Сила зверя - Роман Пастырь

Он моргнул. Я точно видел.

— Как скажете.

И голос стал капельку холоднее.

Боялся ли я мести этого человека? Опасался. Но ничего с собой поделать не мог. Единственное, в чем уступил, это снизил начальную цену, которую хотел заломить.

Сильно снизил.

— Это со скидкой. — уточнил я.

Чтобы до него точно дошло. На это он едва заметно прищурился. Если бы я внимательно не следил за его мимикой, то и не заметил бы.

— Готов купить ещё несколько таких штук.

— Я подумаю. Не в ближайшие пару месяцев точно.

Родион кивнул, встал и, шагнув ко мне, на ходу достал из внутреннего кармана в несколько раз сложенные документы.

— У ваших знакомых Гвоздевых поддельные документы, которые не выдержат никакой проверки. Теперь выдержат. Можете им передать.

Я глянул на то, что он дал. Свидетельства о рождение, трудовые книжки, паспорта...

Не дожидаясь моего ответа, Родион достал из внешнего кармана какую-то штуку, нажал на кнопку и через десяток секунд, которые я разглядывал документы, рядом с ним открылся портал.

— Всего доброго, Эдгард. Дам совет: скромность продляет спокойную жизнь.

Это он так сейчас намекает на то, чтобы я не палился или на то, что я цену задрал?

Жест с легализацией Гвоздевых, конечно, широкий. Но всё равно бесит этот тип.

***

Этот день настал и не скажу, что рад этому.

— Будет тяжело, Эдгард.

Слова Ольги Владимировны, сказанные без привычной легкости, пугали и настораживали, ставили под сомнение саму идею отправиться на испытание.

— Да уже понял, — ответил я с раздражением.

— Тогда оставь все свои игрушки. Все — это все.

— Но...

— Ты идешь как бес, а не как одаренный.

Остаться без своих примочек было сродни оголению. Успокоил себя тем, что создам новые.

— Постарайся не светить свои возможности. Тобой будет заниматься наш человек. Преданный, которому можно доверять. Но, повторюсь, ты идёшь как бес, а не как одаренный.

А вот это плохо. С другой стороны, как алхимик я и так состоялся, а тема бессмертных для меня нова.

— Послушай меня внимательно, — Ольга подошла и взяла меня за руку. Чем несколько выбила из колеи. Прикосновение — это слишком интимно. — Аристократов готовят с самого детства. Тренируют, закаляют, учат брать инстинкты под контроль. Этой подготовки хватает для мирной жизни. Только вот жизнь аристократа редко бывает мирной. Конфликты, амбиции, стремление к власти... Если инстинкты не под контролем, это всё искажается и становится гипертрофированным. А значит опасным как для других, тех, кто рядом, так и для самого аристократа. Если аристократ обучен, он может управлять своими реакциями, но всё это будет ничего не стоить в случае экстремальных ситуаций. Чем выше стресс, тем выше контроль нужен. Чтобы подготовить человека к таким нагрузкам, испытания и были придуманы. Это комплекс практик, цель которых — закалить психику, познать себя и обуздать разъяренного зверя внутри. У тебя нет возможности проходить многолетнее обучение. Поэтому тебе будет тяжелее, чем другим. То, к чему они шли годами, тебе придётся освоить за месяц. Чему-то ты и сам уже научился, это облегчит задачу, но сейчас тебе надо понять, что ты не готов. Не переоценивай себя.

— Если я не готов, какой тогда смысл?

— А ты не думал, что испытания это когда надо не чуть-чуть напрячься, а сделать невозможное? — приподняла она бровь и окинула меня взглядом.

С каждой минутой веселее и веселее, блин.

— В общем, что от меня требуется?

— На месте узнаешь.

— Тогда к чему... кхм... пугающие наставления?

— Для правильного настроя. Идём.

Не отпуская руки, Ольга перенесла меня.

***

Оказались мы в лесу. На поляне.

На поваленном дереве сидел мужчина, в камуфляжной одежде и шевелил угли палкой.

— Отдаю его тебе. Дальше сами, — сказала Ольга и исчезла.

— Садись, — указал мужчина на место перед костром.

Где отсутствовало что-то, подходящее для сидения.

— Я постою.

— Я говорю, ты делаешь, — глянул он на меня.

Если взглядом можно избивать, то он мастер в этом искусстве. Бородатый, с грубым лицом, не огромный, но чувствуется, что крепкий. Спорить дальше я не стал, уселся, опустившись на колени. Если что, я и вскочить из этой позы быстро смогу. Правда, не так быстро, как он вскочит с бревна.

Посидели, помолчали. Я знал, что он делает. Разглядывает меня, подмечает детали и микро движения. Опытному человек это многое расскажет.

У мужчины за деревом лежал мешок. Вскоре, когда он нагляделся, то достал оттуда котелок, нож и фляжку. А ещё пару веток взял, лежавших рядом, которые быстро обстругал и воткнул в землю по обе стороны от костра. Третью ветку он поставил между ними и на неё повесил котелок, куда вылил жидкость из фляги.

— Что тебе рассказывали?

— Что будет жестко.

— Всё?

— Всё.

— Хорошо, — кивнул он и помешал в котелке ножом, — Я не знаю твоего имени, оно и не нужно. Моё знать тоже не обязательно. То, чем мы займемся, не подразумевает общения и дружеских отношений.

На этих словах его лицо прорезала кривая, обещающая страдания ухмылка.

— Здесь дикие земли. До ближайшего поселения несколько сотен километров. Можешь попытаться выбраться, если захочешь, но не советую.

— Почему?

— А зачем? — глянул он на меня, — Ты сюда зачем пришёл?

— Испытание пройти.

— Зачем?

— Звериную сущностью обуздать.

— Так и займись этим. Да и опасно к людям выходить. Для них опасно, — уточнил он, внимательно на меня зыркнув.

Когда жидкость внутри котелка закипела, он снял его и поставил на землю. Подождал немного и мне протянул.

— Пей до дна. Ничего, что горячее. Потерпишь.

Пить из чужих рук неизвестно что было опрометчиво, но... Я ведь сам согласился вверить себя в чужие руки. Вот и не надо тогда задавать глупых вопросов, что это за варево.

На вкус горько, обжигающе и одновременно холодяще, словно мяты пучок прожевал.

— Теперь послушай меня, парень. Это снадобье усилит все процессы внутри тебя. С каждым часом начнет давить сильнее и сильнее. Мой тебе совет — первую неделю не пытайся сдерживаться. Выпусти наружу то, что придёт.

— А поточнее? Чем заниматься то будем? — спросил я, чувствуя, как по телу побежали мурашки.