Тень якудзы - Дмитрий Силлов

Афанасий скучал отчаянно. Он уже устал зевать и выразительно поглядывать на часы. Наконец, он не выдержал.

— Пацаны, ну поимейте совесть-то. Кончайте порожняки гонять, а? Жрать уже охота — сил нет. Щас с голодухи у жирного ляжку оттяпаю и зажую на раз-два-три.

— Милости просим, — хмыкнул Стас. — Приятного аппетита. Но Афанасий прав, — вздохнул он. — Пора нам заканчивать душеспасительные беседы. Кукушке полегчало?

— Чему? — недоуменно спросил Витек.

— Головушку, головушку попустило? Мертвяки шебуршиться перестали?

Витек машинально потер виски кончиками пальцев.

— Да вроде бы…

— Ну и ладушки, — весело подытожил Стас. — Тогда быстренько кончай с этими — и поперли в ресторацию.

Там сегодня Артавазд знатные свиные ребрышки организовал — пальчики до локтей оближешь.

Ребрышки — это было, наверное, неплохо: желудок уже подавал сигналы о необходимости присутствия в нем чего-то подобного. Только первую часть Стасовой фразы Витек не совсем понял.

— С кем кончай? — спросил он.

— Как с кем? — удивился Стас. — С этими.

Он кивком головы указал на распятых.

Жирного бизнесмена била мелкая дрожь. Хотя в помещении было достаточно прохладно — в спортзале ощутимо работали кондиционеры — трясущиеся капли пота скатывались по его лицу на воротник рубашки, потемневший от впитавшейся в него влаги. Он судорожно и бестолково сжимал и разжимал пальцы рук, будто пытался дотянуться до вбитых в стену костылей, хотя, даже если бы ему это и удалось, вряд ли что-то изменилось бы в его судьбе.

Парень в черном еще не пришел в себя после удара Афанасия, и только еле слышный хрип, прорывающийся из его рта сквозь кляп, свидетельствовал о том, что он еще жив.

Теперь Витек понял все.

— Нет, — твердо сказал он. — С меня хватит.

— Странно, — ровно произнес Стас. — А мне показалось, тебе это нравится. Похожим голосом кричат только во время высшего кайфа. Например, при оргазме. Или когда берут действительно крутой вес и крышка улетает в космос. Но твой крик был гораздо круче.

— Я тогда… кричал?..

— Было дело, — хмыкнул Афанасий.

…Голос. Прекрасный, словно музыка сфер. Словно глас божества, снизошедшего с небес… Значит, это был просто собственный первобытный, дикий вопль убийцы, всем телом впитывающего жизненные силы только что умерщвленного врага…

— В общем так, — сказал Стас, поднимаясь с кресла. — Хрен с тобой, золотая рыбка, не хочешь — не надо.

Но тогда я их отпущу. Пусть и дальше трахают детишек, а потом делают из них фарш. Только теперь это будет на твоей совести.

Витек уже тоже был на ногах и теперь медленно переводил взгляд с одного распятого на другого.

Это было жалкое зрелище. Бизнесмен смотрел на него, как раненый заяц на охотника, медленно поднимающего ружье. С его отвисшей губы вниз через подбородок протянулась нитка слюны, медленно расширяя границы темного пятна на рубашке. Витек стоял и смотрел, и сейчас ему больше всего на свете хотелось, чтобы муки этого человека прекратились раз и навсегда.

— Это правда? — тихо спросил он.

Бизнесмен молчал. И смотрел, трясясь и не мигая. Только к темному пятну на воротнике прибавилось того же цвета пятно, стремительно расползающееся по брючине.

— Они говорили правду? — так же тихо повторил вопрос Витек, делая шаг вперед.

Глаза бизнесмена вылезли из орбит. Он вдруг заверещал тонко и неестественно, задергался, словно марионеточный паяц — и внезапно резко обвис на своих костылях, выпучив глаза и закусив до крови почти половину вывалившегося наружу языка. Но боли он уже не чувствовал. Теперь ему было все равно.

— Надо же, — удивленно качнул головой Афанасий. — Сдох. Со страху.

— Точно сдох? — не менее удивленным голосом спросил Стас.

— Что я, жмура не видел? — оскорбился Афанасий. — Во дает дядя Витя. Прям в реале палач какой-то. От одного его вида люди дохнут.

Витек не слышал слов Афанасия. Его живое воображение рисовало картины. Вот парень в фартуке, наброшенном поверх костюма от Армани, ножовкой по металлу отпиливает голову еще живому ребенку, а жирный, преисполненный собственной значимости бизнесмен брезгливо морщит нос и воротит сытое рыло от неприятной сцены — мол, мог бы уж и не при мне…

«Когда паразита давишь, думать об нем не надо. Дави и все…»

Витек равнодушно отвернулся от трупа бизнесмена. Может быть, все было и не так, но невиновные не умирают от страха. Невиновные до последнего отстаивают свою правоту, даже если надеяться им уже не на что.

Парень в черном костюме медленно приходил в себя. Витек подошел к нему, взял за подбородок и вытащил у него изо рта кляп.

— Это правда? — вновь повторил он свой вопрос.

— Что? — спросил парень, морщась от света и головной боли. — Ты кто такой? Какого хрена тебе надо?

— Они сказали, что ты убивал детей. Это так?

Парень сухим языком облизал разбитые губы и скривился от боли.

— А не пошел бы ты на хер, — посоветовал он Витьку.

Витек медленно положил ему руку на грудь, взял его пальцами за торчащий пикой кадык и слегка нажал.

— Я задал вопрос, — тихо сказал он. — Где ответ?

— Тебе, падла, скоро вопросы будут задавать, — прохрипел парень, дергая кадыком и пытаясь сглотнуть. — И спросят по полной, не сомневайся…

Витек нажал чуть сильнее.

И немного не рассчитал.

Адамово яблоко парня в черном костюме хрустнуло, словно перезрелый орех, и острый край сломанного хряща скальпелем взрезал трахею.

Распятый дернулся, пару раз сипло попытался втянуть в себя порцию воздуха — и умер, вжавшись затылком в бревенчатую стену и распялив тонкогубый рот в последнем беззвучном крике.

— Вот и ладушки, — тихо сказал Афанасий, выщелкивая из гнезда автомата магазин. — Молодец, Витек. Пять баллов пацану за поведение и лишняя порция ребрышек.

— Был Витек, а стал палач-отморозок, — задумчиво произнес Стас себе под нос.

— Талант, — кивнул Афанасий. — Кто-то картины пишет, кто-то пузырь духом из горла выжирает, а этот народ мочит. Интересно, а что с ним будет, если ему, например, зарядить, что ту девчонку из ведра не эти кексы покоцали, а кто-нибудь другой?

— Я бы не рискнул, — после паузы сказал Стас. — У него и так крыша на одном гвозде держится — того гляди сорвется. И кого той крышей прихлопнет — еще вопрос.

— Так может все ж таки его замочить? Если крыша у него такая опасная. Я б этих жмуриков с самого начала одной очередью за секунду уделал. И без всякого балагана на два часа и не жрамши.