Страна затерянных душ - Нил Шустерман

В голову Элли пришла шальная мысль — она снова жива! У нее есть плоть, кровь и кости. Интересно, тот парень имел в виду именно это, когда говорил о том, что есть и другие способы быть живым? Элли знала, что совершила важное открытие, но в тот момент времени на размышления у нее не было.

Она держала паром на новом курсе целую минуту. К концу минуты Элли ощущала, как тело мужчины содрогается — его дух боролся за обладание им. В конце концов, Элли позволила ему это сделать, так как добилась того, что ей было нужно.

В тот момент, когда Элли вышла из тела мужчины, он вскрикнул и постарался как можно быстрей взять себя в руки. Рулевой вытер потный лоб, и, стараясь не поддаться шоку, вызванному произошедшим, сконцентрировался на штурвале. Взяв его в руки, он быстро поменял курс, снова направив паром к Статен-Айленду. Элли слышала, как он несколько раз шепотом прочитал «Аве Мария». Она хотела сказать ему, что все закончилось — это был единичный случай в его жизни и такое никогда больше не повторится, но времени не было — корабль Макгилла был рядом.

Изменив курс, Элли развернула паром так, что теперь он должен был пройти прямо сквозь призрачный корабль. Нос огромного невидимого судна врезался в правый борт парома, но не разорвал, а прошел сквозь него, словно никакого парома и не было. Детали мостика поблекли и исчезли, реальность Страны затерянных душ, выйдя на первый план, как бы переключила зрение Элли, и она их больше не видела. Элли вспомнила, как Мэри говорила о том, что видеть предметы двух миров в одном месте очень трудно.

Элли ударилась о нос корабля Макгилла, да так сильно, что сразу почувствовала — сквозь эту сталь не провалишься! Если бы Элли не нашла, за что схватиться, нос призрачного судна просто сбил бы ее с ног, и она бы упала за борт, в море. Элли хваталась за все, что попадалось ей под руку, и в конце концов уцепилась за якорь, свисающий из отверстия на носу судна. Элли прижалась к якорю, обхватила его обеими руками, и почувствовала, как палуба парома уходит из-под ног. Спустя секунду парома уже не было рядом — он шел твердым курсом по направлению к Статен-Айленду, а Элли висела на якоре, болтающемся над Нью-Йоркским заливом. Про себя она поблагодарила родителей за то, что они заставляли ее заниматься гимнастикой целых четыре года, вскарабкалась вверх по якорной цепи и ловко запрыгнула на палубу призрачного корабля.

Она привела в изумление группу пиратов, слонявшихся по палубе, но через секунду они пришли в себя и схватили Элли. Посмотрев на них, она убедилась, что их лица и тела искажены еще больше, чем у «Алтарных парней». Они почти что на руках принесли Элли на верхнюю палубу, где на уродливом троне сидело какое-то существо. Элли посмотрела на него и испугалась, но глаз отвести не смогла. Вместо рук у чудовища был грубые трехпалые клешни, а красная, как у лобстера, кожа была изрыта кавернами, напоминая лунную поверхность. Разные глаза блуждали независимо друг от друга, на голове красовался пучок волос, напоминавший паука, готового вот-вот сползти с черепа вниз. Создание даже нельзя было назвать гротескным — настолько уродливым оно было, и Элли почувствовала наряду со страхом странное очарование. Как может существовать на свете нечто столь уродливое?

— Кто ты? — спросила Элли.

Ей казалось, что вопрос она задала в уме, но поняла, что произнесла его вслух.

— Я — Макгилл, — ответило существо. — Трепещи при звуках этого имени.

Но Элли рассмеялась. Она не хотела этого, но фраза была такой дурацкой и напыщенной, что девочка просто не смогла удержаться.

Макгилл нахмурился, или, по крайней мере, так показалось Элли. Он махнул грязной клешней, и толпившиеся вокруг пираты разбежались, как крысы. На месте остался лишь один парень, у которого была слишком маленькая голова. Он стоял возле Элли.

— Я подвергну тебя таким мучениям, о которых ты даже не подозреваешь, — пообещал Макгилл.

Элли не сомневалась в его способностях, но не хотела показывать чудовищу, что напугана, памятуя об ошибке, допущенной в разговоре с Шаманом. Она уже успела понять, что чудовища обладают той властью, которую ты сам им даешь. Но Элли также помнила о том, что им не нравится, когда кто-то не оказывает им должного уважения. Она уже высказалась о Макгилле неуважительно, но больше так делать не стоило — это могло плохо для нее закончится.

— Я слышала, что ты величайшее чудовище в Стране затерянных душ, — сказала Элли, сопроводив фразу почтительным поклоном. — Теперь я вижу — это верно.

Макгилл улыбнулся, хотя, может быть, Элли снова показалось. Своим болтающимся на нитке глазом он посмотрел на парня со слишком маленькой головой.

— Как ты думаешь, Сморчок, бросить ее за борт или придумать что-нибудь более интересное?

— Что-нибудь более интересное, — посоветовал Сморчок.

Элли почему-то предполагала, что он скажет именно это.

Макгилл пошевелился в кресле, стараясь устроить свое неуклюжее тело поудобней. Впрочем, эта задача, по всей видимости, была невыполнимой.

— Но сначала я хочу знать, как ты попала на борт моего корабля.

Элли ухмыльнулась.

— Никому до меня этого не удавалось, правда?

— Нет, насколько я знаю, — сказал Сморчок, заслужив негодующий взгляд Макгилла.

Испепелив помощника взглядом за излишнюю разговорчивость, чудовище повернулось к Элли.

— Как ты это сделала?

— Я расскажу, если только ты…

Макгилл не дал Элли закончить. Он махнул клешней.

— Если только ты — не будет. Я не заключаю сделок. Выбросьте ее за борт, я потерял к ней интерес.

Сморчок придвинулся к Элли, чтобы схватить ее, но девочка вывернулась.

— Нет, — сказала Элли. — Подожди. Я расскажу, как попала на корабль.

Сморчок не знал, что делать. Элли думала, что посредством хитрости получит то, за чем пришла, но поняла, что Макгилл с собой играть не позволит. Он не шутит, и оказаться за бортом — вполне реальная перспектива. Все, что она могла сделать, — выиграть время, а это давало хоть какую-то надежду на то, что ей удастся уговорить Макгилла отпустить ее друзей. Если, конечно, Ника и Лифа еще не выбросили за борт.

— Я села на паром, идущий на Статен-Айленд, — сказала она быстро. — А когда он прошел сквозь твой корабль, спрыгнула на палубу.

Внезапно оба глаза Макгилла сфокусировались на Элли. Он схватился за подлокотники трона клешнями и поднялся.

— Паром изменил курс. Как мне показалось, это произошло не случайно, — сказал Макгилл. — Это ты сделала?

Элли пыталась понять, что ответить, чтобы не оказаться за бортом. Да или нет? Подумав, она решила, что ответ именно таким и должен быть.

— И да, и нет, — сказала она.

— Как ты это сделала? — спросил Макгилл, подходя ближе.

— Сама я этого сделать не могла, поэтому я на несколько секунд пробралась в тело рулевого.