Огненный шторм - Дмитрий Янковский

Суворов помолчал.

– Но ты, конечно, молодец. Твои действия наверняка попадут на страницы учебников «бессмертных». Кстати, медики говорят, что ты дрался против броффов уже в бессознательном состоянии. Это правда?

– Да. Последнее, что я помню, – молния, которой я разнес голову королеве.

– Ну вот. Орден тебе за это положен.

– Да у меня скоро уже «Двуглавых орлов» девать будет некуда, – весело отмахнулся я.

– А чего ты решил, что сразу «Орла» тебе дадим? Разогнался! – в тон мне ответил Суворов. – Кстати, ты не догадываешься, где мы сейчас?

– Зависит от того, сколько прошло времени.

– Ну, сейчас 9:20.

– Ну, тогда, скорее всего, на орбите Кэора.

– Ой, – я заметил, как смутился Суворов. – Игорь, ты извини, я не подумал. Сейчас 9:20 17 июля.

17 июля! Я провалялся без сознания более суток. Ничего себе ранения!

– Ну, тогда Лунная база.

– Верно.

И как будто в подтверждение его слов вошел боец с серебристым диском – отличительным знаком персонала Лунной базы – в петлице.

– Товарищ Президент, вас срочно вызывают на экстренное заседание Военного Совета.

– Ну, извини, Игорь, дела. – Суворов поднялся и быстро вышел.

Игрищев тоже собирался уходить.

– Куда тебя направляют? – спросил я.

– Еще не знаю. Я просил Президента оставить меня здесь, пока вы придете в сознание. Теперь все, полечу, куда направят. А может, и не направят. От моей роты осталось четверо, включая меня. Скорее всего, оставят ждать пополнения.

– Ну, как бы там ни было, удачи тебе!

– И вам, товарищ маршал.

Сержант вышел. Но я недолго оставался в одиночестве. Дверь отъехала в сторону, и в палату вошла Игнатьева в сопровождении Кошкина.

– Каким ветром, бойцы?

– Да так, случайно зашли, – улыбнулась Игнатьева. – Шепнул кто-то, что тут недалеко легендарный маршал отдыхает. Дай, думаю, заглянем.

– Ну, что ж, присаживайтесь, коль заглянули, – расхохотался я.

– Мы ведь теперь безработные, товарищ маршал, вот и сидим тут без дела, – Кошкин посмотрел на меня. – Эскадру мою разбили, а вместе с ней и Катин корабль.

Он уже называет ее по имени. Близко познакомились!

– Ну, тогда поведайте мне об обстановке. Что творится на фронтах?

– Да много чего творится, товарищ маршал. То, что произошло на Кэоре, можно считать нашей победой. Как оказалось, гэлеронды на третью планету перебросили все свои войска. И мы их разбили. Как организованная военная сила, они перестали существовать. Эдорианцы, тердорианцы, цейколианцы, вирогорцы и арвасы уничтожены быстрыми ударами объединенных эскадр. Войну продолжают только вситы и броффы. Антифедеральный Альянс фактически уничтожен, поскольку они дерутся изолированно друг от друга. Космофлот противника разгромлен коммуникации нарушены. Так что война почти выиграна. За два дня, представляете?

– Ты думаешь, вситы и броффы сдадутся? У вситов в распоряжении сорок две планеты, у броффов пятьдесят семь. Нам противостоит почти сотня планет. Конечно, их силы ослаблены тем, что они отрезаны друг от друга. Но несколько месяцев напряженных боев нам обеспечены.

– Но все равно, это потрясающе. Мы разгромили основные силы за два дня! – Кошкин поддержал Игнатьеву.

– А наши потери? Три пятых армии. А сколько уничтоженной техники! Я думаю, это войдет в историю как самое быстро уничтожение армии Федерации. Хотя, конечно, никто не мог предугадать этого. И мы, и Альянс ставили все на первую битву. Мы выиграли много и много потеряли. А Альянс только потерял.

– Да что они себе позволяют?! – вдруг за дверью раздался голос Свердлова. Дверь отъехала в сторону, и вошел Президент в сопровождении генерала. – Они хоть понимают, что это означает?

Суворов не ответил. По лицу было видно, что произошло что-то ужасное. Его глаза встретились с моими.

– Они… – тихо проговорил Президент, – уничтожили Хагеворн-2 аннигиляционными бомбами.

То, чего мы больше всего опасались, началось. Война с применением аннигиляционного оружия. Оружия чудовищной силы. И эта планета наверняка была уничтожена в считаные минуты. Миллиарды мужчин, женщин и детей сгорели в вихре энергии невероятной мощи, которая высвободилась, когда аннигиляционные бомбы с антиматерией столкнулись с атмосферой планеты. А потом бомбы стали падать на поверхность. Горело все: воздух, земля, вода. Это, вероятно, было ужасней, чем Второй удар во время Третьей мировой войны на Земле.

– Целая планета, представляешь? – Суворов говорил медленно, пытаясь собраться с мыслями.

– А остальные?

– Они атаковали и другие системы. Некоторые планеты получили несколько попаданий, но только Хагеворн уничтожен полностью.

– И главное – непонятно, на что они надеются? – вмешался Свердлов. – Ну еще можно понять фобосианцев. Мы не знаем, где их планета. Но остальные! Так ведь и флот свой отправили на верную гибель. Ни один корабль из тех, что сбрасывал бомбы, не ушел.

– Итак, мы ответим? – задал я чисто риторический вопрос.

– Хагеворн точно уничтожен? – вдруг спросила Игнатьева. Только сейчас я заметил в ее глазах слезы.

– Да. Нет никаких сомнений. Уничтожение зафиксировано сотнями видеокамер…

Внезапно Игнатьева вскочила и вылетела из комнаты.

– Вся ее семья жила на Хагеворне-2, – пояснил нам Кошкин и вышел вслед за девушкой.

– Чего мы ждем? – Я отлепил присоски медблока и сел на кровати. – Нужно срочно ударить по ним всем, что у нас есть. Возмездие Земли страшно тем, что оно неотвратимо.

– Да, ты прав. Надеюсь, ты не забыл, что нужно для такого приказа?

– Согласие командующего стратегическими силами Федерации, а также твое и мое.

– Верно. Это формальность. Но ты сам знаешь, что такое разблокировка систем управления стратегическими силами.

10:49:25

За прошедшее время я успел переодеться в маршальскую форму. То, что нам предстояло, не было простой формальностью. Это было традицией. Стратегические силы – носители аннигиляционного оружия – были главным козырем политики Федерации. В них заключалась огромная сила. Само по себе аннигиляционное оружие, основанное на принципе взаимопоглощения материи и антиматерии с выбросом огромного количества энергии, обладает невероятной мощью. А отличные носители этого оружия способны не просто сбросить бомбу на планету, а доставить ее туда, где она нанесет максимальный урон врагу. Сейчас стратегическими силами командовал генерал-майор Геннадий Паршков. Для перевода этих войск в боевое положение требовалось провести операцию разблокировки при участии Президента, командующего стратегическими силами и маршала федеральных войск.