Дом на двоих  - Александра Черчень

Тихо рассмеялся, выпуская подбородок, и запустил руку в волосы растрепав и так свободную прическу.

– Такой огонь в волосах и столько запретов в голове… Почему ты не хочешь мне уступить? – Он склонился, скользнув прохладными губами по моей скуле, добрался до уха и хриплым шепотом пообещал: – Тебе будет со мной хорошо.

Господи, как, ну КАК мы оказались на этой теме, перескочив на нее с невинных добавок к кофе?!

– Отпусти меня.

– А иначе что? – Он прихватил верхнюю часть ушка, но почти сразу отпустил и оставил легкий, почти невесомый поцелуй на чувствительном участке кожи под мочкой. – Ты мне прикажешь? Или выгонишь? Из моего дома, в этом будет какая-то потрясающая ирония. Второй раз из моего дома…

Мысленно я зацепилась за этот «второй раз», но тему решила развить чуть позже, так как в данный момент меня слишком нервировала близость фейри. Он пах свежей озерной водой и почему-то нагретым на солнце прибрежным песком, с ноткой морских водорослей.

Слишком необычно, слишком привлекательно… настолько, что мне хотелось лизнуть такую белую кожу и узнать, какая она на вкус.

Но это будет ошибкой. Большой ошибкой.

Весь Элвенрой – одна огромная ошибка, на которую ни в коем случае нельзя поддаваться! К сожалению, я вынуждена признать, что кратковременные связи для того, чтобы добавить в жизнь «перчика» и потому, что мужчины давно не было, – не для меня. Никак не получается абстрагироваться и воспринимать партнера как эпизодическое приятное развлечение.

А что может быть мимолетнее, чем любовник-фейри? К тому же, судя по легендам, они действительно хороши настолько, что после несчастные барышни до конца дней сидят у окон, ждут и никого другого к себе не допускают.

Оно мне надо? Да, конечно, он не растворится сразу, так как привязан ко мне обязательствами стража, но, возможно, это еще хуже. Видеть постоянно и знать, что тебя больше не хотят. Что твой огонь приелся…

В общем, ну их, такие специи!

– Элрой отпусти меня. Просто отпусти.

Где-то на периферии сознания раздалось шипение убежавшего на плите напитка. Но если я думала, что это окажется для фейри аргументом, чтобы меня отпустить, то ошибалась. Он подхватил меня под бедра, и я невольно положила ладони на широкие плечи, глядя на дивного с шоком и изумлением. А он посадил меня на столешницу рядом с индукционной плитой и одной рукой сдвинул турку, а другую положил возле моего бедра, так, чтобы не смогла сбежать или отодвинуться.

Я закатила глаза к потолку. Нет, это уже даже не смешно!

Всеми силами пыталась сконцентрироваться на чем угодно, кроме того, что сейчас произошло. Нельзя думать о том, что творит Элрой!

И вообще, Беа, вспомни его возмутительно обыденную рожу при первой встрече! Совсем ведь не симпатичный!

Я посмотрела на него сейчас. Оценила совершенство черт лица и поняла, что даже если попросить дивного снова набросить иллюзию, то это вряд ли поможет.

Как же сложно!

С Кэйворрейном было проще, несмотря на всю его красоту, которая объективно гораздо более яркая, чем у моего водного жеребца. Возможно потому, что он не ходит в самой обычной одежде по ультрасовременному дому и не ездит на спортивных тачках.

Кстати, про это.

– У тебя и в доме и в машине много металла. Как?

– Специальный заказ, – бросив на меня быстрый взгляд, ответил Элрой и, немного подумав, отстранился. Видимо, решил, что давить на меня сейчас в плане совращения – перебор.

– То есть это не металл?

– Именно, Беа. Хотя машина, конечно, обошлась мне в немалую сумму. Она уникальна.

Угу, то есть он не просто богатый, а дико богатый.

– И многие фейри такие, как ты?

– Живут и в человеческом мире? Нет, это не всем интересно. Дело в том, что в вашем мире нужно действительно жить – и иногда выбираться в наш. Если делать наоборот, то каждое появление случается раз в пятьдесят-сто лет, а люди за этот срок очень сильно меняются. Многие древние фейри, в отличие от меня, не любят подстраиваться, потому предпочитают удаленные уголки человеческой цивилизации. Или вообще не выходят. Так какие тебе специи в кофе?

Ох уж эта манера скакать с темы на тему. Притом с непринужденностью акробата, а я за ним не успеваю.

– Мне нравится настоящий вкус кофейных зерен. Не люблю добавки, они отбивают у жизни истинный вкус.

И мы оба сейчас понимали, что говорим вовсе не о корице и кардамоне…

– Ты древний? Насколько? – поинтересовалась я спустя пару минут, наблюдая за тем, как он осторожно наливает темный напиток в маленькие чашки.

– Настолько, что я застал то время, когда королева Мэб не клала мужей на алтарь. – В зеленых глазах мелькнула мгла, а возле губ появилась жесткая складка. – И прекрасно знаю, зачем ей это нужно. Впрочем, в то время я был еще верен и лег на алтарь без возражений.

– Лег на алтарь?! Ты был королем?!

– Да. – Мне передали чашку.

Господи, что же так много венценосных мужиков на одну маленькую меня!

Я закинула ногу на ногу, не торопясь слезать со столешницы. Элрой посмотрел на меня и непринужденно запрыгнул на барную стойку, расположенную прямо напротив. Скрестил ноги, сделал глоток из чашки и, прищурив колдовские глаза, мурлыкнул:

– Ну же? У тебя появились вопросы, не так ли?

– Конечно! – едва ли не подпрыгнула я и выдала: – Как так получилось, что ты жив? И если ты жив, то почему Мэб замужем за Кэйворрейном? И еще…

– Сто-о-о-ой, маленькая хозяйка… – И снова это выражение лица. Сейчас что-то будет! – Ты помнишь о плате?

Блин.

Нет, не так. Блин-блин-блин!

– Помню.

– Отлично. – Он коснулся языком уголка губ, и меня бросило в жар. – Целоваться сразу будем? Так и быть, я готов отпускать тебе три вопроса за один поцелуй.

Демонов фейри!

– Ты мой страж, – слабым голосом напомнила я.

– И что? Поверь, это совсем не будет мешать мне целоваться.

Я мрачно посмотрела на кельпи. Он с не менее странным выражением любовался мной. Да, именно любовался, было в этом долгом взгляде что-то очень особенное.

Я отставила чашку, спрыгнула со столешницы и решительно двинулась к шантажисту. Подошла, дернула за горловину рубашки, заставляя наклониться, а после все же разрешила себе то, чего давно хотелось. Запустила обе руки в гладкие, струящиеся волосы и ухватила за острые уши! В конце концов, когда я еще смогу полапать дивного лорда за самую интригующую часть тела?

Дивный лорд охнул, и его зеленые глаза заволокла странная, сверкающая пелена, в которой было столько эмоций и желаний… у меня в животе мигом стало жарко.