По стезе Номана - Анатолий Радов

— Четыре золотых.

— Сколько?! — Лицо Линка вытянулось. — Это до чрев-ла, брат! Это… — он аж запнулся от нахлынувших чувств.

— Почему до чревла? Дешевле чем у тебя выходит. Четыре твои кирама помножь на десятицу — те же четыре золотых выйдет. Вдобавок она…

— Так ты сравнил, — перебил Линк, все еще находясь в крайнем недовольстве от озвученной мною суммы. — Твоя во, — он показал свой мизинец. — Сиськи небольшие, попка… в общем, не люблю таких. А у моей вот такие сисенции, представляешь?

Он сделал характерный жест, очертив две довольно большие полуокружности.

— А задница…

— Линк, перестань, — скривившись, перебил я.

— У-у. Молодая романтическая натура, — беззлобно поддел он и хохотнул. — «О белые айны, цветущие в сердце моем, сияете вы лучезарным любовным огнем…» Вильямо Сотиордский, известный рифмоплет, помер двести восемь лет назад, — кривляясь, проговорил он. — Не люблю этих сочинителей. Навыдумывают всякой ерунды.

— Давай лучше о магии поговорим, а? — предложил я.

— Можно и о магии, но о бабах интересней. Ладно, — он вдруг стал серьезным. — Что-то расшутился я. И что о магии?

— Какие у тебя есть заклинания? — спросил напрямую.

Грунтовка закончилась. Мы, не сговариваясь, свернули к тому месту, где произошло убийство.

— Много всяких. Тебя что-то конкретно интересует?

— «Срезни» из ветви Воды есть?

— Нет, — Линк дернул головой. — Я из стихийных больше по Земле.

— Предлагаю баш на баш, — сказал я, внимательно глядя под ноги. Мы как раз проходили по тому месту, где валялся напавший на меня мужик. Лица Линка я не видел, но знал, что он пялится туда же, куда и я.

— Чисто, — выдохнул он, а я хмыкнул.

— Так дожди ведь два дня шли.

— Точно. Великая Эри на нашей стороне, — констатировал Линк. — Так и что ты из Земли хочешь?

— Боевое какое-нибудь. Только не «кулак».

— Из стихийных он самый мощный.

— Ну менять «срезень» на «кулак» мне просто невыгодно, — сказал я и тут же почувствовал неловкость. Осознал вдруг четко — Линк же не для того, чтобы меня «нагреть», предложил «кулак».

— «Каменный дождь» устроит? Есть еще песчаный. Правда, последний только второго круга. А «каменный» третьего.

— Что за штуки? Покажешь?

— Да запросто.

Мы подсознательно двигались по тому пути, по которому тащили труп, хотя и ясно понимали — если следы и оставались, двухдневный дождь их смыл напрочь. У реки остановились, глянули в сторону течения. Краешек заходящего светила заставил прищуриться. Помолчав секунд десять, двинулись вдоль берега влево. Остановились шагов через двести. Прохладный густой полумрак быстро окутывал уставший вечерний мир.

— Давай валяй свои «срезни», — с интересом бросил Линк, усаживаясь недалеко от воды, подогнув под задницу левую ногу.

За два дня я успел подготовить к использованию второй круг этого заклинания. Изучал по ночам в палатке, возвратясь от Журбины. Два раза по пятнадцать минут — и все готово.

Вскинул руку, целясь ладонью на тот берег, немного охватило волнение, все-таки в первый раз. Но все прошло как по маслу. Образовалось облако — красиво играя в полумраке фиолетовым и синим цветами, послышалось суховатое поскрипывание снега в морозный день. Через мгновение облако разделилось пополам, половинки сгустились в красивые смертоносные диски и они стремительно понеслись над водой, со свистом рассекая воздух.

— Неплохо. Отойди с линии удара.

Я сделал несколько шагов и уселся в стороне от Линка. А он уже плел что-то из Земли. Зеленоватый шар, превращающийся в десятки камней размером с кулак. Вот они полностью сформировались и рванули вперед разъяренным осиным роем, свистя не тише чем мои «срезни».

— Нет, — сказал я секунд через десять, расстроенно цокнув языком. — У них эффективность, наверное, не очень. Что этими камешками сделаешь?

— Третий круг куски от щитов откалывает. Четвертый уже в щепки разносит. Если в лицо попасть — и насмерть прибить можно, скорость-то вон какая.

— А кроме этого и пылевого, что еще есть из Земли? Боевое.

— Ну они все по сути своей одинаковые. Разница только в радиусе поражения. «Пылевое облако», например, охватывает шагов тридцать в ширину и в глубину где-то шагов десять. От круга зависит. Глаза засоряет только так, не хуже «дождя». Противник на время ослеплен, а это тебе преимущество.

«Какие-нибудь простенькие очки вроде токарных, — пришло вдруг в голову, — и заклинание это полностью безвредным станет».

— А что-нибудь вздымающее землю есть? — Раз уж по эффективности ничего сверхмощного, то хоть пусть эффектным будет.

— Есть. «Холмы». Третий круг. Сам удар, словно стелющаяся по земле волна. Поднимает до сорока холмов высотой почти в локоть. Против гуртов слотов самое то, теряют боевой строй только так. Пока обходят. И даже когда по ним прутся — все одно строй ломается.

— Понятно. Значит, есть и обратное по своей сути заклинание? Я имею в виду что-то вроде «ям».

— Есть, — кивнул Линк. — Но показывать здесь не буду, — он улыбнулся. — А то заставят нас ночью эти «ямы» закапывать вручную.

Мы оба рассмеялись, представив себя с лопатами.

— Ладно. С тебя «ямы», а с меня «срезни». Может, и пригодятся в боях.

— Если они будут, — выдал вдруг Линк. — Наше направление самое спокойное. Там редко большие битвы происходят. Все больше незначительные стычки. Иногда бывают прорывы и на этом направлении, но очень редко. Очень редко. Так что считай, что ты уже свободен, — он посмотрел на меня многозначительным взглядом. — А вот мне риттерства, судя по всему, не видать. Я хотел в штурмовые турмы магов-всадников попасть, а они говорят — «вам нельзя, у вас провинность большая».

Мы помолчали с полминуты. Спрашивать у Линка, что за провинность, не стал, тем более догадывался из подслушанного разговора.

— Ну так что? Обмен? — бодро спросил я, поднимаясь. Пауза начинала напрягать.

— Давай, — радостно откликнулся Линк.

Мы обменялись заклинаниями. «Срезни» второго круга на «ямы». Круг тот же. Я сначала хотел попросить третьего, но потом решил, что лучше доделаю их сам. Потом как-нибудь. Чем больше работать с плетениями в режиме сборки, тем серьезней шанс разобраться в сути их структур.

Самой же сборкой заниматься при Линке все-таки не решился. Продолжил разговор:

— А из Света у тебя много плетений?

— «Луч», «сфера», «щит», «кольцо», — перечислил он. — Все четвертого круга. Я, когда в первый раз в Зыбь шел, заранее целых полгода с одним из храмовников занимался, потом здесь еще, в Шане, четвертыми кругами нагрузили. Зато в бою уверенней себя чувствуешь.