Избранница хозяина Бездны - Мария Боталова

А сейчас бешено колотится сердце. И кажется, что только Рэйлан может помочь. Он один…

— Ты же понимаешь, Рэй, что в мире не так много магов, которые могли обмануть мое заклинание, — мрачно заметил Вемиор. — А на этом приеме… их по пальцам пересчитать можно. Я вижу только один выход.

— Нет.

— Да, Рэй. Ты применишь магию пустоты.

— Тебе не жалко родную дочь?

— Моя родная дочь отравила невесту моего родного сына. Она переступила черту.

Я видела, Рэйлан собирался возразить. Приблизилась к нему и тихо позвала:

— Милый, нам нужно поговорить. — И перевела взгляд на Вемиора. Твердо, без страха спросила: — Ты ведь позволишь мне перемолвиться парой слов с мужем? Верно, папочка?

— Говорите, — он устало махнул рукой и отвернулся.

Никто не стал задерживать нас в комнате. Сопровождения тоже не было, когда вышли в коридор. И охрана, стоявшая возле двери, не остановила, когда немного отошли, чтобы никто не подслушал. Рэйлан к тому же магию призвал, чтобы окружить нас защитой от подслушивания. Ну, я так думаю, что это была именно она. По крайней мере, логично предположить.

— Они не боятся, что ты поможешь мне сбежать? — я даже удивилась.

— Нет. Сбегать бессмысленно. Тебя никто не собирается запирать в темнице. В худшем случае Вемиор лишит тебя титула принцессы и отправит в ссылку.

Да, действительно, от такого сбегать совершенно бессмысленно. По крайней мере, не сейчас.

— Что он предлагает? О какой магии пустоты он говорил?

— Магия пустоты сильно отличается от обычной. И дает те возможности, которых нет у других. Я могу заставить тебя отвечать на мои вопросы, и соврать ты уже не сможешь.

— Так в чем проблема? Вероятно, я… как-нибудь выдержу. Но это был бы выход. Не хочу, чтобы меня считали преступницей.

— Проблема в том, что это еще болезненней, чем мой поцелуй. — Рэйлан смотрел мне прямо в глаза внимательно, проникновенно. Так, будто видел насквозь.

Поцелуй… да, это было страшно. Но я не дрогнула.

— Я справлюсь.

— Но учти, Диана. Ты должна будешь дать свое согласие. Не на словах. Ты душой должна впустить меня в свой разум. Потому что иначе… пустота разорвет тебя. Уничтожит. В этом главная сложность ментальной магии пустоты. Кто пытается сопротивляться, кто не готов открыться и впустить в себя пустоту, умирает.

— То есть… хочешь сказать, отец готов обречь меня на смерть?!

— Я думаю, он ждет, что ты откажешься. И тогда тебе придется принять наказание.

Я сжала кулаки. Меня такая злость затопила! Не страх, не ужас, не отчаяние. Злость.

— Я выдержу.

Какое-то время Рэйлан еще всматривался в мое лицо. Наконец выдохнул:

— Хорошо, пойдем.

Он взял меня за руку и увлек за собой обратно в комнату.

— Договорились? — спросил Вемиор.

— Да. Я использую магию пустоты, — в голосе Рэйлана больше не было эмоций. Ни единой. Как будто неживой человек разговаривает. Но это не пугало. Потому что я знала, что он на моей стороне. А это сейчас главное. Это… странно успокаивает.

И тут меня посетила идея.

— У меня есть условие. Если вы убедитесь, что я невиновна, Мистина тоже пройдет через эту магию и ответит на вопросы.

Мистина вздрогнула, побледнела как-то.

— Но за что?

Вемиор перевел взгляд с меня на Мистину. Подумал немного.

— Хорошо.

А Дастин все это время сидел бледный, на кровати рядом со своей невестой, держал ее за руку. И не проронил ни слова. Двух его сестер отдают на растерзание магии, которая может попросту разорвать, и ему хоть бы что? Невеста важнее? Ну уж нет, пусть женится на ней хоть десять раз, я его из кандидатов во вторые половинки вычеркиваю. Не нужен мне такой…

Злость и обида смешались. И придали сил. Я решительно посмотрела на Рэйлана.

— Я готова.

Он подошел ко мне, обнял за талию и… снова поцеловал.

Надо же, какие у него многофункциональные поцелуи! Стоп. Что же я натворила? Он и Мистину теперь будет целовать?!

Впрочем, все эти мысли пролетели стремительно, почти сразу покинув меня. Снова пустота. Теперь я чувствовала отчетливо, намного ярче. Поцелуй Рэйлана как будто бездну распахнул мне навстречу. Из нее хлынула пустота, наполняя меня до краев.

Нет, теперь все-таки иначе. Я не проваливалась. Просто чувствовала, что все внутри замерзает, эмоции исчезают, растворяются. Остается только эта пустота. Холодная, безграничная, всепоглощающая. И злость, и обида — все это проходит, меркнет само желание жить. Только пустота, она одна.

Рэйлан отстранился и спросил:

— Ты подливала яд в этот кубок? — он поднес к моему лицу тот самый кубок.

Я чувствовала, как пустота просачивается глубже. Сначала она наполняла только тело, затем устремилась внутрь, словно в саму мою суть, и теперь полностью наполняла собой все, что во мне было, все, что было мной.

Не сопротивляться, пропустить, позволить ей мною завладеть. Всего лишь ненадолго. Чтобы они все поняли, что ошиблись.

— Нет, я не делала этого.

— Ты желала зла невесте своего брата?

— Нет.

— Ты догадываешься, кто мог это сделать?

— Есть предположения.

Я начала задыхаться. Окружающее пространство поплыло, закачалось. Кажется, пол ушел из-под ног. Но в самый последний миг, уже почти теряя сознание, я вдруг почувствовала, что пустота… впиталась в меня. Как до этого — магия. Я будто сделала глоток, избавляясь от холодной, насквозь промораживающей субстанции.

Рэйлан подхватил меня на руки, не позволил упасть.

— Вы довольны? — раздалось у меня над головой.

В ответ — молчание.

Словно сквозь воду — все движения казались смазанными, — ощутила, как Рэйлан положил меня в кресло. Однако чувства постепенно возвращались. В уши ворвались вопли, заставив поморщиться:

— Нет! Я не хочу! Не надо! — кричала Мистина. — Я же видела… видела, что происходит от этой магии. Я не хочу так, я жить хочу. Папа! Папочка, я же твоя дочь! Ты хочешь, чтобы Рэйлан убил меня? За какую-то девку?!

— Она не девка! — взревел Дастин.

Странное дело, он больше не казался мне таким уж прекрасным принцем.

— Мистина, ты же видела, — холодно произнес Вемиор. — Это не смертельно, если ты добровольно впустишь пустоту в себя и не будешь противиться.

— А я буду противиться! Я… я не хочу!

— Мистина. Прекрати истерику.

— Ты… ты меня не любишь, да? Хочешь, чтобы я умерла? — принцесса разрыдалась. — За что? Папа, за что? Почему я должна это терпеть? Милиану подозревали, ей пришлось, но я… Я здесь при чем? Не заставляй меня. Посмотри на Мили! Ей так плохо… Хочешь, чтобы мне было так же? Или… хуже, если не справлюсь?