Парадокс параллельных прямых. Книга первая - Татьяна Вильданова

– Да. Солдату, который нас увидел, я, что называется, отвела глаза. Когда он смотрел на нас, то думал, что видит пустое место.

– Ясно…

Конечно, всё это звучало просто невероятно. Но, после того, как сквозь него протащили город, Доре мог уже поверить и не такому. Далеко не такому! В конце концов, ещё сто лет назад Дюма описывал что-то похожее. Врал, конечно, но…

– Значит, вы можете перенести нас отсюда?

– Нет.

– Почему?

– Мне трудно объяснить, – опять заволновалась Этьена, – но сейчас я не могу.

«Если вообще ещё когда-нибудь смогу… Как же я сразу не вспомнила! Как же!.. Я же должна была сразу…»

– Ладно, не переживайте, – видя, как затряслись губы, попытался успокоить её Доре, – немцы нас больше не достанут, а на поверхность я вас всё равно выведу.

«Я забыла про элементарные правила техники безопасности! Надо было сразу свернуть канал! А теперь… Что же теперь делать?!»

– Устали? – по-своему истолковал её волнение Доре, – если хотите, мы можем отдохнуть. Путь неблизкий, а засветло нам на поверхности лучше не показываться…

– Нет! Надо выбираться отсюда и как можно быстрее.

– Послушайте, это неразумно, – попытался урезонить её мужчина, – идти достаточно далеко…

– Нет. Поймите! – вцепилась в его рукав Этьена, – дело во мне. Именно мне необходимо как можно скорее выбраться отсюда. У меня есть очень серьезные причины, – голос начал предательски срываться, – очень!..

– Хорошо, – он накинул на плечо ремень сумки и встал, вместе с собой поднимая и её, – Тогда не будем терять время.

3

Не доходя до первого завала, Жан свернул в боковой тоннель.

– Эти коридоры все идут в одном направлении, – внимательно оглядев стены, пояснил он, – здесь мы сможем обойти обрушенный участок, а потом воспользоваться сквозной штольней и вернуться на основную дорогу…

– А если…

– Нет, – правильно оценив взгляд, брошенный ею на свод туннеля, поспешил успокоить мужчина, – потолки здесь крепкие… Пошли?

– Да.

– Эти катакомбы, – стараясь скоротать время, принялся объяснять Доре, – похлеще муравейника. Здесь повсюду коридоры, ходы, лестницы… Говорят, что эта часть – самая древняя. Возможно, – поднял фонарь, осветив сухие выветренные стены, – здесь ещё римляне брали камень для строительства….

Этьена задержалась у стены, молча провела пальцем по известняку, растерла между пальцами мягкую серую крошку.

– Под нами – тоже ходы… и над нами… Когда мы пытались составить карту, то сначала стали наносить все уровни сразу… ну, и запутались… потом попытались рисовать разные уровни разным цветом… и опять запутались… – Жан замедлил шаг, повел фонарем вдоль стены.

– И что же? – напомнила Этьена.

– Что?

– С картой… Так и бросили?

– Да… – ища глазами метку, он ещё раз осветил стену, – нет, – найдя черную кособокую звезду, он незаметно перевел дух, выпрямился и решительно зашагал дальше, – мы отметили точку отсчета и от неё стали рисовать каждый этаж на отдельном листе. Самый верхний – красным, потом зеленым, желтым… При необходимости листы можно было наложить друг на друга.

– Стереоскопическая проекция? – заинтересовалась Этьена.

В стене открылась узкая щель.

– Вот! – облегченно выдохнул Доре, – по нему мы выйдем на старую дорогу, только уже после завала. Здесь всего-то метров десять… ну, может чуть больше…

– Это?! – недоверчиво прищурившись, девушка мысленно оценила размер щели, затем скользнула глазами по фигуре мужчины и отрицательно покачала головой.

– Н-да… – старательно обходя взглядом её лицо, обескуражено протянул Доре, – раньше она казалась значительно шире…

– Вы здесь не пройдете.

– Раньше проходил…

– Когда?

Вместо ответа он развернулся и попытался богом втиснуться внутрь щели.

– Пожалуй, я смогу тут пролезть, – Доре вывинтился обратно, скинул плащ и пиджак, прикрутил их к сумке.

– Нет, – испуганно вцепилась в сумку Этьена, – вы не сможете двигаться в таком положении!

– Смогу, – Жан успокаивающе похлопал её по руке, – не волнуйтесь. Здесь не так уж и далеко.

– А если щель станет ещё уже?

– Не станет.

В танцующем свете свечи ей вдруг показалось, что зазубренные края отверстия дрогнули, качнулись навстречу друг другу. Ухо уловило едва слышный хруст камня, вздох…

– Эй! – видя, как округляются её глаза, Жан встряхнул девушку за руку, – алло!

Этьена с трудом отвела взгляд от стены и уставилась ему в шею.

– Вам кто-нибудь говорил, что у вас просто сногсшибательные глаза? – как можно беспечней поинтересовался Доре, – если ваши глаза снять крупным планом… Вы никогда не пробовали сходить на кинопробы? Если бы я был режиссером, я бы вас сразу взял. На фоне ваших глаз Грета Габро слепа как грот. Если когда-нибудь вы всё-таки надумаете податься в кино, то можете смело рассчитывать на меня…

Этьена сжала губы, зажмурилась и, наконец-то, отпустила сумку.

– Извините, – сразу посерьезнел Доре, – я не хотел вас обидеть.

«Он считает меня неумной истеричной трусихой, – от обиды на ресницах повисли слезы, – я и есть… истеричная трусливая дура».

– Да… я… – севшим голосом пробормотала Этьена.

«Ты ещё здесь в обморок хлопнись!»

Злость на себя смыла последние следы паники. Не замечая, что непроизвольно копирует стойку солдата перед своим командиром, она выпрямилась, вскинула голову и четко произнесла:

– Благодарю. Вы были абсолютно правы.

«Ехидна», – чувствуя себя, как голый на морозе, он неловко встряхнул сумку, отчего брошенный на неё плащ соскользнул на пол.

Жан стремительно нагнулся, Этьена – следом. Одновременно они подхватили плащ, поднялись и…. легко, словно во сне, или в полете, качнулись навстречу друг другу.

– Не бойся, я выведу тебя отсюда… – почти губы в губы прошептал мужчина.

– Да, – также беззвучно прошелестела женщина, из последних сил цепляясь пальцами за спасительный плащ, не замечая, что в предчувствии поцелуя у неё предательски подгибаются колени.

В ноздрях защипало. Этьена коротко вздохнула, сморщилась и чихнула. Втянула в себя воздух и чихнула ещё раз.

– Черт!

Мужчина метнулся вниз, сдернул рукав плаща с фонаря, прихлопнул тлеющий край ладонью.

«Что я только себе вообразила?! – так внезапно оставшись одна, она выпутала ладонь из складок плаща и прижала к горлу, – ещё немного и полезла бы к нему, как… та… змея!»