Скалолазка и мировое древо - Олег Синицын

Я рассерженно посмотрела на него. Он виновато поежился.

Отдать ему мой гидрокостюм? Вряд ли он теперь поможет, к тому же я сомневаюсь, что сумею стянуть его под водой. По-моему, водолазная резина приклеилась к телу.

Мы висели над откосом дна, каждый занятый своим делом. Я лихорадочно пыталась найти решение, Максимка старался согреться, шевеля плечами и растирая грудь. Мир вокруг нас оставался в безмолвии. Он был безразличен к суете, которая творилась на берегу и в моих мозгах. Ни шороха, ни плеска. Слышно лишь собственное дыхание, струящееся по трубкам. Эта атмосфера убаюкивала, заставляла слипаться веки, погружала в транс...

Три исполинских удара обрушились на глубинную тишь. Каждый квадратный сантиметр воды содрогнулся и пришел в движение. Я не успела понять, что произошло, как мое тело будто вывернуло наизнанку. Глаза вдавило в орбиты, по ушам ударили грохочущие кувалды. Словно сунули меня внутрь звонящего колокола.

Первая мысль, вырвавшаяся из охваченного паникой сознания, была о том, что нас начали глушить динамитом, поскольку вода вокруг нас резко пришла в движение, словно в центре озера возник гигантский водоворот.

Нас с неистовой силой потащило куда-то на глубину.

Теперь я точно знала, что хочу выбраться на берег, невзирая на перспективы. Но в данных обстоятельствах выполнить мое желание мог только волшебник — и то очень могущественный. Волокущий нас поток был настолько стремительным и сильным, что противиться ему мог лишь сумасшедший. Мы кувыркались, пролетали сквозь воздушные пузыри и стрелы солнечного света, а вокруг все двигалось, грохотало, бурлило.

Внизу пронеслись развалины подводного города. Окажись они ближе, можно было спрятаться за остатками стен и переждать бешенство воды. Но они уже остались позади, а я наконец увидела, куда нас несет.

Впереди возник берег — крутой, почти отвесный. В центре его зияло огромное отверстие, в котором скручивалась и бурлила вода.

Я уже упоминала о каменистом вале, образующем один из берегов озера. За ним простиралась низина, уровень которой много ниже уровня озерного дна. Именно на валу стоял грузовик и в земле ковырялись люди. Теперь ясно, что они закладывали взрывчатку.

Кларк, без сомнения, желает добраться до подводного города не меньше моего, но тратить время на погружения в аквалангах он не стал. Для него это скучно и неэффектно. Он решил сделать просто: взорвать природную дамбу и спустить всю воду из озера. То, что при этом могут разрушиться древние строения, его не заботит. Собственно, и никогда не заботило. Важен результат.

Нас отчаянно несло к отверстию в дамбе. Максимка каким-то чудом остался рядом со мной, и я ухватила его за руку, чтобы не потерять окончательно.

Меня швырнуло о подводную часть берега, ближе к дну, и потащило к отверстию. Между камней мелькнула расщелина, и я, почти не думая, вонзила в нее кулак.

Движение прекратилось. Вовремя!

В следующее мгновение мы бы ухнули в водосброс.

Рядом со страшным ревом в низину низвергалась вода, мощный поток пытался оторвать от скалы меня и заодно Максимку, который держался за вторую руку. Но если правильно заклиненный кулак вырвать из расщелины можно было только вместе с запястьем, то пальцы Максимки скользили по мокрому рукаву гидрокостюма, и я ничего не могла с этим поделать.

Сквозь маску я видела его растерянные глаза. Он не желал, чтобы его засосало в это отверстие, а потому изо всех сил цеплялся за мою руку, но очень скоро он уже держался только за два моих пальца.

Я попыталась поймать его кисть.

Но пальцы схватили пустоту.

Максимка раскрыл рот, исторгая безмолвный крик. Поток подхватил мальчишку, и... он в мгновение ока исчез в отверстии, проглоченный ревущим зверем. Я осталась на скале одна.

Давление на заклиненный кулак уменьшилось, держаться стало легче. Зато потяжелело на сердце, и защипало в глазах. Я хотела вытереть их, но пальцы наткнулись на стекло.

После того как я осталась без Максимки, водосброс значительно ослаб и утих. Принесенная жертва пришлась чудовищу по вкусу. Я висела на скале, обливаясь слезами под маской. Заклиненный в трещине кулак одеревенел.

Уровень озера опустился настолько, что голова оказалась над водой. Я выплюнула загубник. Вода продолжала выливаться сквозь проломленный вал, но очень лениво, на порядок медленнее, чем было до этого. Основная масса ушла — инженеры Кларка точно все рассчитали. Я висела на стенке гигантского сырого котлована, а подо мной на дне раскинулось мутное иловое болото. Кое-где из него поднимались осклизлые холмики и валуны с обвисшими на макушках водорослями. Древний хараппский город открылся полностью. Его развалины после нескольких тысяч лет вновь согрело солнце. Стены домов блестели от влаги, улицы четкие и прямые, а пирамиду на холме видно даже отсюда. Яркий дневной свет выветрил из нее магию и тайну, и она напоминала заурядную руину— одну из десятков.

Вода сошла до щиколоток и остановилась. Я обнаружила, что по-прежнему сжимаю онемевший кулак в расщелине. Совершенно о нем позабыла. Расслабив кисть, вытащила руку. Пальцы сбиты до крови, ладонь вся белая — хоть иголкой проткни, ничего не почувствую.

Пока я растирала ее, в котлован с разных сторон по скользким обрывам стали спускаться боевики. Они были везде, куда ни глянь. Решительные, уверенные в себе. Я подумала на миг, что они осушили озеро вовсе не для того, чтобы поднять на поверхность затопленный город, а для того, чтобы достать меня.

Над головой послышались шаги. Сверху посыпались мелкие камушки.

Я сползла в воду. Взяла зубами мундштук. Вот уж фигушки, так просто меня не взять! Просунула пальцы под маску, чтобы стереть влагу из-под век, и, присосав ее на лицо, погрузилась в болото.

Из-за иловой взвеси и бурых водорослей, оплетающих все вокруг, видимость была ужасной. Я видела не дальше вытянутой руки. Я ползла по дну, иногда задевая об него микрокомпьютером, что расположен на животе. В некоторых местах было невероятно мелко, и мне приходилось всячески ухищряться, чтобы желтый ранец ребризера не поднялся над водой.

Возле угловатого серого камня, облепленного водорослями, как щетиной, я приподняла голову, чтобы оглядеться. Солдаты уже спустились на дно котлована и бродили по пояс в воде...

Рядом со мной, буквально в пяти метрах, шел Ирбис. Закатанные рукава куртки обнажали его загорелые атлетические руки, держащие наготове автоматическую винтовку. Стоило ему повернуть голову, и он бы меня увидел.

Я опустила голову и поплыла прочь, надеясь оказаться от него как можно дальше. Мне повезло: дно ушло вниз, и образовалась достаточная глубина для того, чтобы использовать ласты и прибавить в скорости. Когда я рискнула выглянуть из воды в другом месте, предводитель боевиков находился от меня далеко.

Меня занесло к берегу, что образован склоном горы. Подъем из котлована здесь был очень крутым, поэтому никто из боевиков, бродящих между руин, не смотрел в эту сторону... Когда-то давным-давно под действием тектонических сил горные породы в этом месте раздвинулись, образовав вертикальный желоб, называемый «камином». Я смотрела на этот темный разлом — чистый гранит, влажный, но не забитый иловыми отложениями — и в груди поднималась надежда. Это моя лазеечка, через которую я выберусь из мышеловки.