по напряженной спине и приподнятым плечам, все еще сердилась на командира. Сам командир, едущий в одном корпусе от нее, о чем-то глубоко задумался. А Винз, которому поручили следить за окрестностями, оказался достаточно умен, чтобы понимать, когда начальство можно отвлечь от размышлений, а когда не стоит даже пытаться.

Ближе к обеду на небе снова собрались тучи и начал накрапывать мелкий дождик. Воздух еще больше остыл, снова поднялся ветер, поэтому нам пришлось закутаться в плащи до бровей, а лошадям — поднапрячься, потому что к этому времени местность стала холмистой, дорога раскисла окончательно, и скакунам следовало ступать аккуратнее, чтобы не поскользнуться на кручах.

Пару раз эль Гарр оборачивался, но я лишь успокаивающе кивала, знаком показывая, что не замерзла, не захлюпала носом и привал ради меня делать не надо. У Кыша тоже все было в порядке: малыш, как и всегда в дороге, беспробудно дрых. Да и дождик на него не капал, так что в своей «норке» ему было даже лучше, чем мне. Тем не менее заботливость мага удивила. Даже, я бы сказала, удивила приятно. Поэтому, когда прямо на моих глазах маг допил содержимое уже знакомой бутылки, я решила нарушить воцарившееся молчание и, нагнав командира нашего маленького отряда, протянула ему небольшой глиняный сосуд.

— Что это? — с подозрением осведомился маг.

— Успокоительное. Я заметила, что ваше подходит к концу.

У едущей впереди Анны отчетливо дернулось ухо, а Винз заинтересованно подъехал ближе.

— Думаете, без него не справлюсь? — прищурился эль Гарр, не торопясь забирать бутыль.

Я пожала плечами.

— Думаю, так нам обоим будет спокойнее.

— А у этого зелья, случаем, не найдется еще какого-нибудь побочного эффекта? Мне надо опасаться непредвиденных последствий? Таких же «приятных», как в прошлый раз, например?

— Вы же сказали, что начали доверять, — напомнила ему я, на всякий случай второй рукой придерживая и поводья, и полу плаща, чтобы не намочить Кыша. — Но если считаете, что это преждевременно, нет проблем. Я просто вылью состав в кусты, чтобы лошади не пришлось нести лишнюю тяжесть.

У эль Гарра вырвался нервный смешок.

— С другой стороны, вы же сами сказали, что хуже уже не будет… Хорошо, я готов рискнуть. Но если что-то пойдет не так, не обессудьте.

— Принимать строго по одному глотку утром и вечером, — вместо ответа сообщила я. — Больше не нужно: уснете раньше времени. Меньше тоже нежелательно, иначе эффект будет слабым.

— А на ночь-то зачем пить? — вновь со смешком поинтересовался маг. — Я не планировал ночевать с вами в одной палатке.

Я вздохнула. Вот же язва.

— Чтобы кошмаров не было. Они ведь появились, не так ли?

Под моим взглядом маг едва заметно вздрогнул и, забрав бутыль, молча отвернулся. И мне ничего больше не оставалось, как снова восстановить между нами дистанцию.

Подумав о том, в качестве кого я могла фигурировать во снах одурманенного универсала, я поежилась. Попавший под магическую зависимость Нерх чувствовал лишь легкую очарованность и, быть может, некоторую увлеченность мною, поэтому его грезы, скорее всего, были спокойными и умиротворяющими. В них даже страсти особой не проявлялось, потому что ниманцы по природе своей не были склонны к бурным эмоциям. А вот ненавидящий меня эль Гарр наверняка каждую ночь наблюдал что-то похлеще, пожестче и наверняка что-то гораздо более кровавое, чем наш утонченный преподаватель по боевой магии. Но мне совсем не хотелось знать, каким именно образом он меня убивает. И на каком конкретно моменте просыпается по утрам, да еще выглядит так, будто только что собственноручно расчленял мое бездыханное тело.