Новая весна - Роберт Джордан

Морейн заморгала. Ее взгляд остановился перед тем, что находилось в центре, под самым сводом купола, – огромное, расположенное вертикально, овальное кольцо, сужающееся кверху и книзу. Его обод был чуть толще ее руки. Больше спана в высоту и около шага в самом широком месте, кольцо отливало в пламени светильников то серебром, то золотом, то зеленым, то голубым, то всеми цветами, смешанными воедино, ни на мгновение не оставаясь одного цвета. Кроме того – что казалось совсем невероятным, – оно стояло на ребре без всякой поддержки. Это был тер’ангриал, устройство, созданное в давно минувшую Эпоху Легенд, чтобы пользоваться Единой Силой. Внутри него и будет проходить испытание. Она пройдет его. Во что бы то ни стало – пройдет!

– Слушайте, – произнесла Мериан согласно ритуалу.

Другие Айз Седай, кто уже находились в комнате, по одной от каждой Айя, подошли и встали вокруг, с их плеч спускались шали с бахромой. Одной из них была Элайда, и сердце Морейн беспокойно затрепетало.

– Ты пришла сюда в неведении, Морейн Дамодред. Какой ты выйдешь отсюда? – спросила Мериан.

Свет, почему Элайде разрешили участвовать? Ей отчаянно хотелось задать этот вопрос, но посторонние слова были запрещены. С удивлением она услышала собственный голос, твердо произнесший:

– Знающей саму себя.

– Зачем тебя призвали сюда? – продолжала Мериан.

– Чтобы подвергнуть испытанию. – Сохранять спокойствие было крайне важно, но хотя голос Морейн звучал уверенно, в душе у нее было отнюдь неспокойно. Ей никак не удавалось выбросить Элайду из головы.

– Для чего тебя должны подвергнуть испытанию?

– Чтобы узнать, достойна ли я. – Все сестры будут пытаться помешать ей, в конце концов, это ведь испытание; но Элайда будет стараться больше всех. О Свет, что она будет делать?

– Чего ты должна быть достойна?

– Носить шаль Айз Седай. – С этими словами Морейн начала раздеваться. В соответствии с древней традицией испытание она должна проходить, облаченная лишь в Свет, что символизировало, что она полностью вверяет себя защите Света.

Расстегивая пояс, она вдруг вспомнила о лежащей в кошеле маленькой книжечке. Если ее обнаружат... Но колебаться сейчас – значит потерпеть неудачу. Положив пояс и кошель на пол у ног, она закинула руку за спину, чтобы расстегнуть пуговицы.

– И потому я наставляю тебя, – говорила Мериан. – Ты увидишь на земле этот знак. – Она направила пряди, и очерченная ее пальцем шестиконечная звезда, два наложенных друг на друга треугольника, на мгновение повисла в воздухе, пылая огнем.

Морейн почувствовала, как одна из сестер позади нее обняла саидар, и плетение коснулось затылка.

– Помни о том, что следует помнить, – негромко проговорила сестра. Это была Анайя, Голубая. Однако ни о чем подобном ей раньше не говорили. Что это могло значить? Морейн заставила свои пальцы уверенно пробежаться по пуговицам на спине. Первый шаг сделан, и дальше она должна действовать в абсолютном спокойствии.

– Увидев этот знак, ты сразу же подойдешь к нему, ровным шагом, не торопясь, но и не мешкая, и лишь потом можешь обнять Силу. Предписанное плетение должно выполнять немедленно, и тебе нельзя покидать этот знак, пока оно не будет завершено.

– Помни о том, что следует помнить, – повторила Анайя.

– Когда плетение будет завершено, – продолжала Мериан, – ты вновь увидишь этот знак, отмечающий путь, каким тебе следует идти дальше, и снова иди ровным шагом, но без колебаний.

– Помни о том, что следует помнить.

– Сотню плетений должна будешь ты завершить в том порядке, какой был тебе сообщен ранее, и с совершенным самообладанием.

– Помни о том, что следует помнить, – в последний раз проговорила Анайя, и Морейн почувствовала, как плетение проникает в нее, почти так же, как плетение Исцеления.

Все сестры, за исключением Мериан, отступили от нее и образовали круг вокруг тер’ангриала. Встав на колени на каменном полу, каждая обняла саидар. Окруженные сиянием Силы женщины принялись направлять, и смена цветов в овальном кольце ускорилась, пока оно не стало напоминать калейдоскоп, приделанный к мельничному колесу. Все Пять Сил присутствовали в их плетении, почти столь же изощренном, как те, какие требовались при испытании; все сестры всецело сосредоточились на своих действиях. Нет, неверно. Не все. Элайда глянула в сторону, и ее взор, упавший на Морейн, был жестким и горящим. Словно докрасна раскаленное шило, способное прожечь дыру в ее черепе.

Морейн хотела смочить губы языком, однако «совершенное самообладание» означало в точности то, что было сказано. Возможно, Свет и защищал ее, но снимать с себя одежду перед лицом стольких людей оказалось непросто, хотя большинство сестер и сосредоточилось на тер’ангриале. Теперь на нее смотрела лишь Мериан. Наблюдала, не сомневается ли она, высматривала трещину во внешней безмятежности. Испытание началось, и даже самая маленькая трещинка ведет теперь к неудаче. И тем не менее спокойствие было лишь внешним, маской, которая была не толще ее кожи.

Продолжая раздеваться, Морейн тщательно сворачивала каждую деталь своего одеяния, укладывая их аккуратной стопкой поверх пояса и кошеля. Так будет достаточно. Все сестры, кроме Мериан, будут заняты до завершения испытания – по крайней мере, Морейн так думала, – и она сомневалась, что Наставница Послушниц будет рыться в ее вещах. Во всяком случае, большего сейчас все равно не сделать. Последним Морейн сняла с пальца кольцо Великого Змея и положила поверх остального. Этот жест отдался в ней внутренней болью. С тех пор как она завоевала право носить кольцо, Морейн не снимала его, даже когда мылась. Сердце колотилось; она была уверена, что Мериан слышит, его гулкие удары. О Свет, Элайда! Надо быть очень осторожной. Эта женщина знала, как сломить ее. Надо быть настороже и готовой ко всему.

Теперь Морейн оставалось лишь стоять и ждать. На холодном воздухе кожа быстро покрылась мурашками, девушке хотелось переступить босыми ногами, камень пола под которыми был более чем холоден. Полное спокойствие. Морейн стояла неподвижно, выпрямив спину, руки опущены по бокам, и дышала ровно. Помоги ей Свет! Она не желала потерпеть неудачу лишь из-за одной Элайды. Ни за что! Но исходящий от ледяной глыбы льда в животе холодок постепенно расползался по костям. Морейн ничем не выдавала своих чувств. Совершенная маска самообладания.

Воздух внутри кольца внезапно превратился в белое полотнище. Белее, чем шерсть ее юбки, белее, чем снег или бумага лучшей выделки. Однако оно не отражало огни светильников, а, наоборот, казалось, поглощало какую-то часть их света, от чего в зале стало темнее. Затем высокий овал кольца начал медленно вращаться, причем совершенно беззвучно, словно совсем не касался каменного пола.

Никто не произносил ни слова. В словах не было необходимости. Морейн знала, что ей делать. Не колеблясь, по крайней мере внешне, она двинулась к вращающемуся кольцу, ровным шагом, не торопясь, но и не мешкая. Она пройдет испытание, что бы ни делала Элайда. Пройдет! Морейн шагнула в белизну и через нее...