Стражи леса - Грэхем МакНилл

— Да.

— А куда ты едешь? — спросил Кьярно, догоняя Леофрика.

— В Коэт-Мару.

— Зачем? Ты же собирался вернуться к людям.

— Я и вернусь, но Владычица Озера доверила мне одно поручение, которое я поклялся исполнить.

— Поручение? — спросил Кьярно. — Какое поручение?

— Спасти Лоренский лес, — с улыбкой ответил Леофрик.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

На следующее утро в лес пришла зима, накрыв его белым хрустящим покрывалом. Стало очень холодно. Снег толстым слоем лежал на земле, и под его тяжестью ломались ветви деревьев. Атель Лорен замер, словно в нем прекратилась жизнь.

Но даже скованный льдом, лес не потерял своей волшебной красоты. С зеленых арок свисали длинные ледяные сосульки, сверкая на солнце, как драгоценные канделябры; в воздухе кружились снежинки и тихо опускались на землю, словно лепестки роз. Коэт-Мара по-прежнему дышала жизнью, только эта жизнь стала спокойной и молчаливой; обитатели леса затихли, ожидая прихода весны.

Леофрик жил среди эльфов. В его зеленом шатре, сплетенном из веток и листьев, всегда было тепло, несмотря на холод снаружи. Что его согревало — лесная магия или присутствие духов-огоньков, Леофрик не знал, но с каждым днем новое жилище нравилось ему все больше.

Эльфы по-прежнему его избегали, хотя их враждебность была уже не такой яростной, особенно после того, как стало известно о его встрече с Владычицей Озера. Как могли эльфы понять, почему эта встреча привела его в такой восторг, Леофрик не знал, но, хорошенько поразмыслив, пришел к выводу, что избрал верный путь.

Неделя проходила за неделей. Леофрик и Кьярно часто уезжали в заснеженный молчаливый лес, чтобы исследовать его тайные тропинки. Эти прогулки как-то сблизили юного эльфа и рыцаря, словно та встреча в ночном лесу помогла им найти хоть что-то общее между ними; впрочем, оба по-прежнему относились друг к другу с холодком.

Леофрик понял это, когда однажды Кьярно предложил ему поупражняться в стрельбе из лука.

— Нет, Кьярно, — ответил Леофрик. — Лук — оружие крестьян и простолюдинов, а я рыцарь, честь для меня превыше всего, и я не стану унижать себя столь низким занятием.

В глазах Кьярно сверкнул гнев, и Леофрик пожалел о своих резких словах, но мнения своего не изменил. Жиль ле Бретон, первый король Бретонии, погиб от копья; с тех пор ни один бретонский рыцарь никогда не пользовался в бою луком и стрелами и не метал копья.

Иногда к Леофрику и Кьярно присоединялась Морвхен — всегда в сопровождении Гончей Зимы, — и постепенно Леофрик начал с нетерпением ждать таких поездок, ибо это означало, что вместе с Морвхен приедет и Тифейн.

Они никогда не разговаривали, и все же Леофрик не раз ловил на себе быстрый взгляд служанки; ему очень хотелось с ней поговорить, но он боялся спугнуть их зарождающуюся дружбу, поскольку еще неизвестно, как восприняла бы Тифейн его желание поблагодарить ее за подарок.

Дело было вот в чем. Однажды утром, проснувшись, Леофрик обнаружил возле своей постели стопку чистого белья. В этом не было бы ничего необычного, если бы поверх белья не лежала великолепная куртка из желтовато-коричневой оленьей кожи и такие же штаны. Рукава куртки были украшены тончайшей вышивкой, изображающей листья и шипы, а слева на груди золотыми нитями был вышит единорог. Одежда была великолепна, к тому же пришлась ему как раз впору; ничего лучшего он еще никогда не носил.

Надев куртку и штаны под доспехи, Леофрик несказанно обрадовался: острые железные пластины и крючки больше не царапали тело. Он никому ничего не сказал, но Тифейн лукаво улыбнулась, когда увидела на нем свой подарок, и тогда Леофрик решил, что отныне в знак благодарности будет надевать этот замечательный подарок перед всеми битвами и сражениями.

Кьярно пригладил рукой свои длинные волосы; вплетенные в них бусины и драгоценные украшения зазвенели, когда он ступил под зеленую арку, ведущую в дом правителя Олдельда. Как обычно, перед входом в сияющий зал стояли воины Вечной Стражи. Созданные волшебством стены, казалось, жили сами по себе; Кьярно кожей ощущал магию духов, обитающих в них.

Не обращая внимания на веселые игры лесных духов, Кьярно шел по извилистым переходам. Сегодня он был одет с иголочки: мягкая зеленая туника с серебряным шитьем, украшенная искусной вышивкой, должна была показать, что Кьярно-бедокур умеет быть и хорошим мальчиком.

Он чувствовал на себе взгляды воинов и слуг правителя Олдельда — все они поглядывали на него настороженно. Кьярно это ужасно злило, но он держал себя в руках, стараясь думать только о прекрасном видении, посетившем их лес.

Конечно, Кьярно догадывался, кого именно он увидел тогда в лесу, но все равно это было чудо, и принижать его склоками и ссорами ему не хотелось.

Он заметил Кайрбра, но голову не поднял и прошел мимо — не время выяснять отношения с дядей. Пока он не поймет себя сам, не разберется в своих мыслях и чувствах, гнев по-прежнему будет одолевать его, а это ему сейчас вовсе не нужно.

Вскоре Кьярно вышел на тихую заснеженную поляну, по которой кругами ездил одинокий всадник. Вокруг стояла полная тишина — ни криков зверей и птиц, ни шороха ветвей, только мир, покой и одиночество.

Тэрин Ворон Бури свесился с лошади и нанес удар мечом воображаемому противнику, затем выпрямился и встал на спине лошади во весь рост. Выхватив еще один меч, он принялся наносить удары направо и налево; клинки сверкали, как серебристые стрелы. Затем златовласый эльф снова сел и одним движением коленей заставил коня двигаться по поляне зигзагами.

Кьярно, любуясь слаженной работой коня и всадника, терпеливо ждал, когда Тэрин закончит упражнения. Тэрин Ворон Бури был великолепным наездником, хотя среди Светлых Всадников были наездники и получше.

— Ты слишком отклоняешься влево, Тэрин Ворон Бури, — заметил Кьярно, когда герольд подъехал к нему. — Противник-правша легко тебя достанет.

Спрыгнув с коня, Тэрин вложил в ножны оба меча. Его разрисованная татуировкой грудь блестела от пота. Кивком поздоровавшись, Тэрин поправил на голове обруч.

— Спасибо за совет, Кьярно. Я это запомню.

— Запоминай, потому что он пригодится тебе раньше, чем ты думаешь.

Тэрин добродушно кивнул, понимая, что Кьярно пришел к нему не пикироваться, а с какой-то важной целью, поэтому, хлопнув его по плечу, Тэрин сказал:

— Чем обязан твоему визиту, друг мой? Думаю, ты пришел сюда не для того, чтобы давать мне уроки фехтования?

— А ты, разумеется, все знаешь лучше всех, а, Тэрин?

— Ты прекрасно меня понял, друг мой.

Кьярно улыбнулся.

— Спасибо. Но ты прав, я пришел сюда не для