Скалолазка и мировое древо - Олег Синицын

Руководитель «Мглы» и властелин подгорного чертога оторвался от плоских мониторов, установленных рядом с троном, и устремил свой взгляд на меня. Я сразу ощутила почти физическое давление и поспешно опустила глаза. Слезы лились уже ручьем, я стерла их ладонями.

— Древо Ашваттха, — произнес он самым обыкновенным голосом. — Волшебное творение, вызывающее изумление даже у самих прелюдий. Их величайшая святыня. С его помощью можно установить контакт с трансцендентными силами и получить откровение такой мощи, которое способно на всепоглощающее исцеление... Ты ведь хочешь найти древо? Признайся честно. Хочешь?

— Да.

— Подойди ближе, — пригласил он.

Я сделала два шага.

— Еще, не бойся.

Еще три. Оказалась у самого подножия трона.

Кларк заговорил, пристально глядя на меня:

— Яркие представители тех, кто нашел древо: Будда, Один, Иисус... Именно под древом они получили величайшую магическую силу. Ты знаешь об этом?

— Догадываюсь.

— И что ты об этом думаешь?

Мониторы возле его локтя показывали долину. На одном была панорама дымящегося леса, на другом — с какого-то холма обозревалась единственная улица деревни жевунов... Горная река... Монастырь на утесе... Затопленная низина и котлован на месте озера... Кларк все отсюда видит. Долина Арьяварта, казавшаяся мне девственным местом, напичкана камерами слежения и находится под пристальным наблюдением!

— Так что? — услышала я вопрос.

— Простите?

— Что ты думаешь о силе древа Ашваттха? Что оно дает?

— Это чистое и светлое творение. Я думаю, оно питает людей надеждой, которая помогает не утратить веру в жизнь.

Он молчал. Мне показалось, что согласился со мной.

— Ты помнишь, что случилось под храмом?

— Это вышло случайно, — стала я оправдываться. — Я не успела прочесть верхние строки!

— Значит, ты все же посмотрела?

Я настолько удивилась, что долго не могла собраться с мыслями, чтобы сформулировать вопрос:

— А разве вы не помните?

В его взгляде мелькнула растерянность, но в тот же миг глаза закрылись. А затем я увидела, как пространство вокруг потемнело. Что-то изменилось — незаметно, неуловимо. Мне вдруг показалось, что после того, как я задала вопрос, из Кларка проступило другое существо — мрачное и недоброе. Скажем так, это не тот Кларк, с которым я спускалась в пропасть и который записывал переведенный мною текст, а тот, который обрезал веревку, что держала меня. У каждого человека есть темная половина, у Кларка она особенно мрачная.

Когда он поднял веки, белки в углах глаз стали черными.

— Зачем ты ищешь мировое древо? Зачем ты ищешь Ашваттху?

— Оно поможет мне вылечить маму.

— Вот как? Потратить драгоценный дар на одного человека? Занятно. — Он откинулся на спинку трона. — Но забудь об этом. Когда я найду древо, оно будет уничтожено.

Я не верила своим ушам.

— Зачем?

— Так нужно.

— Вы не посмеете, — робко сказала я.

— Кто меня остановит? Неужели ты! — Он не на шутку рассердился. — Неужели ты осмеливаешься думать, что можешь помешать мне? Ты ничего из себя не представляешь! Ты никто! Песчинка в огромном механизме! Зерно, которое я втопчу в землю одним нажатием подошвы! Тля, которую я могу раздавить двумя пальцами!

— Древо Ашваттха нельзя погубить. Это чистое и светлое творение, это надежда...

— Древо должно быть уничтожено. Поэтому я ищу его.

Я ошалело глядела на мелькающие на мониторах картинки. Искать древо жизни для того, чтобы его уничтожить? Разорвать контакт человечества с духовным источником, всевышней подпиткой? И что нам останется? Заводы, небоскребы и фондовые биржи?

— У вас ничего не выйдет, — сказала я. — Вам не успеть. Ваша бывшая Служба уже знает о подгорном дворце.

На его лице не отразилось никакой реакции.

— Люди Конторы уже идут сюда, — продолжала я наступление. — Они мчатся на всех парах, чтобы схватить вас, а вы даже не знаете, в какой части долины находится древо. Вам не найти его. Ни за что не успеть.

Чернота, выступившая из-под век, залила большую часть глазных яблок. От его взгляда у меня заныло сердце.

— Это правда, — сказал Левиафан. — Людишки из внешнего мира мечтают получить эту голову. — Он коснулся пальцем своего виска. — В ней остались многие секреты, которыми они хотят владеть. Только не тешь себя надеждами, чистыми и светлыми, как древо Ашваттха. Им ни за что сюда не пробраться. Долина надежно защищена со всех сторон. Они могут попасть сюда только мертвыми!

— Это нечестно! — не выдержала я.

— Нечестно?!! — Мне показалось, что тронный зал вздрогнул от разгневанного голоса. — Кто тут смеет говорить мне о честности? Ты нарушила условия договора!

— Мы не заключали никакого договора.

— Тебе было сказано не смотреть на верхние строки. Но ты взглянула на них!

У меня закружилась голова. Я решительно не понимала, что с ним творится. Эти провалы в памяти, резкие перемены облика, наливающиеся чернотой глаза...

— Я ничего там не увидела.

— Это не играет роли. Ты нарушила запрет. Поэтому тебя ждет обязательная кара.

По телу побежали мурашки от того, с каким холодным спокойствием он произнес последнюю фразу.

— Смерть будет для тебя тривиальным исходом, поэтому... Опустись на колени.

От ужаса я не поняла приказа.

— Что?

— На колени!!

Я уткнулась коленными чашечками в напольные плиты, даже не осознавая этого. Левиафан поднялся с кресла и, обойдя меня, встал за спиной.

— Наказание будет пострашнее смерти. То, чего ты боишься больше всего на свете. Ты останешься здесь навсегда. Ты станешь безликой рабыней долины Арьяварта. И ты никогда не увидишь ни своего дома, ни своих близких... ни свою мать, которая тебе так дорога. Она умрет в безумии.

Ледяные пальцы коснулись моей шеи, я вздрогнула, словно от удара электричеством. Трансформаторы за стенами заработали на полную мощность. Вибрация воздуха ощущалась кожей, заныло в висках. Я попыталась вырваться, но лежавшая на шее каменная рука не позволяла. В воздухе задрожала тончайшая струна. В девятом позвонке родилась острая пульсирующая боль. Воздух почернел, словно от копоти, и наполнился резким запахом. Боль усиливалась, невидимые щипцы ломали позвонки на моей шее. Хотелось кричать, но я не могла даже раскрыть рта...

Все закончилось неожиданно. Каменные пальцы отпустили шею. Я без сил рухнула у подножия трона, чувствуя оставшуюся на позвонках свербящую боль, из-за которой отнимались конечности. Все, на что я была способна, это тупо глядеть перед собой.