Магические узы - Марина Ефиминюк

Секундой позже стало ясно, что воспоминания о пережитой в восьмилетнем возрасте боли сильно померкли с годами. Казалось, что мышцы разрывались, а кости крошились в пудру, нестерпимо горело между ног. Я даже не смогла закричать, съехала с унитаза и отключилась…

В сознание меня привел настойчивый стук в дверь.

— Веда, ты в порядке? — позвал Ратмир.

— Да, — слабо отозвалась я. Подняла руку с кольцом и на мгновение забыла, как дышать. Ладошки по-прежнему оставались узкими и аккуратными, а пальчики тонкими, но кожа стала насыщенного зеленого цвета.

— Твою мать! — прошептала я, мгновенно приходя в себя, а в следующий момент уже стояла на ногах и разглядывала в зеркале страшную зеленую физиономию с приплюснутым носом, пухлыми темно-изумрудными губами и острым подбородком. На макушке вместо ушей тряслись острые локаторы и как будто напрашивались на то, чтобы их связали ленточкой.

— Блин… — снова протянула я, не находя других слов.

Док превратил меня в уродливого гоблина! Даже не тролля, а гоблина, чем-то отдаленно напоминавшего прежнюю меня. Зато, судя по ширинке, я стала мужского пола…

— Ведушка, ты чего притихла? — жалобно заскребся Док.

— Чего притихла? — рявкнула я и со злостью толкнула дверь, заставив бездарного эскулапа отпрянуть на несколько шагов. Мой выход погрузил комнату в изумленное оцепенение.

Профессор мгновенно покраснел и как-то нервно сглотнул. Полулежавший на подушках Стриж забыл закрыть рот, а Ратмир, разговаривавший с кем-то по зеркальному коммуникатору, оборвал разговор на полуслове и медленно опустил руку.

— У меня только один вопрос, — произнесла я и повернулась к Доку, который приобрел красивый свекольный цвет. — Так все и задумывалось?

В следующий момент гробовая тишина взорвалась издевательским гоготом Ветрова-младшего.

— По-твоему, это смешно?! — рявкнула я, почему-то указывая на ширинку.

— Кто ты, уродец? — задыхался парень, хватаясь за бока. — И зачем ты слопал нашу Птаху?!

— С другой стороны, тролль даже лучше, чем просто парень, — рассудил Ратмир.

— Судя по росту, она стала не троллем, а гоблином! Маленьким паршивеньким гоблином! — задыхался на кровати Стриж, и я мстительно пожелала, чтобы у него разошлись раны.

— Вы хотя бы попытаетесь сделать вид, что вам стыдно? — накинулась я на братьев, а Док из свекольного стал пятнистым.

— Я не специально! — замахал он руками. — Ведушка, ты уж прости меня.

— Простить?! — взвилась я и схватилась за уши. — Ты видел вот эту мерзость? Как я могу тебя простить, когда у меня на голове не уши, а лопухи?! И вообще, дайте мне брюки пошире! У меня меж ног давит!

— Я сейчас лопну! Отмывайте стены! — подвывал в наволочку Стриж. Мне оставалось лишь бессильно беситься и трясти ушами.

— Слушай, Ведушка, а давай мы тебе сделаем цвет глаз как у гоблина? — предложил Док и под моим злобным взглядом исправился: — В смысле как у тролля…

Он поспешно отвернулся и принялся истерично звенеть пузырьками в бессменном чемоданчике.

— Ты издеваешься?!

— Веда, рассуждай логически, — предложил Ветров-старший, сохранявший хотя бы внешнюю серьезность. — Считай, что зеленая кожа — это плата за жизнь. Тебя в таком виде родная мама не узнает.

— Да я сама себя в таком виде не узнаю! — огрызнулась я.

— Вот, Ведушка, возьми. — Док трясущейся рукой протянул бутылочку, внутри которой плескалась чернильная густая жидкость.

— Я помогу, — предложил Ратмир, бесцеремонно выхватив флакон у эскулапа. — Запрокидывай голову.

Он, не жалея, сжал мой подбородок пальцами и заставил поднять голову. Не хочу показаться ворчливой, но с женским телом Ветров-старший обращался куда бережнее. Сама того не ожидая, я злобно зашипела, точно чистокровный гоблин, и испуганно заморгала из-за совершенно противоестественных звуков, вырвавшихся вдруг изо рта.

— А ты быстро вживаешься в роль, — усмехнулся Ратмир. Он ловко перевернул флакон, и мне в глаз упала капля. В голове мгновенно взорвался фейерверк боли.

— Матерь божья! — выдохнула я, отпрянув от мучителя. — Вы меня еще и слепой решили сделать?

— Слепой мелкий гоблин в женских портках! — взвыл Стриж с кровати, и когда я бросила на него яростный взгляд, окончательно задохнулся: — Нашему парню идут разноцветные глаза! Один серый, другой желтый, как у зараженного черным проклятием гуся.

— Ненавижу! — рявкнула я. — Надо было самой пристрелить тебя вчера!

— Этот гоблин реально злой карлик, — застонал приятель. — Птаха хотя бы имела понятие о приличиях.

— Иди ты! — фыркнула я, позволив капнуть второй раз.

Казалось, что глаз лопнет от боли, но когда жжение прекратилось, зрение улучшилось в разы и неожиданно стало таким острым, что я могла разглядеть даже трещинку в стене.

— Мне это даже начинает нравиться, — попыталась пошутить я, а Ветров-старший только покачал головой.

Док же подхватил со всей возможной страстью, пытаясь доказать, что просчет в колдовстве не такой уж постыдный:

— Ведушка, может, тебе по природе не дано быть мужчиной, вот и вышел тролль?

— Гоблин! — выдохнул Стриж, взорвавшись новым приступом смеха.

И тогда я прочувствовала еще один сказочно удобный талант новоприобретенного тела. Огромные уши сами собой вытянулись, как у гончей, и слух уловил далекие шаги по деревянному настилу на улице. Под чьей-то ногой скрипнула половица, и хлесткий удар, как хлыстом, прошелся по гладким доскам.

— У нас гости! — выпалила я, и веселость моментально испарилась из номера постоялого двора.

Ровно в этот момент дверь распахнулась от мощного удара, и черный прямоугольник заполнила широкоплечая фигура аггела с повязкой на выжженном глазу.

Мгновенно Ратмир закрыл меня собой, пряча от нежданных визитеров.

В комнате вдруг стало тесно. В тусклом отблеске светового шара сверкнули самострелы. Док охнул, руки ему заломил свирепый противник. Стриж замер под направленным на него дулом. Я испуганно схватилась за рубаху Ратмира, чувствуя, как на макушке дрожат уши.

Златоцвет перешагнул через порог по-королевски, окинув номер презрительно-брезгливым взглядом. Красота мага казалась вызывающей и противоестественной. Густые волосы блестели, а дорогой костюм с черным похоронным галстуком идеально сидел на худощавой фигуре.

— Ну и дыра, — протянул он. — Ты бы мог найти убежище посолиднее, Ветров.

— Господин Златоцвет Орлов. Зачем явился? — процедил Ратмир.

Он весь напрягся, словно пантера, приготовившаяся к прыжку.

— Не терял бы время, но мне нужна твоя барышня, — с прозрачной улыбкой вымолвил маг и добавил, выказывая пугающую осведомленность нашими делами: — Нужна живая. Или я опоздал?