Век святого Скиминока - Андрей Белянин

– Кто там?

– Это мы, суккубы! А лорд Скиминок дома?

– Нет меня, я покинул Россию. Мои девочки ходят в соплях… Загляните послезавтра, лучше в обед, на Петровку, 38, и спросите майора Пронина. Он даст вам исчерпывающую информацию о местонахождении товарища Юстаса. Пароль, явка, горячий утюг на балконе, стучать в бемоле, откроет пожилая немка. Это и буду я.

– А сейчас точно не вы?

– Не я! Я буду послезавтра, как договорились, мой секретарь запишет вас на прием. До свидания.

Голоса за дверями смолкли. Послышались неуверенные удаляющиеся шаги. Я шумно выдохнул. Пронесло… Не каждый раз мне попадается столь доверчивая нечисть, везет же порой. Мои ребята на цыпочках подошли поближе.

– Ушли? – свистящим шепотом поинтересовались все трое.

– Вроде да. А чего вы, собственно, так мнетесь? Говорите в полный голос, не бойтесь. Суккубы – они соображалкой не блещут. Им есть чем блеснуть и кроме энциклопедических знаний или математического склада ума. Но двери вы заперли надежно, молодцы.

– Странно, – заметила Луна. – Ведь Жигало утверждал, что горожане нас даже зауважали и честные суккубы не выйдут нас искать.

– Значит, это были нечестные, – заключили супруги. – Честность и порядочность здесь не в цене. Может быть, мы зря отдали вымогателю все деньги?

– Тот факт, что мы находимся в городе, полном суккубов, наводит меня на грустные размышления. Мы только-только спровадили трех сексуальных демонов. Вряд ли их было больше… Они могли и не знать, что на нас наложен мораторий, в смысле – сезон охоты на Скиминоков еще не открыт. Получается, что дедушка поступил с нами по совести…

В тот же миг раздались голоса, и на бедную дверь обрушился новый град ударов.

– Открывайте сейчас же!

– Никого нет дома! – дружно ответили храбрые мы, но на этот раз нам не поверили.

– Опять обман! Там они! Второй раз надуть хотят. Открывайте, а то дверь сломаем!

– Ломать – не делать, душа не болит! – язвительно влезла Лия. – Сказано же: «Нет нас!» Идите по ветерку…

– А я говорю, там они! – взвился за дверью знакомый старческий голос. – Возьмите их всех! Будут знать, как отнимать последние деньги у честного пенсионера, доживающего последние дни…

Дверь тряслась, но держалась, баррикада была надежной. Через полчаса нападающие устали и удалились для обсуждения нового плана действий. Воспользовавшись передышкой, я взялся за Бульдозера с супругой.

– Ну?!

– Да мы что… Ничего… просто… дело-то житейское… она и говорит, зачем ему деньги?.. Ну я… куда ж денешься? Но, ей-богу, милорд, он первый начал!

– Лия!

– Лорд Скиминок, я девушка честная, замужняя, мне об хозяйстве думать надо. Вы хоть раз поинтересовались, сколько он ест? Вы знаете, какие бешеные деньги вылетают на прокорм такого Бульдозера? Отдать три золотых – значит обречь его на голодную смерть, а меня на вечные муки совести. Вы этого хотите, да? Нет, вы скажите, милорд, этого? Да?!

– Значит, вы отобрали у него деньги… – Устало опустившись на табурет, я горестно приложился щекой к Мечу Без Имени. Ну что мне с ними делать? Поубивать только… иначе все равно не перевоспитаешь. – Справились, да?

– Все было совсем не так, – быстренько затараторила Лия, присев рядом со мной на корточки и по-собачьи заглядывая в глаза. – Я пошла проводить дедушку до выхода. Надо же заботиться о пожилых людях? Там лестница крутая, мало ли что… А он вдруг возьми и начни делать мне непристойные предложения! Мол, поедемте в номера, посидим, а еще у меня тут квартирка рядом, деньги теперь есть, если будешь умницей – глядишь, чего и заработаешь. Я даже рта не успела раскрыть для гневной отповеди, как рядом с нами вдруг оказался Жан…

– Милорд, он уже вовсю ее начал обнимать! – вдохновенно включился в эпопею трусливый рыцарь. – Естественно, я как дворянин, как наследник знатного рода, как оруженосец великого ландграфа и как муж, наконец… Я не мог этого стерпеть! Поднял сморчка за ногу, потряс хорошенько и отнес во двор. Бить я его не стал, рассыплется еще, но в лужу положил. Именно положил, а не бросил. Я ведь не зверь какой…

– А возвращаясь, мы вдруг неожиданно увидели у самой двери в вашу комнату три золотые монеты! Вот, думаем, счастье привалило… Нам и в голову не пришло, что это дедушка Жигало уронил, – елейными голосками докончили оба.

О, мать моя женщина! Ведь врут безбожно… Стараются как могут, но выходит хуже, чем в любительском театре Дворца пионеров. Научить их, что ли? В жизни пригодится… Додумать не удалось, к нам вновь забарабанили в дверь:

– Мы тут посовещались и решили: если через десять минут вы не откроете, то мы возьмем да и подожжем всю харчевню!

– Может быть, попытаться уйти по крышам?

– Вряд ли. Они наверняка окружили все здание.

– Значит, опять – бой?

– В каком-то смысле да. Очередной последний бой, так сказать… Но я не умею воевать с женщинами. Сколько помню, не считая старых ведьм из Тихого Пристанища, я поднимал Меч лишь против призрака мадам Гнойленберг. Даже кастратку на самом деле убила Вероника. Я не могу.

– Любимый, ты уж реши сразу, – неожиданно резко вспылила Луна, – либо я, либо они. Если ты не будешь драться с суккубами, то они убьют и тебя, и меня, и Лию с Жаном. Если ты меня действительно любишь, то придется тебе попробовать убивать этих демонов, чтобы спасти всех нас. Только, пожалуйста, думай побыстрее…

– Мне так и не дали побриться! – с глубокой грустью в голосе ответил я. Мои спутники несколько обалдели. Потом наемница нежно прижала мою голову к своей груди и жалобно запричитала:

– Сладкий мой, хороший мой, переутомился, бедняжка…

Лия с Жаном сочувственно засопели, а у меня в мозгу билась надоедливая мысль о том, что во всем городе почему-то нет ни одного зеркала и несчастному ландграфу даже побриться перед смертью не дают. Опять же, если умирать в нежных ручках суккубов, то с моей стороны принимать любовь дамы (пусть высасывающей жизнь) в колючем виде – это слишком неэстетично!

– Бульдозер, почему нигде нет зеркал?

– Не знаю, милорд. Может быть, мы их просто не замечали?

– Лия, где зеркала в этом городе?

– Я так думаю, лорд Скиминок, что они здесь никому не нужны. Днем горожанам и других дел хватает, кроме как на свое отражение любоваться. А ночью им это вообще без надобности, они и так неотразимы.

– Луна?..

– Я поняла, любимый. Суккубы почему-то не могут видеть себя в зеркале. Возможно, для них это вид отвращающего колдовства. Может быть, они умирают от этого, может, болеют, может, покрываются сыпью или навсегда теряют магическую силу…

– Есть только один способ проверить. Оруженосец! Ты говорил, что в нашей комнате вставили новые стекла?