Звезда Сарханов - Ольга Райская

Ильшур медленно осматривал помещение, заглядывая во все углы. По очереди открыл все три двери, выглядывая наружу. За одной из них обнаружил ведро воды и окатил фигуру палача, смывая кровь с его лица. Не может этого быть! Это был Герин! Мое доверенное лицо, мой законный представитель, моя воля и мое слово при решении многих вопросов!

– Как это возможно? – в замешательстве спросил Ильшур.

– Не знаю, но я найду ответы на все вопросы! – ответил ему я и, посмотрев на Кэт, добавил: – Лишь бы было для кого жить, а уж ответы я найду.

– Предательство в собственном доме! Кто бы мог подумать! А мы ищем так далеко, – задумчиво проговаривал друг, рассматривая бутылочки.

Я аккуратно перевернул дорогую для меня женщину, держал ее в руках и укачивал, словно ребенка. Глаза Кэт по-прежнему были закрыты, на лбу выступил пот, а дыхание стало прерывистым.

– Ильшур, – тихо позвал я, – с ней что-то не то, она должна была уже очнуться.

Он обернулся, держа в руках пустую черную емкость, потом медленно подошел к застывшему Герину и принюхался к кнуту в его руках.

– Боюсь, она не очнется… – как-то сдавленно проговорил друг.

– Что… Что там? – почти теряя контроль от охватившей меня паники, прошептал я.

– Яд с Хаука. Его нанесли на кнут, которым ее били, – кивнул на палача Ильшур.

Неееееет!!!! Боги!!! Только не она!!! Возьмите меня!!! Только не эта девочка. Я прижимал к себе ее тело, тряс. Говорил ей, как она мне нужна, как важна, какое чудесное будущее я для нее построю, но все было бесполезно. Испарина покрывала ее тело, дышала она тяжело и все время вздрагивала, словно волны боли проходили по ее телу. Что-то влажное покатилось по моей щеке, машинально смахнул каплю. Впервые в своей долгой жизни я плакал, впервые после ухода отца в моей жизни появился кто-то, кого я просто не мог потерять, не имел права.

– Я не смогу без нее! Она нужна мне! – кричал я. – Боги, молю! Оставьте ее мне! Клянусь, я все исправлю! Я переверну всю Вселенную ради одной ее улыбки!

В отчаянии я искал выход и не находил. Яд с Хаука, у нее сутки, даже при наличии симбионта больше она не выдержит. Мое нежданное счастье сейчас умирало на моих руках, а я ничем не мог ей помочь. Подойдя, Ильшур тронул меня за плечо. Поглощенный своим горем, я не сразу прореагировал.

– Анситор, – окликнул он меня.

Я медленно поднял на него взгляд.

– Помнишь, как нас учили? Выход есть всегда. Даже там, где, казалось бы, его нет.

– Ты что-то придумал? – с надеждой спросил его я.

– Тизкар, – тихо проговорил он.

Тизкар. Этот дракон был старше моего деда. Во всех бедах Вселенной, еще при жизни отца, винил наш род, род Нарам-Суэн. На Сархане он потерял жену, а незадолго до взрыва планеты их пара потеряла дочь. По какой-то причине он не последовал за ними в бесконечность, но и с остальными драконами не остался. Ушел в пустынные земли. Живет отшельником вот уже многие годы.

– Тизкар, – тихо проговорил он, – мудр, его совет может помочь.

– Он ненавидит мой род и ни за что не станет мне помогать, – покачал головой я.

– Когда гремели из его уст проклятья и обвинения, ты был ребенком. Все, кого это касалось, давно ушли. Тизкар врач и ученый. Драконы никогда в нем не нуждались, но всегда нуждались слабые сарханы. Уж не думаешь ли ты, что он откажет одной из них?

– Сейчас я готов пасть перед ним на колени и молить о помощи. – Я нежно прижимал к себе Кэт, ради нее я сделаю все.

– Я найду его, – пообещал друг.

– Постой, в своем доме сейчас я никому не могу доверять. Позови драконов, пусть изолируют всех тексов во всех домах, со всех слуг отныне брать магическую клятву верности, скрепленную ментальной силой. И поспеши. У нее мало времени. Но все время, что у нее осталось, я буду с ней.

Ильшур кивнул и скрылся в арке пространственного перехода. Я же перенесся в свои покои, бережно удерживая на руках свою драгоценную ношу.

– Сейчас, котенок, – я тихо с ней разговаривал, освобождая ее тело от окровавленной одежды, – сейчас, потерпи немного. Холодная вода остудит твое тело и смоет всю грязь с него. Как бы я хотел смыть всю грязь с твоей памяти…

Медленно спустился в бассейн, опуская Кэт в воду. Такая маленькая, хрупкая, как нежный цветок, и сколько испытаний на ее долю выпало. Осторожно губкой смывал кровавые разводы, пока кожа не очистилась. Долго полоскал темные локоны и постоянно разговаривал с ней в надежде, что она слышит, потом долго вытирал ее, сушил волосы. Наконец, завернув ее в одну из моих туник, уложил в кровать.

Только успел переодеться, как в покоях вспыхнули две арки. Из одной вышли Ильшур и Тизкар. Мудрый изменился. Жизнь отшельника закалила его волю и успокоила душу, все это я прочел в его глазах. Он смотрел на меня без злобы, как-то печально, словно говорил: «Я ведь предупреждал!» Да, предупреждал! Только кто тебя тогда послушал?

Из второй арки вышли Силурес и Норбан, их лица были хмуры и сосредоточенны. Ясно, что хороших новостей они не принесли. Жестом попросил Ильшура оставить нас с Тизкаром наедине. Драконы вышли на террасу, а я преклонил колено перед старшим по возрасту.

– Мудрый Тизкар, рад приветствовать тебя в своем доме. Прими заверения в вечном моем почтении.

– Полно, – донесся до меня все такой же, как в моем детстве, молодой голос, – встань. Ты надежда нашего рода. Поздно признавать чужие ошибки, пришло время их исправлять. Зачем ты звал меня, мой мальчик?

– Мудрый Тизкар, я встретил женщину. Она дорога мне, но я не смог ее защитить. Виной тому моя глупость и доверчивость. И вот сейчас она умирает, отравленная ядом с Хаука. – Я низко склонил голову, признавая все свои ошибки.

– Встань, Анситор, – громче сказал Тизкар, – нельзя винить в слепоте того, кто таким родился. Ты не видел жизни иной. Но один ты сможешь все изменить, лишь за тобой пойдут все.

Он подошел ко мне, обнял за плечи, заставляя подняться.

– Пойдем. Покажи мне свою женщину.

Я распахнул двери в спальню. На широкой кровати, прекрасная и бледная, лежала моя Кэт. Грудь ее часто вздымалась, дыхание стало более прерывистым, на лбу и шее выступили бисеринки пота.

– Боги! – прошептал Тизкар. – Сархана… настоящая…

Видимо, не поверив своим глазам, он подошел и, присев на кровать, дотронулся до руки девушки.

– Она вся горит! Дело плохо!

– Знаю! Есть ли шанс ее спасти?

– Не знаю… – неопределенно покачал головой он, – все зависит от твоих ответов. Отвечай четко и по существу. Она носит симбионт?

– Да!

– Боги! – прошептал Тизкар, и я увидел, как загораются надеждой его глаза. – Она девственна?

– Уже нет.

– Ты ее первый мужчина?