Вниз по течению-1 - Кирра Уайт

Найра сглотнула слёзы. Вдруг вспомнилось сказанное накануне Фридой: «Мне нужно тебе рассказать. Вчера ночью… Спроси об этом у Кимана. Он тоже видел. Только обязательно спроси!»

Затем в комнату вошла сестра Маргарет, и Фрида не успела ничего рассказать. Зато Киман здесь, рядом.

— Вчера Фрида хотела рассказать мне о чём-то, что вы вместе видели, — сказала Найра.

Он нахмурился, потом негромко произнёс:

— Вероятно, речь идёт об оживающих людях.

— О ком? — удивилась Найра.

Быстро оглядевшись, словно за ними могли наблюдать, Киман сказал:

— В усыпальнице лечебницы не все люди мертвы.

— Как это? — спросила она дрожащим голосом.

— Есть те, которые не живы, но и не мертвы. Они лежат, как и другие мертвецы, но их не опускают в Реку. Иногда они встают со своих мест и уходят из лечебницы. Я сам видел в трубу, как они переходят через мост в сторону Города. Потом возвращаются и ложатся на свои места в усыпальнице.

— Зачем? — выдавила Найра. В горле стало сухо и как-то тесно, будто кто-то натолкал туда прошлогодних листьев.

— Не знаю. Не так давно я пробрался в усыпальницу и пересчитал их всех. Для них отведён специальный угол справа у стены. Их семь. Четыре мужчины и три женщины.

Найре вспомнились его странные слова: в усыпальнице такой нет.

— Ты думал, кукла, которая меня сбросила…

— Она похожа на них поведением. И то, как сбросила тебя. Для обычной женщины её телосложения такое невозможно.

— Но её не было в усыпальнице, — зачем-то уточнила Найра.

— Не было. Она и пришла не со стороны лечебницы.

— Фрида тоже их видела? — Найру пробрала крупная дрожь.

Киман кивнул:

— Позавчера вечером я, как обычно, зашёл к Фриде пожелать спокойной ночи. Мы перекинулись несколькими фразами, как вдруг открылась дверь, и вошёл один из тех, четырёх мужчин. Я сразу его узнал. Фрида ничего не поняла, спросила, кто он и зачем пришёл. Мертвец будто не услышал. Дошёл до стены, врезался в неё лбом, сделал шаг назад, затем опять врезался. Он как будто не хотел верить, что она существует. Снова и снова он бился в неё, так что на его лбу появились вмятины — как будто, пергамент смяли. Притом, на лице оставалось совршенно равнодушное выражение. Фрида испугалась, стала звать на помощь. А я… стыдно вспоминать, но я был так зачарован его поведением, что сидел, как пень. Прибежала сестра Маргарет, увидела мертвеца, убежала. Потом в комнату ворвались двое стражей лечебницы. А этот всё пытался пройти сквозь стену. Снова и снова. Безмолвный, одержимый.

— И как с ним справились стражи?

— Они схватили его за руки, но мертвец отбросил их будто пушинки. Зато в это время к нему успела поскочить Маргарет. Она сорвала у него с шеи цепочку, и он сразу же рухнул на пол.

— Цепочку?! — воскликнула Найра. Конечно, это могло быть совпадением, но чутьё подсказывало, что речь идёт о той самой, которая спасла её от островного. — Она широкая, словно обруч, внутри которого бушует пламя?

— Признаться, я не разглядывал, но вроде да, цепочка была широкой. А ты откуда знаешь?

— Я находила такую в пещере, где нас с Фридой засыпало.

— Хм, в пещере, — Киман подёргал себя за бороду. — Это интересно. Значит, у них может быть несколько усыпальниц. А мёртвые там были?

— Нет, что ты! — Найра сжала в руке амулет Праматери. — Там был сундуки с беляками. И ещё один большой с неподъёмной крышкой. На нём цепочка лежала, — торопливо добавила она. Тут же подумала, что нехорошо лгать, касаясь амулета, и выпустила его.

— Где находится пещера? — спросил Киман.

— Раньше была на южном склоне. Но когда я захотела туда вернуться, она куда-то исчезла.

Спутник посмотрел не неё с недоверием.

— Иди, сам проверь! — огрызнулась Найра.

Он отвёл глаза и задумчиво произнёс:

— Верю, верю. Но это придаёт происходящему ещё большую загадочность.

— Да уж! — с чувством согласилась Найра. Тут её осенило: — Киман, а может Фриду убили из-за того, что она видела этого…

— Тогда бы и меня убили, — мрачно усмехнулся он и, помолчав, добавил: — А знаешь ли ты, что к Фриде в лечебницу приходил мужчина?

— Чего-о? — Найра повернулась к нему всем туловищем.

— Так я и думал: не знаешь, — произнёс Киман. — Я всю дорогу думал, сказать тебе или нет. Ты так уверена, что знаешь о сестре всё.

— Да, я всё о ней знаю, — Найра упёрла конец палки в землю. — Кроме меня к ней в лечебницу никто не приходил.

— А я говорю, приходил! — раздражённо перебил спутник. — Я сам его видел. Он всегда бывал в дежурство сестры Маргарет, и та пропускала его прямо в комнату Фриды.

Найра ковырнула землю, так что комки разлетелись в разные стороны.

— Ты ошибся, — заявила она.

— Нет, не ошибся. Это ты живёшь в фантазиях и не хочешь видеть того, что есть на самом деле! Фрида обманывала тебя.

Найра вскочила на ноги.

— Фрида не могла меня обманывать! — закричала она. — Ближе меня у неё никого не было! А мужчина у неё был один. Жених по имени Хадар, будь проклят он и вся его родня! Он бросил её. Когда нас засыпало в пещере, он убежал и больше ни разу не появлялся!

Она нависла над сидящим на земле Киманом, потрясая над его головой палкой.

Киман молча смотрел на неё снизу вверх, и в его глазах Найра видела то, чего не хотела видеть.

— Каким он был, тот мужчина?! — взвизгнула она.

Киман дёрнул уголком рта:

— Высокий, с чёрными волосами, красивый.

Это описание совпадало с Хадаром. Найра почувствовала, что ей не хватает воздуха.

— И часто он приходил? — спросила она, не узнавая собственного голоса.

— Не очень. Но вчера был. Обычно после его ухода она плакала, а вчера была весёлой. Даже слишком весёлой, — он помолчал и мрачно добавил: — А утром её нашли мёртвой.

— Нет, нет, нет! — Найра закрыла уши руками и стала бегать туда-сюда мимо Кимана: — Не хочу тебя слышать! Ты говоришь глупости! Ты ничего не знаешь! Мыслимо ли, чтобы к Фриде приходил мужчина?! Ха-ха-ха!

В ступню вонзилось что-то острое. Найра вскрикнула и тут же вспомнила о капканах. Но это была всего лишь иголка. Она взглянула на Кимана. Он сидел, по-прежнему привалившись к стволу дерева, из груди торчало древко стрелы. Широко открытые глаза смотрели прямо перед собой, на лице застыло удивленное и какое-то обиженное выражение.

«Мёртв!» — Найра ещё не додумала мысль, а сама уже бросилась на землю. Над головой пролетела ещё одна стрела, сбила тонкую ветку дерева и исчезла в зарослях.