Таня Гроттер и колодец Посейдона - Дмитрий Емец

Затем дядя Герман захлопнул дверь и занялсяоборотнем, который как полоумный бегал по коридору и выл. Наконец, зажатый вугол между дверью ванной и антикварной подставкой для зонтиков, где наряду сзонтиками Дурнев хранил спиннинги, а тетя Нинель ракетку для большого тенниса,оборотень послушно перекувырнулся через нож и остался сидеть на полу уже вчеловеческом обличии.

– Дягилев, друг мой! Иди купи намчто-нибудь на тему шоколада! Выпьем чаю! – сказал он плаксиво.

Дядя Герман переглянулся с тетей Нинель,выглянувшей в коридор в необъятном японском халате, в котором заблудилась быдюжина гейш.

– А потом? – спросил Дурнев.

– Потом пойдем в пиццерию и возьмем пиццыс пивом… Погуляем, а там вернемся домой и пообедаем, – бойко сказалХалявий и попытался исполнить на полу балетное па, однако сделал это такнеаккуратно, что ударился лбом о дверь.

Должно быть, это основательно потрясло егомозги, потому что его внутренняя шарманка моментально перестроилась на инойлад.

– Ты кто такой? А, неважно! Стража,казнить! Это говорю вам я, император Калигула! – взревел он, ткнув пальцемв грудь Дурнева.

– Халявий! – укоризненно сказалатетя Нинель. – Очнись!

– Халявий? Кто это? И его казнить! –капризно приказал оборотень.

В следующие полчаса Халявий ухитрилсяперебывать и машинкой для наклеивания этикеток, и царем Мидасом, и даже кипящимчайником. Это оказалось самым забавным его воплощением: минут пять Халявийподпрыгивал и, сидя на корточках, булькал губами, а затем с верблюжьейметкостью плюнул в таксу. Наконец оборотня удалось вернуть в рамки начальнойличности.

Тетя Нинель с облегчением вздохнула и унесла вкомнату Энциклопедический словарь, которым она то и дело несильно вразумлялаХалявия по макушке. Доверять такое ответственное дело председателю В.А.М.П.И.Р.она не решилась: тот сгоряча вытряс бы у оборотня все мозги.

– Трансильвания – кошмарная страна!Чихать я хотел на такую истерическую родину ! – заявил он плаксиво и, необнаружив поблизости родины, демонстративно чихнул на дядю Германа. – Тамв Трансильвании одни висельники, вампиры и прочие гады! Ворье позорное,кровососы! Они терзают мне душу своими пошлыми рожами и низкимиинстинктами! – добавил он.

– А тут что, нет ворья?

– Братик, тут есть ты, и этим всесказано! Не заставляй меня говорить тебе комплименты! Я краснею! – сказалХалявий, пытаясь зарыться лицом в складки халата тети Нинель.

Дурнева бесцеремонно оттолкнула его.

– Кончай устраивать представление! Всебилеты в цирк проданы!.. Что ты узнал? Мы не можем связаться с Пипой!

– С вашей Пипенцией толькосвяжись, – парировал Халявий. – Ладно, мамуля, не надо брутальности!Вы все узнаете, только по порядку. В моей голове так много беспорядка, что хотькакой-то порядок в рассказе строго необходим. Первым делом в Трансильвании янавестил своего знакомого трактирщика.

– Я так и поняла. Не дыши на меня!

Халявий хикикнул.

– Я был вынужден, мамуля! Было бы страннозайти в трактир, встретить товарища и не выпить с ним стаканчик-другой.Трансильвания – страна, где каждый подозревает каждого. Везде цепныепсы-волкодавы. Собаки ростом с телят! На губах клочья пены, на вампиров иоборотней нюх! И не залает – сразу в глотку вцепится. Оно, конечно, и наши несахар, да только эта мнительность ни в какие ворота уже не лезет! У каждогонаготове осиновый кол! Пули все серебряные. В лесах – в самом буреломе –непременно какой-нибудь вампироборец поставит крест. Приляжешь днем отлежаться,глаз не сомкнешь, всю душу вывернет. Ни сна, ни отдыха… Дитенка бывало какогоподкараулишь, весь день в засаде просидишь – а он тебе – раз! – святойводой из пузырька в самую морду! Кошмарная жизнь!

– Что ты узнал? – нетерпеливоперебил его дядя Герман.

– О, вампиры в большом волнении! Слуховходит тьма, хотя в точности никому ничего не известно! Поговаривают, что отецвсех вампиров Гермонт Дурень поведет их войной на школу магии по какому-топодземному подкопу. Якобы всех магов он уже переморил крысиным ядом, так чтобитва будет короткой.

– Гермонт Дурень? Это еще кто? –вскипел бывший депутат.

– Не обижайся, братик!.. Это они имя твоетак перекроили. Ты у них национальный герой!.. Простые вампиры в тебе души нечают! Говорят: Дракула был тиран, а этот истинный благодетель! Никого неказнит, не свирепствует! Донорской крови в Трансильвании хоть упейся. Некоторыедо того насосутся, новые гробы себе заказывают – потому как в старый никак невлезть… Не поверишь, братик, на каждом вампирском кладбище на каждом третьемнадгробии непременно твоя фотография!.. А все отчего – от любви!

Дядя Герман поежился. Он предпочел бы другиепроявления популярности.

– А уж мамулю нашу они как любят! И вбронзе ее выпускают, и в резине! Почитай что в каждом гробике ее фотокарточка…Полнокровная женщина – мечта вампира. Век мне бифштексов не есть и сманекенщицами на «американских горках» не кататься, ежели соврал, –продолжал умиляться пьяненький Халявий.

Тетя Нинель встряхнула его за ворот стольэнергично, что голова оборотня мотнулась вначале вперед, а затем назад.

– Что еще ты узнал, кроме бредовойистории про подкоп?

Халявий подхалимски заморгал.

– Ясно, что бред, мамуля! Сразу послетрактира я пополз… кгхм… направился в резиденцию Малюты Скуратоффа и заснул…ик… занял наблюдательную позицию в лопухах под окнами. Я немного вздремнул ипроснулся около полуночи от скрипа ступеней и стука. Я увидел двух вампиров вкрасных плащах, которые поднимались на крыльцо. Это вроде как высшая вампирскаязнать, так называемые первовампиры. Таких даже в Трансильвании дюжины две, небольше.

– Первовампиры? – подозрительнопереспросил дядя Герман.

– Ну да! Ты что, не знал, братик? –удивился Халявий. – Каждый, кого укусит вампир, сам становится вампиром.Но при этом его силы менее значительны, чем у того, кто его укусил, и он на всюжизнь попадает к нему в подчинение! Укушенный кусает следующего, тот ещекого-то, и возникает целая пирамида все более и более слабых вампиров,повинующаяся тому, первому! То бишь первовампиру!

– Логично. А кто тогда укусил первовампира? –задумавшись, спросил дядя Герман.

– Братик, ты что, не понимаешь? Все жеясно! Первовампиров почтил своим укусом сам великий граф, завещавший тебе,братик, свой шампур и свои валенки. Ик!.. Малюта Скуратофф тоже первовампир.

– А Бум?