Игры с огнем. За гранью - Яна Ясная

Глава 10. Прикладная зверомагия и трудности материнства

Ив

Аманда хохотала. До икоты, до полного бессилия.

Иногда поднимала голову, окидывала взглядом открывшееся ей зрелище и снова роняла ее на руки, подвывая в ладони.

Мне, конечно, такое ее настроение нравилось куда больше утренней агрессии с апатией, но я бы предпочел, чтобы причиной веселья выступил кто-то другой!

Мрачно дернув ногой, я в очередной раз попытался стряхнуть с себя овившееся вокруг конечности существо, но добился только хриплых воплей – чего-то среднего между карканьем и визгом циркулярной пилы.

А ведь начиналось всё совершенно невинно!

Убедившись, что Мэнди пришла в себя и способна, в случае чего,дать отпор внешней угрозе, я отправился на разведку и за пропитанием.

И демоны дернули меня залезть в те кусты! Шорохи мне там послышался, чтоб их…

В переплетении ветвей я нашел гнездо, где, в осколках скорлупы, сидело вот это чудо в перьях – в прямом смысле слова. Пока что, правда, это был младенческий пушок, но, кажется, с возрастом он станет опереньем.

Странное, нелепое создание длиной с полметра, с четырьмя лапами и кургузыми не развитыми крылышками, покрытое нежным сине-алым пухом…

– Ку? - спросило у меня существо, поймав в прицел круглого черногo глаза.

У меня не поднялась рука на птенца, и я аккуратно, стараясь не мять листву и ветки, попытался убраться восвояси.

– Ку? – уточнили из кустов. – Ку! Ку!!! КХА-А-А-А-А!

Οглянувшись на истеричные вопли, я зло ругнулся: безмозглый детеныш вместо того, чтобы сидеть в безопасном гнезде, выбрался из укрытия и теперь неуклюже, но шустро, ковылял за мной, переваливаясь и подпирая себя крыльями.

– Ку! КУ! – обрадовалось это несчастье, поймав мой взгляд.

Следующие пять минут я честно пытался запихнуть дурака назад, в гнездо, а он успешно сопротивлялся, растопырив все шесть конечностей, цепляясь за всё подряд когтями и пытаясь обвиться вокруг моих рук, и эту битву я с позором продул.

Плюнув на бесплодные попытки, я сунул пушистую гадость за пазуху.

Бес с ним!

У меня там в пещере сидит расстроенная Аманда. Она девочка, ей вот это, с глазами и пухом,должно понравиться…

Сдам дурня ей – пусть нянчится, оба будут заняты, а я смогу поохотиться!

Отличный план. Жаль только, что он провалился ещё на первом пункте реализации.

Вернувшись в пещеру, я попытался всучить второго первой – но нė тут-то было!

Мелкая пакость жалась ко мне всем телом, сопротивляясь попыткам извлечь ее из-за пазухи. А вытащенная на свет божий, впилась в рукав моей куртки всеми лапами, распластала крылья-култышки и трагично орала при попытках передачи Аманде.

Γлаза Аманды в процессе этой ситуации становились всё больше и круглей.

А потом эта поганка аристократическая с глубокомысленным видом выдала:

– Поздравляю вас, лейтенант Маккой, кажется, вы только что стали мамой!

И бессовестно расхохоталась.

Ладно, змея татуированная, попомнишь ты у меня!

Пришлось пожертвовать курткой: кое-как завернув в нее этот невнятный гибрид птицы и змеи и сунув кокон Аманде, я сумел сбежать на охоту.

Повезло – удалось достаточно быстро выследить и пришибить крупную зверюгу из местных травоядных, зелено-бурую и шипастую.

Ободрав и выпотрошив добычу подальше от пещеры (хотя мог бы и не проявлять такого великодушия!), я притащил тушку в наше временное пристанище и обнаружил, что двое моих питомцев друг с другом кое-как смирились. Кокон,из которого гордая птица так и не выбралась, лежал на животе и отчасти на груди у Мэнди, а сама Мэнди, лежала, закинув ноги на стену пещеры и подложив под голову руки.

В пещере потрескивал костер и булькала вода в переплетении силовых нитей, рядом с костром лежала горка вымытых клубней, которые мы приспособились употреблять в пищу вместе с мясом – Аманда подготовилась к моему приходу.

Я неосторожно шевельнулся, и птиц обнаружил мое присутствие. С истошным воплем он выстрелил всем телом из кокона, промчался всеми лапами по Αманде (надеюсь, она успела прикрыть глаза) и обвился вокруг моей ноги.

– Знаешь, – абсолютно спокойным и немного даже задумчивым голосом произнесла Мэнди, - я тут подумала… Утренняя истерика была беспочвенной. Меня ужаснула мысль о том, что нам понадобится еще десять дней, чтобы восстановить все десять точек. Думаю, не понадобятся. Сегодня, раз ты решил отдыхаем, а завтра я попробую прыгнуть к самой первой порталом. Эти места я уже знаю, к местному фону приспособилась – должно получиться. А ещё я думаю, что ты, Маккой, стал жертвой импринтинга,и что это – девочка.

Внезапность перехода от мисс Χолерик к рассудительной и задумчивой барышне впечатлила настолько, что меня хватило лишь на то, чтобы уточнить:

– Почему?

– Характер стервозный!

Я вздохнул.

– Ваша самокритичность, мисс Феррерс, достойна высочайших похвал, - пробормотал я себе под нос и на заинтересованное «Что?» повторил уже громче: – Что такое этот ваш импринтинг?

– А! Запечатление. Кого детеныш первым в жизни увидел – тот и мама!

– Нужно размолоть мясо в фарш! – азартно советовала Αманда спустя полчаса.

Мы поели, а вот накормить приблудную беду не получалось. Я порезал мясо на полоски, но привередливый гурман,изучив меню поочередно обоими глазами, от приема подношения воздержался.

– Думаешь, сработает? – несмотря на скепсис, я все же распустил полоски ножом на однородную массу.

– Точно поможет! – с уверенностью, происхождение которой было мне неясно, заявила Мэнди. - Α еще – попробуй изо рта покормить.

– Э…

– Да ладно, это просто! – советчица перевернулась на живот и принялась объяснять: – Значит,так: кладешь фарш себе в рот, подносишь птенца ко рту, остальное он сделает сам! Еще хорошо бы туда песочка намешать…

Подозрения, что надо мной издеваются, переросли в уверенность. Вопрос, почему я все же потянулся и соскреб с пола пещеры земляного песка, остается открытым.

– Ку?

Интонации у поднесенного к лицу птица были настороженные.

Кажется, он сомневалcя, кто тут кого собирается кормить.

Мэнди ерзала в своем углу, как в цирке, словно гадала, упадет эквилибрист с каната или не упадет.

Бросив на нее предупредительно-грозный взгляд, я решился,и открыл рот…

– Слушай, у меня два вопроса, – произнес я, когда кормежка закончилась,и я наконец-то смог выполоскать рот от смеси фарша и песка. – Первый: откуда ты все это знаешь?