Ночное царство - Аннетт Мари

Другой рукой Дульчет вытащил собол из-под халата. Маленькая петля на конце тонкого черного прута, и в центре трещал голубой свет. Собол был простым оружием в тюрьме Асфодели, им управляли пленниками, и его боялись… не просто так.

Дульчет прижал край прута к боку Лира. Огонь вспыхнул в нем, будто молния терзала его мышцы. Кипящее масло опалило его нервы. Его тело вяло дернулось, не реагируя из-за пут, которые он глупо позволил брату наложить на него. Он не мог даже издать ни звука.

Дульчет впился оружием в Лира, через пару секунд отпрянул. Он прижал ладонь сильнее к груди Лира, чтобы он не упал, при этом мешая дышать.

— Я редко прошу об услуге, — сказал бодро Дульчет. — Хороший брат согласился бы помочь мне.

Он вонзил собол в нижнее ребро Лира, послав боль по кости в его спину.

— Ты хороший брат, Лир? Ты согласишься на мою просьбу? — Дульчет склонился и впился соболом сильнее, боль слепила Лира. — Или нам поговорить внизу? Может, там я покажу тебе свой образ мыслей?

Искры вспыхивали перед глазами Лира от боли, и он знал, что вот-вот отключится. Если его брат отведет его в подвал, их станут искать только спустя часы. Дульчет мог сильно навредить за эти часы.

Вспышка движения за Дульчетом.

Волосы взметнулись, синие глаза пылали. Клио бросилась на них. Она взмахнула руками с тяжелой папкой, а потом опустила изо всех сил.

И попала вскользь по голове Дульчета.

Удар отбросил его в сторону. Лир прижался к стене, Дульчет упал на колено и оглянулся, чтобы понять, кто напал на него. Но Клио снова взмахнула папкой и ударила прямо по его черепу.

Треск. Дульчет упал на пол, ошеломленный, задыхающийся.

— Лир! — Клио отбросила папку и упала на колени рядом с ним, прижавшимся к стене. Он не мог пошевелиться. — Что он с тобой сделал?

Если бы он не был в агонии от собола, то был бы в ужасе, что она видела его таким беспомощным. Она провела рукой по лицу, словно убирала невидимые волосы, окинула его взглядом. Она прижала ладони к его груди. Жаркая магия проникла в Лира, и оковы пропали. Он вдохнул, легкие снова работали, а потом он бросился к ней.

Дульчет схватил Клио за волосы и оттащил. Лир успел обвить рукой ее талию и удержал. Она закричала, пока они тянули ее между собой.

— Отдай ее мне, — рычал Дульчет, все еще на коленях, кровь сочилась из-под его волос. — Она — моя.

Мышцы дрожали, нервы кричали, Лир наколдовал вспышку света. Дульчет отпрянул, ослепленный, и Лир выхватил Клио из его хватки. Он убрал ее за себя и поднялся с дрожью на ноги.

Сжимая гость камней из кармана, Дульчет вскочил и бросил камень. Лир поднял лучший щит. Камень ударился о барьер и взорвался дождем молний.

— Уймись, Дульчет! — закричал он. — Ты пытаешься убить меня?

— Ты не отдаешь мне девчонку, — прорычал Дульчет.

Он бросился на Лира, магия трещала в кулаках. Блин. Лир вытащил цепочку камней, хоть его защитная магия не спасет, если Дульчет задумал совершить убийство.

Клио возникла рядом с Лиром с черным прутом в руке — соболом, который обронил Дульчет. Скаля зубы, Дульчет потянулся к ней.

Они врезались втроем. Дульчет сжал запястье Клио, уже колдуя. Лир поймал ее сзади, его плетение растекалось по ней плотным щитом, чтобы отразить атаку Дульчета.

А Клио между ними вонзила собол в лицо Дульчета.

Его брат даже не закричал. Его глаза закатились, и он рухнул на спину без сознания.

Но и Клио обмякла. Собол застучал по плитке, а ее вес чуть не вырвал ее из хватки Лира. Он поднял ее, но она свисала в его руках, обмякнув. Он отразил атаку Дульчета, так почему…

Лир прижал ладонь к ее лицу. Остатки хвори Дульчета, которую Лир не успел убрать в прошлый раз, пульсировали магией. Дульчет активировал чары, чтобы подавить Клио.

Он расслабился. Не смертельно. Он мог убрать эти чары с нее.

Слабый звук — скуление женщины — заставило его поднять голову. Секретарь стояла в стороне, раскрыв рот, лицо было белым, как стены. Лир тряхнул плечами, понимая, что в его руках свисала нимфа без сознания, и инкуб без чувств лежал на полу.

— Ты ничего не видела, — сказал он ей.

Она быстро кивнула.

— Иди за свой стол.

Она открыла рот, но смогла лишь пискнуть. Кашлянув, она прошептала:

— Я должна… отвести посланницу… к…

— Я займусь этим.

— Да, сэр, — секретарь указала робко на пол. — Она… взяла мою папку.

Лир посмотрел на большую стопку бумаги у его ног, папка порвалась от силы, с которой Клио ударила по черепу одного инкуба. Он толкнул папку ногой, и та поехала по полу к секретарше.

Она схватила папку и убежала.

Лир взглянул на Дульчета, получившего соболом по лицу. Это было больно. Он обдумал варианты действий, пожал плечами, подхватил Клио как невесту и пошел прочь. Кто-то другой займется инкубом без сознания.

Он решительно шагал по коридору, игнорируя удивленные взгляды деймонов. Они вряд ли были самым странным видом в этом здании. На верхнем этаже он подвинул Клио, освободил руку, постучал по двери, отпирая чары, и толкнул ее ногой.

В мастерской он запер дверь, уложил Клио на диван. Она нахмурилась, дико озираясь.

— Ты в сознании, — сообщил он. — Я не был уверен в этом.

Она прохрипела, не могла говорить.

— Не переживай, это те чары хвори. Я уберу их с тебя должным образом, — он сел на край подушки и постучал пальцами по ее животу, щурясь, чтобы стало видно плетение. Внешний слой, как и ожидалось, был кошмарным. У плетений Дульчета никогда не было логики.

Прикрыв глаза, он сосредоточился, ощущая форму плетения, чтобы найти знакомые строения, углы и нити в нем. Он методично двигался от ее горла к груди, рукам и ногам, разрывая нити прикосновениями магии. Плетение рассеивалось по кусочку.

Ее тело освободилось, и Лир отошел от дивана, опустился на колени перед ней, чтобы Клио могла сесть. Разглядывая остатки чар, он провел пальцами по ее челюсти. Магию можно было легко вплести в тела, как в камень или металл, но в теле они хранились хуже. Чары могли запутываться в теле.

Он повернул ее голову, проследил за линией на шее и нашел узел, где Дульчет скрыл «рубильник» чар, который позволял включать и выключать магию, не рассеивая плетение. Прикосновение, и руны с кругами рассеялись, остатки плетения угасли.

Разобравшись с этим, Лир посмотрел на Клио и вспомнил, что должен держаться в стороне от нее.

Она смотрела на него огромными глазами, мило покраснев. Ее рот был приоткрыт, ладонь замерла в воздухе, пальцы почти касались его руки. А его ладонь прижималась к ее шее, ее теплая кожа была под его пальцами, ее волосы задевали его костяшки.