Между мирами - Екатерина Егорова

— Круто, — оценила я.

— Спасибо, — кивнул Люк, пропуская меня вперед, — проходи. Что-нибудь выпьешь? Вино, виски, шампанское?

— Я не пью, забыл? Просто кофе, — ответила я, продолжая осматриваться по сторонам.

— С молоком и сахаром, верно?

Я кивнула.

— Присаживайся пока, — Люк перешел в другую часть комнаты, туда, где предположительно находилась кухня, но за перегородкой ее видно не было.

Я опустилась на мягкий диван. На журнальном столике лежало несколько последних номеров мужских журналов. Нет, не "Playboy", а в роде "Men`s Health", только местного издательства и с другим названием. В этом мире практически ничего американского не было. Встречались отдельные бутики, в которых можно было найти продукты, фильмы и музыку родного происхождения, но в основном спросом пользовались именно неизвестные мне фирмы.

Люк опустился на диван рядом со мной и протянул кружку.

— Осторожно, горячо, — предупредил он, и я поспешила опустить напиток на салфетку.

— Ну, рассказывай, — начала я, — как ты тут устроился?

— Как видишь, неплохо. Лучше, чем в Америке, здесь хоть ценят мои таланты, но вот род занятий не изменился.

— Я так и поняла, все тот же контроль территорий.

— Здесь все гораздо сложнее, — возразил Люк, — мне приходится еще выслеживать самых опасных уродов и те кучки, которые они организовывают, банды. То, чем ты занималась сегодня, можно назвать хобби, — Люк улыбнулся и откинулся на спинку дивана, — ну, а ты где приткнулась?

— Филиал ОБГ в Мисьенре, — ответила я, делая небольшой глоток кофе, — так что мы с тобой вроде как напарники.

— Много у вас там проблем, в Мисьенре?

— Случаются. Демоны сбегают из "отрезвителя", — так я называла корпус, где демонам вправляют мозги на место и проводят над ними опыты, — приходится их ловить по всему городу. Мелкие происшествия тоже случаются, ничего необычного.

Люк кивнул. Разговоры о работе не вызывали особого интереса у нас обоих.

— Какие у тебя отношения с жителями? Друзья, досуг?

— Там я вроде местной знаменитости, — усмехнулась я, — никогда бы не подумала, что стану популярной за то, чего не делала. До людей еще не дошли слухи моего последнего провала, они продолжают видеть во мне спасительницу человечества.

— Наверно, это весело.

— Да нет, быстро надоедает. Друзья остались в Хьемьенге, а на досуг и так времени не было. Вообще старалась оставаться незамеченной, даже волосы красила одно время. Какие у тебя еще новости? Девушки, небось, часто заходят?

— Случается иногда, — ответил Люк, — но работы уж очень много, планирую взять отпуск недели на две.

Наш разговор напоминал переписку давно не общавшихся друзей, потерявших все общие интересы, в стиле "Привет — как дела — что делаешь".

— Тебе не нужно возвращаться в переулок? — спросила я после недолгого напряженного молчания.

— Нет, без меня справятся.

Еще несколько минут молчания. Я стала чувствовать себя незваным гостем. Ну, вообще-то, я таким и являлась, глупо было ожидать радужный прием после моего побега и внезапного возвращения через год. Таких во дворе мальчишки называют "кидалово".

— Можешь остаться у меня, — по-джентельменски предложил Люк. Я бы с радостью провела в роскошных условиях хотя бы одну ночь, но, боюсь, не выдержала бы возникшего между нами напряжения.

Я посмотрела на Люка. Сказать, что он за год возмужал или особо изменился, нельзя, но вот усталость и усердная работа сделали свое злое дело — Люку срочно требовался отдых, он заметно похудел, около глаз рождались преждевременные морщинки.

— Еще кофе? — предложил Люк, показывая на мою пустую кружку.

— Да, пожалуйста.

Парень поднялся с дивана с кружками в руках и скрылся за перегородкой.

Да, да, мне было очень и очень стыдно, но рука сама потянулась к журналам, я не смогла ее остановить! Между страницами одного из них я нащупала клочок бумаги и вытащила его наружу.

Стыдно, как же мне стыдно. На самом деле, нет, я от природы чересчур любопытная. Особенно если это "не мое дело" касалось Люка.

Я развернула листок. Знакомый почерк резанул по глазам. Нескольких слов было достаточно, чтобы заставить мои коленки трястись, а сердце прыгать, как на батуте.

"Это еще не все, я не отступлю, пока не добьюсь своего".

— Какого черта, Люк?! — заорала я, вскочив с дивана. Не долго думая, я пересекла разделявшее нас расстояние и очутилась на современной кухне, обставленной белоснежной мебелью, на полках были аккуратно расставлены столовые принадлежности. Люк нажал кнопку на кофеварке и повернулся ко мне. Сначала его удивленный взгляд застыл на мне, потом опустился ниже, к письму.

— Что это? — спросил он, забирая листок и как бы невзначай коснувшись моей руки.

— Это я хочу спросить!

Несколько секунд Люк, нахмурившись, перечитывал записку, снова и снова.

— Где ты это нашла? — наконец спросил он.

— В журнале! Люк, объясни мне, что здесь происходит?! — я начинала истерить, как ни пыталась успокоиться. Вдох-выдох…

— Давай присядем.

Я послушно вернулась в комнату и опустилась, как оловянный солдатик, на диван.

— Что здесь делала Мелани? — спросила я, пытаясь придать голосу нормальную тональность. — Хотя, нет. Подожди, кажется, я знаю.

Несколько секунд я сидела, опустив голову между колен и обхватив ее руками. Выровняв дыхание, я возвратилась к более приличной позе.

— Она искала меня?

Люк молча кивнул.

— Это из-за нее я убежала.

— Я знаю, поэтому поверил тебе в переулке.

— Люк, это невыносимо! Весь год я чувствовала себя параноиком, даже когда ехала сюда, оборачивалась каждый раз! Я не могу так больше, Люк, не могу, — слезы потекли по щекам, неудержимые, они так давно рвались на свободу. Люк обнял меня, я была рада опустить голову к нему на грудь после такого длительного времени переживаний. Я не рыдала, меня просто трясло. Как желе. За весь год я впервые чувствовала себя в безопасности.

— Знаешь, — Люк прервал мои размышления в стиле "ах, какая я бедная", — сначала мне было странно узнать, какая Мелани извращенка. Она мне всегда казалась скромной девочкой.

Меня передернуло. О нет, неужели он поддался искушению?

— Нет, не поддался, — ответил Люк на мой мысленный вопрос. Блин, забыла о заслоне.

— Ты же не телепат? — уточнила я.

— Ага, — согласился он, — и ты тоже. Можешь не закрываться. Не прислушиваясь, я улавливаю только общие волны настроения, а твое состояние сейчас и смертному понятно.