Глаз дракона - Сергей Костин

— Эй, ты, рептилия, — я поднял брови, в знак того, что уже сыт по горло пустыми разговорами, — давай ближе к делу. Солнце скоро сядет совсем и врядли нам дадут поболтать без помех.

— Ты хочешь узнать, почему ты здесь, — просто уточнил мой собеседник. — Хорошо. Твоя история интересна. Слушай.

Дракон старательно прокашлялся, словно в его металлическом теле было чему кашлять, и, непринужденно прохаживаясь передо мной с видом школьного учителя, начал свой рассказ.

— Как тебе должно быть известно, многоуважаемый варркан Файон, вся наша Вселенная состоит из бесконечного числа взаимосвязанных и взаимозаменяемых вселенных. Каждая из которых может при необходимости и при стечении некоторых обстоятельств накладываться друг на друга в определенных резонансных точках, создаваемых динамизированными воздействиями некоторых аспектов Вселенной…

Дракон подозрительно посмотрел на меня и, понизив голос, спросил:

— Ты все понимаешь?

— Что я — тупица?

Честно говоря, из всего сказанного я не понял совершенно ничего. Но я боялся, что мое незнание этих, с позволения сказать, истин лишь заставит Дракона рассказывать о них подробнее. Чего мне совершенно не хотелось.

Я старательно делал вид, что все, сказанное мне, понятно, как букварь, и от разоблачения меня спасало только то, что Дракон не наблюдал за моим лицом, на котором, словно в тетрадке, было написано, какая для меня все это чушь.

— Так вот, — продолжал Дракон уверенным тоном, очевидно, ему самому нравился свой голос, — в каждом мире существует существо, в нашем случае это человек, который имеет своего двойника, что наряду с сознанием и волей предполагает еще какое-то активное начало…

Дракона понесло. Он начал сыпать такими словами и терминами, понять которые можно было только окончив что-нибудь вроде Кембриджа или, на худой конец, университет имени Патриса Лумумбы. А так как я никаких университетов, к сожалению, не кончал, то просто-напросто перестал слушать этого металлического зануду, думающего, что у всех такая же вместительная башка, как у него.

Но после того как в речи Дракона стали то и дело проскальзывать восьмизначные цифры, мне стало совсем нехорошо. Поэтому я его и прервал:

— Дракон!

— … панткаль Цадгриеля после запятой в пятом… что?

Я терпеливо дождался, пока поток слов иссяк и наступила тишина, при которой можно будет говорить.

Глаза, а точнее, шлем Дракона повернулся ко мне.

— Что ты сказал?

— Дракон! — начал я как можно осторожнее, чтобы не обидеть это, в общем, милое создание.

— Я, конечно, понимаю, что все это жутко интересно и очень любопытно, но…

Ну что я мог ему сказать? Конечно, я сказал то, что думал:

— Мне твои пенктали после запятой в пятом вообще до фени. Я хочу просто знать, кто такой этот дьявол, и почему он скрывается под моим именем. И все.

Дракон тяжело вздохнул. Видимо, за время пребывания в образе камня ему не часто попадались слушатели. Но я был не тот, с кем он мог наговориться досыта.

— Ну так что, Дракон? Только попроще, без всяких там пятых знаков после запятой, ладно? Кто этот дьявол?

Ответ оказался слишком неожиданным, и поэтому даже мое натренированное тело варркана вздрогнуло.

— Это — ты сам!