Стальные сны - Глен Кук

Встреча с жрецами прошла неудачно. Радиша была вне себя от ярости. А брат ее выглядел угрюмым.

– На эту женщину надо найти управу, – пискнул Копченый.

Они собрались в «заговоренной» комнате, но все же кто-то, воспользовавшись суматохой, спрятался на выступе у самого потолка. Те, кто находился внизу, и не заметили, что все это время за ними следил желтый вороний глаз.

– Не уверен, – ответил Прабриндрах на реплику Копченого. – Мы много говорили. И у меня создалось впечатление, что она была искренней. Чутье подсказывает: ей следует дать свободу действий.

– Боже мой! – не удержался Копченый. - Нет!

Радиша сохраняла нейтралитет. Но недолго.

– Сегодня вечером нас чуть не вышвырнули. Они держались поразительно сплоченно. Нас спасло только то, что мы смогли воспользоваться ее силой. От нее не отделаться, Копченый.

А Прабриндрах Драх заметил:

– Мы уже схватили тигра за хвост. И ничего не поделаешь. У меня такое чувство, будто я на дне глубокой ямы, а наверху столпились люди, желающие сбросить вниз по парочке хороших булыжников.

– Она нас проглотит, – резюмировал Копченый. Он старался говорить спокойно. Паника, как он понял, только раздражает окружающих. Говоря с Прабриндрахом и Радишей, следовало действовать методом убеждения. – Она заключает союз с Душилами.

– Да их всего несколько сотен, – заметила Радиша. – Сколько людей в Стране Теней? А сколько Теней? Тут, в городе, гораздо больше жрецов, готовых в любой момент воткнуть тебе нож в спину, нежели во всем мире Душил.

– А вы перечитайте старые хроники, – предложил Копченый. – Разве поначалу Черный Отряд был многочисленным? Но прежде чем их отсюда выдворили, наши предки едва избежали Года Черепов. С подобными черными силами шутки плохи. Они способны в любом человеке пробудить дьявола. Не следует приглашать тигра в дом, чтобы он выгнал волка. И веревки, чтобы перекинуть через эту пропасть, тоже нет. Перед нами запредельное зло. Вспомните, что эта женщина сотворила вчера вечером.

Прабриндрах вздохнул:

– Я был в шоке от разрушений в роще. Господин Гупта и его предшественники трудились над ней целый век.

– Да к черту эти кусты! – Копченый все-таки потерял самообладание. – Один умер от колдовских фокусов, семерых увезли неизвестно куда, и кто знает, что с ними сталось? Тала и его парней прикончили в их же собственных храмах. Задушили.

– Сами виноваты, – сказала Радиша. – Поплатились за собственную глупость. Заметь, что остальных жрецов-гуннитов и пальцем не тронули.

– Эту банду Гапора? Скорее всего, это они подстрекали Тала, а когда тот оказался в дураках, их и след простыл.

– Может быть.

– Разве вы не видите, что она делает? Всего год назад ни одному жрецу и в голову не пришло бы совершить убийство, а теперь это в порядке вещей и никого не тревожит.

– Тала нет. По вашим словам, он был идиотом и сам виноват в том, что с ним произошло. Вы правы. Но он был одним из самых влиятельных людей в Таглиосе. Как и Джахамар Джа. Тот тоже напросился, чтобы его задушили. И со следующей жертвой будет то же самое, и все будут утверждать, что так, мол, ему и надо. И так далее, и так далее, пока наконец жертвой не окажетесь вы и Прабриндрах Драх. Никто не отрицает, что она профессионал. Допустим, что лучше нее в военных делах не разбирается никто. Может, ей и вправду ничего не стоит разбить Хозяев Теней в пух и прах. Но даже если они никогда больше не пересекут Мейн, и ни на шаг не сдвинутся на север от Дежагора, и не выиграют ни единого сражения, как только за дело возьмется она, Таглиос пропадет и поражение наше будет столь же безусловно, как если бы его не защищали вовсе.

Прабриндрах Драх хотел было что-то сказать, но Радиша опередила:

– В его словах есть доля правды. Таглиос уже никогда не будет прежним.

– То есть?

– Если мы предоставим этой женщине свободу действий, она превратит Таглиос в некое подобие Страны Теней. Такова будет цена за победу… В этом я с Копченым согласна. Хотя ты, Копченый, одержим страхом перед Душилами и грядущим Годом Черепов. Я наблюдала за нею и уверена, что никто, за исключением Костоправа, не может хоть как-то повлиять на эту женщину. Да, Копченый прав. Выхода нет. Если даем ей свободу действий – мы обречены, а нет – нас уничтожат Хозяева Теней.

– Есть еще один путь… – заикнулся было Копченый. Но что он мог сказать? Ведь он не сообщил им обо всех подробностях той встречи с посланцами Длиннотени. А теперь было слишком поздно. Если он и «вспомнит» их сейчас, ему никогда не будут больше доверять. Мало того, Радиша и ее братец могут подумать, что его неприязнь к этой женщине инспирирована врагами Таглиоса.

Черт бы побрал того сморщенного коротышку. Он предвидел эту ситуацию.

– Так какой? – требовала ответа Радиша.

– Мне пришла в голову некая мысль. Думаю, не слишком удачная. Порой чувства довлеют над разумом. Забудьте об этом. Кина вот-вот проснется. И среди нас бродит Дщерь Ночи. Мы должны заставить ее замолчать.

Прабриндрах Драх заметил:

– Так мы можем проговорить всю ночь. И никогда не придем к общему решению. Было бы лучше направить свои усилия на то, чтобы опередить жрецов.

Копченый покачал головой. Так дело не пойдет. Эта женщина будет повсюду сеять раздор и смуту, и может статься, решение найдут слишком поздно. Таков путь тьмы. Обман. Бесконечный обман.

Продолжать беседу – бессмысленно. Оставался один-единственный выход. Если его поймают, они его возненавидят. Заклеймят как предателя. Но выбора не было.

Он мог только молиться, чтобы Бог даровал ему мужество и ясный разум. Хозяева Теней сами кого хочешь надуют. Они, не колеблясь, использовали бы его, если б смогли. Надо быть осторожным в этой игре, и тогда он будет в состоянии помочь Таглиосу больше, нежели дюжина армий.

Когда брат с сестрой уходили, принц сказал:

– Копченый, я хотел спросить. С какой стати она вдруг стала давать вознаграждение за летучих мышей?