Хозяйка механической мастерской - Ольга Хусаинова

Смеркалось. Эшли Крэйтон с неудовольствием заметил, как мелкие крапинки дождя упали на его лицо. Тело давно затекло, да и вообще следователю по особо важным делам не по статусу сидеть в засаде в кустах, как какому-то обычному полисмену. Но что поделаешь, если дело буквально из-под носа увел магический контроль?

Его мысли то и дело возвращались к мисс Ингриет. Не хватало только встретить ее за соседним кустом Желтого квартала. С нее бы сталось, узнав, что он задумывает, самой поучаствовать в подобной авантюре, а потом с невинным видом моргать своими ясными умными глазами, пытаясь показаться милой дурочкой. Она часто ставила его в тупик своим упорством. Что обычно делали дочери, жены, любовницы почивших мужчин? В лучшем случае плакали и просили найти и наказать виновных, в худшем – радостно вступали в права наследства, и на этом все. Аннет же требовала справедливости и ради нее не гнушалась забраться ни в морг, ни на фабрику.

А еще, несмотря на внешнюю холодность, внутри нее горел огонь и постоянно прорывался наружу то в стремительности движений, то во взгляде, то в звонком смехе. Конечно, поняв, что за ней наблюдают, она сразу выпрямляла спину и поджимала губы, но ей плохо удавалось прятать свою натуру. И этот огонь внутри нее тянул, неудержимо тянул мистера Крэйтон снова и снова искать встречи с ней, чтобы хоть чуть-чуть возле него погреться. И этот факт невероятно его бесил. Он волк-одиночка, ему не нужны отношения…

- С чего ты решил, что сегодня они снова появятся? – зябко поежившись, спросил Декстер, притаившийся рядом.

- Может и не появятся, - невозмутимо пожал плечами детектив и поднял воротник брезентового плаща выше, чтобы мерзкие капли и насекомые не лезли за шиворот.

- Тогда какого черта мы здесь сидим? – проворчал напарник. – У тебя, что, острый приступ мазохизма?

- Вон в том доме, - взглядом указал Эшли. – Тяжело больной, умрет со дня на день. Вон в том, - взгляд метнулся в противоположную сторону. – Днем умер мужчина. Кто-нибудь да за ними придет. У охотников на трупы информаторы работают еще лучше, чем у нас. Главное, не проморгай…

Декстер недовольно надвинул на лоб шляпу, засунул озябшие руки подмышки и, нахохлившись, замолчал. Они оба знали, что ворчание во внеплановое дежурство – это скорее дань традиции и маломальское развлечение.

Тьма постепенно сгустилась. Узкие кривые улочки покосившихся бараков и днем-то выглядели пугающе, а теперь и вовсе, особенно, если вспомнить, что приличного общества здесь и близко не водилось, как и уличных фонарей. Из всего освещения лишь луна да мерцающий свет свечей из окон…

Две сгорбленные тени неслышно скользили вдоль стены. Эшли ткнул товарища в бочину, чтобы тот их тоже заметил. Двигались они уверенно и быстро, словно прекрасно ориентировались в темноте, несмотря на то что за спинами, как дом улиток, возвышались огромные плетенные бельевые корзины, которые на самом деле предназначались совсем не для белья. Мужчины, оглядываясь, приблизились к тому дому, где уже точно был покойник, и ритмично постучали. Видимо, хозяева были предупреждены об их визите… Дверь почти сразу распахнулась и тусклый свет выхватил из темноты широкополые шляпы и черные тряпичные маски, закрывающие нижнюю половину лица. Охотники за трупами нырнули в нутро дома. Осталось только дождаться, когда они выйдут с добычей.

Два силуэта бесшумно прокрались к нужному дому, встали по обе стороны входной двери, а когда оттуда вышли два человека, один из которых горбился под потяжелевшей ношей, рука следователя опустилась на мужское плечо.

- Полиция Риверстерна…

Фигура под его ладонью вздрогнула, замерла на мгновенье, но уже в следующее мужчина одним движением сбросил с плеч корзину, толкнув ее в Эшли и бросился бежать. Декстер выставил вперед ногу, вовремя подставив подножку и зашипел от боли, когда об него споткнулся один, а следом и второй охотник, повалившись кубарем.

Детектив отпихнул от себя корзину с вывалившейся наружу кистью руки и кинулся на одного из охотников, прижимая его к ступенькам крыльца собственным весом. Парень был худым и жилистым, но очень сильным и вертким, как угорь. Декстер боролся со вторым и в итоге им обоим удалось заломить охотникам за трупами руки и стянуть их наручниками. Первым делом с лица их сорвали маски. Один парень совсем молодой, второй постарше, с матерым суровым взглядом.

- Мы ничего не сделали! – возмутился он.

Декстер тем временем любопытно открыл крышку корзины и заглянул внутрь. Скривился и повернулся к пойманным.

- Там труп, - приподнял он бровь.

- Мы его честно купили, это не преступление! – огрызнулся мужчина, недовольно повел плечами, пытаясь удобнее усесться на грязной земле.

- Что, даже чек есть? – глумливо поинтересовался Декстер. – Или свидетели?

Мужчины, нахохлившись, промолчали. Все знали, почему они ходили по ночам. Нет, официально их деятельность не считалась преступлением, но общественность крайне неодобрительно относилась к торговле телами даже в Желтом квартале. Поэтому родственники тотчас же открестятся от сделки, заявят, что тело похитили, пока они спали, и незадачливые торговцы мало того, что потеряют деньги и добычу, а еще и заплатят штраф в казну… Ну, и лишатся заказчика.

- Что вам от нас надо? – прямо спросил тот что постарше.

- Нам нужен заказчик тела из дома номер шесть, - также прямолинейно ответил Эшли.

Мужчина нервно фыркнул.

- Это не к нам.

- Неужели терпите конкурентов на собственной территории? – делано подивился Крэйтон.

- Да это кто-то залетный был, - скривился мужчина. – Мы ближе к полуночи ждали тело, а он в сумерки пошел, да прямиком к шестому дому. Когда мы явились, нас уже ссаной тряпкой погнали. А он как вестник смерти – только к кровати подошел, лоб ему промокнул платком, так покойник долгожданный и преставился… Везунчик…

Детективы переглянулись. Усыпил и вынес? Слухи о своевременной кончине, судя по заключению эксперта, были изрядно преувеличены. Мать покойного – уставшая изможденная женщина с синяками под глазами и стойким запахом перегара заявила им с порога, чтобы проваливали – ее сын наконец-то отмучился, а она теперь хоть немного поживет, как человек.

- Никаких догадок, кто бы это мог быть?

- Да мы несколько дней гадали, кому ноги переломать! Но нет, не местный. Или для себя воровал. Только ни до, ни после его больше не видели… Худой говорят, больно… И слабый – корзинку за собой на колесиках вез. А лица не видел никто, оно и понятно, мы своим тоже стараемся не светить особо…