Академия высокого искусства. Адептка - Александра Лисина

— О-хо-хо…

— Марсо, не темни! Говори толком, в чем дело!

— В чем дело, в чем дело… — пробурчал призрак, беспокойно летая вокруг девушки. — В тебе дело! В том, что ты сегодня не только нарушила правила, но и могла серьезно пострадать! А я, как хранитель, обязан доложить об этом кому надо!

Айра пожала плечами. Теперь, когда она оказалась в безопасности, страх исчез, а вместо желания никогда в жизни больше не бродить ночью по двору возникли нешуточные сомнения.

— Ну и ладно. Докладывай, раз должен. Пускай они меня наказывают, если хотят. Только про парня не говори: я не хочу, чтобы его исключили. Даже если у него действительно есть клыки. И вообще: ты его не видел, знать о нем не знаешь, а я могла, между прочим, и преувеличить, чтобы поразить твое воображение. И вообще, у страха глаза велики. Мне действительно могло показаться.

— Тьфу! — окончательно расстроился Марсо. — Да ты хоть знаешь, на кого наткнулась?!

— Нет, а что?

— Не должен я тебе этого говорить, да и вообще до второго курса вам, малышне, об этом знать не положено, но… раз уж ты все равно его увидела…

— Марсо!

— Что?! — рявкнул призрак, не сдержавшись. — Хочешь, чтобы я напугал тебя еще больше?!

Айра упрямо поджала губы.

— Пугай, если надо. Только хватит ходить вокруг да около. Или говори, в чем дело, или молчи до скончания веков!

Он тяжело вздохнул.

— Ладно, сама напросилась… и не говори, что я не предупреждал! А еще пообещай мне, что никто из твоих одноклассников этого не услышит.

— Хорошо, клянусь, — выразительно закатила глаза девушка. — Ну, что там за тайна такая страшная?

— Не то чтобы страшная… скажи, что ты знаешь о сотворении мира?

— Кхе, — ошеломленно кашлянула Айра, но, видя, что призрак предельно серьезен, послушно начала припоминать. — Мы недавно проходили это на Естествознании. Лер ля Роже считает свою версию наиболее полной и правильной, хотя тут я не могу ничего сказать: просто не с чем сравнивать. Так вот, согласно мифам и легендам, наш мир когда-то очень и очень давно сотворил Всевышний… но не один, а вместе с тремя сыновьями, которые затем помогли заселить Зандокар разными существами. Старшего звали Аллоэаль, и, говорят, красивее создания не было на белом свете. Он придумал и создал растения, вырастил горы, леса и поселил среди них своих младших детей — эльфов. Считается, что их красота — это его дар и благословение. Так же, как умение слышать лес и разговаривать с животными. От него же им передалось и высокомерие: Аллоэаль, хоть и был прекраснейшим, слишком кичился своим превосходством перед братьями, за что впоследствии и был осужден божественным отцом. Второго сына звали Урриал — по легенде, он создал людей и гномов, научив их добывать руду и обрабатывать камень. Благодаря ему на Зандокаре узнали металлы, освоили ремесла, стали пахать землю, не полагаясь на дары природы. А имя третьего брата затерялось в веках и было вычеркнуто из людской памяти, поскольку он привил им гордыню, научил создания своих братьев завидовать друг другу, поселил в их сердцах семена злобы и раздора. По его наущению на Зандокаре случились первые войны, и именно за это старшие братья изгнали младшего из обиталища богов. Но третий брат не сдался и не отступился — завидуя успехам Аллоэаля и Урриала, он тоже создал живых существ и запустил их в леса Зандокара. Однако поскольку им руководили лишь злоба и жажда отмщения, то он смог создать только две новые сущности, которые на долгие времена стали настоящим ужасом обитаемых земель…

Айра на мгновение запнулась.

— Дальше, — сурово потребовал Марсо, и ей пришлось продолжить.

— Из-за этих созданий, умеющих только убивать, в мире разразилась целая серия кровопролитных войн. Осознав угрозу, люди, эльфы и гномы объединились в борьбе против существ, призванных из небытия опальным богом. А потом загнали остатки двух рас на окраину мира и уничтожили.

— Это были оборотни и вампиры, — бесстрастно продолжил призрак, прозрачной тенью застыв посреди хранилища. — Война с ними действительно была, но вот касательно ее итогов легенды ошибаются: далеко не все вампиры и оборотни желали кровопролития. И далеко не все из них оказались истреблены. Более того, когда совместная армия людей, гномов и эльфов загнала их в ущелье на границе Северных гор, они сами отправили парламентера. Переговоры длились сто семнадцать дней, в течение которых оборотни вынужденно мирились с близостью вампиров и наоборот. Сто семнадцать дней, за время которых им пришлось открыть нашим магам многие из своих секретов. В том числе и то, что оказались абсолютно невосприимчивы ко лжи. В результате было решено, что эти создания способны принести миру немалую пользу. И что у них есть некоторые свойства, которые маги хотели бы изучить и использовать, тогда как им от нас было нужно только одно — свобода. В итоге между расами был заключен мирный договор на тех условиях, что ОНИ никогда не охотятся на людей в пределах обитаемых территорий, а за это остальной мир, кроме небольшой кучки избранных, напрочь забывает об их существовании.

Айра вздрогнула, снова вспомнив волков с подозрительно разумными глазами, затем с холодком подумала, что, значит, не померещились клыки во рту у бледнокожего парня, и неверяще вскинула голову.

— Марсо!

— Да, этой ночью ты наткнулась на вампира, — сухо известил ее призрак. — Или вампа, как они сами себя называют. А преследовали его виары… оборотни, как ты правильно догадалась… и преследовали потому, что уже много веков на дух друг друга не переносят.

— Но что они делают в академии?!

— Молодые виары на первых порах плохо контролируют вторую ипостась и доставляют немало хлопот Стаям. Оборотничество, чтобы ты знала, не проявляется сразу после рождения. Большинство виаров начинают чувствовать луну лишь по достижении совершеннолетия. К тому времени все они изолируются от сородичей и учатся сдерживать живущего внутри них волка.

— Г-де изолируются? — заикаясь, спросила Айра.

— Здесь, разумеется. Где еще, как не в закрытой от остального мира академии, можно одномоментно разместить более полусотни виаров?

— Сколько?! — приглушенно ахнула она.

— Сколько слышала, — спокойно отозвался Марсо. — В том, чтобы молодежь обрела устойчивость, маги заинтересованы не меньше виаров. Кстати, оборотни — вполне разумные существа: мыслят, радуются и огорчаются, как все другие расы. Они тоже умеют любить, ненавидеть, способны мстить… и вообще, мало чем отличаются от нас с тобой. Думаю, не нужно объяснять, что случится, если о них станет известно? Ковену не нужны новые войны, поэтому мы делаем все, чтобы существование оборотней и вампиров оставалось тайной для простых смертных. Конечно, о них осведомлены эльфы, с ними ведут кое-какую торговлю гномы… не слишком активно, впрочем, но этого достаточно, чтобы молодняк рвался осваивать новые горизонты. Мы им не мешаем. Только присматриваем и строго наказываем тех, кто нарушает правила. Да, в первый год своего пребывания в академии виары находятся в строгой изоляции от остальных учеников, но позже, когда молодые люди перестают поддаваться волчьим инстинктам, они продолжают обучение наравне с остальными. Правда, по особой программе. И, поверь, со временем ни один человек не сумеет распознать в них волка, если повстречает случайно на улице.