Когда распускается горецвет - Клара Колибри

Вечером Адала входила в бальный зал под руку с генералом. Этот невозможный мужчина был серьезно настроен нарушить буквально все правила этикета. Сначала бесцеремонно занял предназначенное Гарольду, принцу Пралма, место за праздничным столом. И все потому, что знал наверняка: ему, советнику Филиппа Второго, не посмеют в практически подчиненном Спартоксу государстве сделать замечание. Вот и навязал свою волю. Пф, несносный! Что о себе еще возомнил?! Будто уже имеет на принцессу какие-то права. А как было понимать, что постоянно находился рядом с ней в течение всего дня?

Сначала за столом бесцеремонно сместил Гарольда. Потом Адала изъявила желание прогуляться по саду и многозначительно при этом глянула на фрейлин, мол, в женском обществе пойдет, и никак не иначе. Только лорд Ноймен презрел и слова и ее взгляд, а моментально предложил согнутую руку, чтобы сопроводить.

— Нет-нет, у мужчин принято после обеда другое… — попыталась взглянуть на лорда свысока, вот только не вышло.

— Полагаете, я не в курсе обычаев? — произнес Северин с усмешкой и, завладев ее рукой, уложил чуть ни насильно, с нажимом так точно, на своем локте, мол, знай женщина место. — Но готов изменить привычкам в угоду невесте. Нам с вами, дорогая Адала, надо в кратчайшие сроки лучше узнать друг друга…

— Полагаете, надо? — не без едких ноток в голосе произнесла Ее высочество. — И для чего?

— Ну как же?! Отбор, этот суетный фарс, пролетит в одно мгновение, а там мы с вами окажемся у алтаря…

— Так уверены в этом? — поджала она губы и при том сама не поняла отчего: то ли чтобы не рассмеяться саркастически, то ли не издать позорных шипящих звуков вперемежку с ругательствами. — Не слишком ли самонадеянно?

— Нет! — ответил ей герцог Кастинский твердо. — Именно я стану вашим мужем, принцесса. А что касается самонадеянности, так это не самая плохая черта для мужчины. Вот только я начал говорить о другом… Осторожно, ваше платье, дорогая, зацепилось за розовый куст.

И правда. Она так резко развернулась на повороте садовой дорожки, раздражаясь из-за навязанного общества, что излишне всколыхнула юбки. Но одна из фрейлин уже поспешила на помощь — несколько секунд, и можно было продолжить прогулку. Можно, но совершенно не хотелось. Однако лорд Ноймен по всему не намерен был отпускать… руку так точно, раз положил на ее ладошку свою.

— Я сказал, что время отбора пролетит в один миг. Вот за сколько дней запланировано провести состязания?

— За три, дор.

— Подумать только, всего три дня, и вы станете моей!

Принцесса даже замерла от такого утверждения. А потом еще поперхнулась готовым сорваться с губ возгласом, когда увидела мечтательный устремленный в небо взгляд мужчины. Игрался генерал, вот уверена была в этом. Что бы этот тип и выглядел влюбленным!.. Ага, Вершитель… и простак!.. Он что, издевался?

— Да что же вы все ручкой-то дергаете, моя милая?.. Я же сама кротость… сегодня.

— Именно поэтому, генерал. Что СЕГОДНЯ изволили сменить ипостась, а завтра…

— Вы меня боитесь? Вы?! Такая решительная и отважная дорина?.. Как можно! Напомню, что поклялся обеспечить своей жене жизнь полную любви… моей.

— Так то жене! — Адала решила проигнорировать произнесенное с нажимом «моей». — Все же, генерал, вынуждена напомнить, что в состязаниях примут участие достойные… вас соперники. Или погодите! Не притаилась ли скрытая угроза в вашем высказывании?..

— Никак нет. Месть, шантаж… Это все не достойно. Я намерен честно отвоевать себе жену. Что там мне предстоит сделать? Победить в скачках?

— О, да. Это состязание пройдет уже завтра утром.

— Приготовьтесь подарить мне поцелуй за победу.

— Не слишком ли…

— Не все же моей невесте раздаривать их гвардейскому капитану!..

— Так вы следили! — щеки принцессы так и вспыхнули.

— Проводил вас, моя дорогая, до родительской вотчины.

— Это так называется?!

— Не будем отвлекаться сейчас на мелкие расхождения во взглядах — у нас еще вся жизнь впереди. Так какое будет второе испытание, любимая?

— ПФФ! Не говорите так!

— Почему? Боги, вот почему мне никто не верит, что влюбился без памяти?

— Неужели, нашелся еще кто-то, посмевший усомниться в вашей искренности помимо меня? — прищурилась Адала.

— Хм! Но мы же сейчас говорили о состязаниях. Вернемся к теме, Ваше высочество. Что стоит под вторым пунктом?

— Если вам так угодно… Сражение на мечах запланировано на второй день отбора.

— Как чудесно! Обожаю это оружие!

Принцесса нахмурилась. Она предполагала, что генералы только посылают в бой других, а сами замирают у разложенных карт с подзорной трубой в руке. А вот Квентин… ее милый друг был превосходен, когда наблюдала за ним во время тренировочных боев.

— А что будет в третьих? — вырвал из задумчивости голос лорда.

— Проверим меткость каждого из женихов, — проговорила елейным голосом.

— Замечательно. Разомнусь, повеселюсь, освежу в памяти танцевальные фигуры. По вечерам же запланированы, надеюсь, балы? В общем, прекрасно проведу три дня, а в итоге еще и заполучу себе красавицу жену.

На это Адала уже ничего не ответила, а вырвала все же свою руку и, кивнув фрейлинам, чтобы не отставали, поспешила от генерала удалиться.

И вот он первый бал. Уже во время легкого ужина издалека, но доносились звуки, издаваемы различными инструментами — музыканты настраивались. А как Его величество поднялся из-за стола, слуги распахнули двери в соседний зал, тогда уже приятная танцевальная мелодия стала слышна вполне отчетливо.

— Ваше высочество… — король только собрался протянуть руку к дочери.

А ее ладошкой уже завладел все тот же герцог… он же генерал Спартокса.

— Но!.. — вскинула Адала выше подбородок, собираясь… о нет, публичного скандала она не захотела. — Что-то не заметила, чтобы вы, дор, у себя на родине были столь же нетерпимы к дворцовому этикету! — в итоге прошипела лишь это лорду Ноймену.

— Этикет? Нетерпим? — а мужчина изобразил недоумение. — При чем здесь это? Я тут как на поле боя оказался! Не понимаете? Да окружен ведь соперниками. А битва идет не за какой-то там замок, еще признаюсь, что и княжества с королевствами меня сейчас мало интересуют… все много серьезнее! Я борюсь за свое будущее, за семью и детей, которых создам вместе с вами, моя дорогая принцесса.

— ПФФ! — Адала не удержалась, подняла глаза к потолку и быстро-быстро замахала веером, пытаясь остудить заалевшие щеки.

Северин румянец Ее высочества заметил, усмехнулся и продолжил смущать дорину. А потому поднес тонкие девичьи пальчики к губам и поцеловал. И не просто коснулся на краткий миг, а передал принцессе через тот контакт еще дополнительную порцию жара.